Эпоха королей (ЛП)

— Ничего?
— Именно так. Эти ботинки — подарок. Или, если вам так больше нравится, извинение за грубость моего, э-э, спутника.
— Хм. Приму их как подарок и извинение, значит.
— Я рада. — Я подарила ему добрую улыбку, зная, что он на меня не посмотрит. — Желаю вам хорошего дня.
— Хорошего дня? — переспросил он. Кровь на его лице и бороде начала подсыхать. Он больше походил на ребёнка, объевшегося клубникой, чем на капризное существо, способное наложить проклятие на десять лет. — Ты меня прогоняешь, девочка?
  
— Я бы не посмела, сэр. Просто подумала, что вам захочется вернуться к своим делам, от которых мы вас отвлекли.
— О, да, вы отвлекли меня от очень важного дела. — Он топнул ногой, хотя звук был едва слышен. — Но если я вернусь домой с новой парой ботинок, что скажет мой муж? Как я ему это объясню? Кто поверит, что трое дураков и красавица просто подарили их мне?
Мои губы расплылись в искренней улыбке.
— Тогда как я могу вам помочь? Может, написать записку для вашего мужа?
— Глупость несусветная. Так не делается. Подарок возмещается подарком.
— Если вы так настаиваете…
— Да, настаиваю! Так что говори! Одно желание тебе дарую, только одно и не больше.
В воздухе повеяло магией. Было похоже на запах жимолости, от которого зачесался нос.
— Вы очень справедливы, сэр. Моё желание — чтобы вы выслушали и исполнили желание…
Я подняла глаза на дракона и заметила, что он пристально смотрит на меня.
Его черты лица были расслаблены, рот слегка приоткрылся. Я определённо его удивила. Мне стало интересно, как он справлялся с лепреконами в прошлом. Представляю, сколько у него осталось шрамов.
Он молчал, и я приподняла брови.
По тому, как он закрыл рот и моргнул, я поняла, что мой неуклюжий намёк на то, чтобы он представился, не прошёл мимо. Через пару секунд он пробормотал:
— Мэддокс.
Я кивнула лепрекону.
— Желание Мэддокса.
— Исполню. — С явным неудовольствием он повернулся к дракону. — Слушаю тебя.
Дракон смотрел на меня ещё несколько секунд, после чего присел перед лепреконом, прикрывая раненую руку, и расправил крылья, чтобы они не касались земли.
— Прежде всего, прошу прощения за то, что побеспокоил вас. Я заслужил все эти раны. Вы отличный боец.
— Знаю. Говори по делу, не трать моё время.
— Нам нужно, чтобы вы проводили нас до ближайшего кнока2 как можно быстрее. — Его просьба озадачила меня; я не знала, что такое «кнок». Это было слово из запрещённого языка. — Кратчайшим, верным путём. Готов отдать вам и свои ботинки, если…
— Зачем мне твои ботинки, грубиян? — перебил его лепрекон, размахивая руками. — Я похож на того, кто нуждается в подачках?
— Нет, я просто…
— Тьфу. Берите свои вещи и следуйте за мной, если сможете. — Не дожидаясь ответа, он взял мои ботинки (которые, без сомнения, не считались подачкой по его меркам) и направился в лес быстрыми шагами, не оставляя следов на снегу. — Либо я вернусь домой до полуночи, либо весь Робабо услышит ярость моего мужа.
Глава 6
Наид-нак — это самый мощный из известных на сегодняшний день гейсов.
А потому сопротивление ему влечёт за собой последствия.
Из запрещённой книги «О народе драконов»
Гвен подмигнула мне.
— Очень находчиво, — шепнула она и побежала к своей лошади. Я же почувствовала укол вины.
Сейдж уже запрыгнула на своего коня и поскакала в направлении, куда исчез лепрекон. Эти существа очень буквально воспринимали свои обязанности. Если им велели действовать как можно быстрее, они не остановятся, пока не достигнут цели.
— Я пойду вперёд, чтобы не потерять его из виду. Идите по следам! — крикнула она.
Остальные быстро собрали седельные сумки и покрывала, готовя своих лошадей. У Сейдж и Гвен были два великолепных жеребца тёмных мастей, а вот дракон направился к золотистой кобыле с почти белоснежной гривой. Достаточно было одного взгляда на её изящную шею и шелковистый хвост, чтобы понять, что она породистая.
Глаза животного были бледно-голубыми, напоминая мне кусочки инея на поверхности реки Муирдрис в начале весны. Кобыла внимательно следила за мной. Как я и предполагала, её ноздри раздулись, и она с силой ударила копытом по земле.
Я направилась к Гвен, обходя камни и ветки, но мне преградила путь мускулистая, окровавленная рука.
— Ты поедешь со мной.
Я взглянула на разодранный рукав, но через дыры уже не было видно раны. Его кожа восстановилась за считанные минуты. Он исцелялся даже быстрее, чем я.
— Нет, спасибо. — Я попыталась обойти его, но он снова оказался передо мной. — Нам надо торопиться. Не хочешь же ты, чтобы у бедного лепрекона были проблемы в семье.
— Тогда садись.
— Я ей не нравлюсь. — Я указала подбородком на кобылу.
Та, словно понимая, что о ней говорят, взмахнула хвостом. Её всадник усмехнулся.
— Эпона довольно избирательна, но командую здесь я.
— Я поеду с Гвен, — настаивала я.
Попыталась поймать взгляд блондинки, чтобы она меня поддержала. Умолять её, конечно, не буду, в крайнем случае побегу следом, но разве не очевидно, что это плохая идея — нам с ним ехать вместе?
Гвен, казалось, поняла намёк, потому что пробормотала:
— Нет времени на споры.
Мэддокс уже ставил ногу в стремя. Он поднялся с удивительной лёгкостью, особенно учитывая его крылья. Устроился в седле, слегка откинувшись назад.
Он похлопал по месту между своими ногами.
— Либо ты садишься сама, либо с моей помощью. Я за второй вариант, но, думаю, он тебе не понравится.
Я спокойно смотрела на него, одарив одной из своих вежливых улыбок; она была идеальна для многих ситуаций и не давала окружающим понять, о чём я думаю.
Я задавалась вопросом, на что он рассчитывает, заставляя меня ехать с ним. Я хорошо научилась считывать характеры и намерения. Постоянно сталкиваясь с разными существами на протяжении жизни, я научилась определять, что ими движет, какие у них желания и страхи и как эффективнее всего их использовать. С большинством всё было просто: им нравилось чувствовать своё превосходство, поэтому я притворялась беззащитной; они были не уверены в себе, поэтому я хвалила несуществующие качества.
Я не видела в драконе ни высокомерия, ни неуверенности.
Я видела в нём вызов.
Я видела любопытство ко мне, к моим реакциям.
Мне это не нравилось.
Гвен, уже сидя на своей лошади, вздохнула.
— Она согласилась поехать с нами, не стоит…
Не отрывая от меня взгляда, он перебил её:
— Мы тебя догоним.
Не желая оставаться с ним наедине, я сдалась. Не из страха, а из-за того, что всё ещё витало в воздухе и заставляло мою ключицу зудеть, как будто я перегрелась на солнце.
Я проигнорировала его протянутую руку и забралась сама. Седло было рассчитано на одного всадника, так что я оказалась зажата между лукой и его бёдрами. Кобыла сразу же заволновалась, но он вытянул руку, чтобы погладить её по шее. Я вновь обратила внимание на кольцо и красный камень.
Его грудь прижалась к моей спине, а дыхание коснулось верхней части моего уха, когда он прошептал:
— Успокойся, mo peinh.
Я застыла, не желая показывать свою реакцию. Напомнила себе, что он крупнее, сильнее, с крыльями, и мы на его лошади. Драться сейчас было бы неразумно.
Но это не мешало мне фантазировать о том, как я могла бы подправить его красивое личико, прежде чем он успел бы среагировать. Мне даже не нужны оружие или магия, чтобы выцарапать ему глаза.
  
Мэддокс цокнул языком, и недовольная кобыла перестала фыркать. Наконец, по свистку мы двинулись в путь. Гвен опережала нас на несколько метров.
Я мало в своей жизни ездила верхом. Во-первых, потому что у нас никогда не было лошади. Во-вторых, потому что они всегда, казалось, чувствовали то, что было в моей крови. Подозреваю, что с первого взгляда видят меня настоящую. Неважно, сколько лжи я рассказываю, как одеваюсь, какие имена придумываю, правду, похоже, никогда до конца не скроешь.