Выжить и вернуться домой (СИ)
В итоге мне в медкарту вписали тревожное расстройство и РПП. Ради последнего пришлось выдумывать ситуации для диагноза на ходу, притягивая за уши. Еще бы, настоящая мисс Грейнджер не потрудилась оставить мне памяти о своих проблемах с аппетитом. Встречи с врачом мне назначили на субботние утра, в итоге оставив всего час в неделю вместо двух, и выпроводили к отцу.
По пути домой я мысленно злорадно хихикала и строила планы на ближайший год. Для начала нужно записать все, что знаю и помню из канона, кинона и фанона в тетрадку, продумать стратегии поведения с родителями и изучить заново все то, что забылось. Это очень много, но у меня каникулы, так что можно будет развернуться по полной. Будем делать пародию фанфика Юдковского*, в том смысле, что без гугла и эйдетической памяти, зато с послезнанием. Главную цель я определила как «найти способ вернуться домой».
И не дай боги кому-то встать на моем пути.
Комментарий к Часть 1
*“I Origins” - в русском переводе “Я - начало” - фильм 2014 года
*РПП - расстройство пищевого поведения
* ЦЕРН — Европейская организация по ядерным исследованиям, крупнейшая в мире лаборатория физики высоких энергий
*РЭТ - рационально-эмотивная терапия
*Элиезер Юдковский - американский специалист по искусственному интеллекту, написал фанфик “Гарри Поттер и Методы Рационального Мышления” (https://hpmor.ru/)
========== Часть 2 ==========
Лето прошло быстро.
Я записала все, что представляло собой меня прежнюю, и с тех пор запрещала себе думать об этом. Во избежание, так сказать. Забыть все равно не смогу, а если заставят, у меня есть конспект.
Занятия с психиатром после такого решения стали относительно бесполезными и в итоге сошли на нет. Доктор Стэмпл был несколько обескуражен моими успехами, но виду не подал и сообщил Грейнджерам, что у них крайне рациональный ребенок. Под шумок я продвинула отцу мысль, мол, раз моя жизнь уже в 10 лет устроила мне такой сюрприз, то нужно что-то менять. Отец покивал и согласился, с мужчинами в этом смысле гораздо проще договориться - они воспитаны на вере в волевое усилие. Мать пришлось поуговаривать, но смену имиджа мне обеспечили.
У Гермионы Грейнджер v2.0 были вьющиеся волосы, чуть достающие нижней челюсти, выбритый под три миллиметра затылок и виски, три прокола в ушах и жесткий взгляд. Внезапное исчезновение челки, вернее, ее отрастание до общего уровня, родители встретили шоком, а я – усмешкой. В итоге все семейство уверилось в том, что человеческий организм в режиме стресса способен на удивительные чудеса. Привет, магия.
Кажется, мое неприятие внешности канонной Гермионы как-то повлияло на внешний вид, потому что кроме цвета глаз, который я заметила почти сразу, постепенно менялась и форма лица. Дети в этом возрасте растут быстро, это не так заметно, но вот прикус Грейнджеров несколько нервировал - из “бобра” за несколько месяцев я превратилась в… Не знаю, с чем сравнить улыбку с выдающимися вперед тройками на верхней челюсти. С бюджетной пародией на вампира? Зубы-то не заострились… Такое ощущение, что мир заманивал меня остаться, предлагая подачки вроде более привычной внешности и игнорирующих мой акцент Грейнджеров.
Вдобавок я сменила стиль, убедив мать отдать почти все вещи прежней Гермионы на благотворительность и купить мне взамен штаны карго, водолазки, мешковатые футболки и ботинки военного образца. Компромисс был достигнут покупкой длинных закрытых платьев, тут же пригодившихся для создания образа милой и воспитанной леди на занятиях по этикету и танцам. Преподаватели кружков хвалили, родители гордились, я злорадствовала и писала в тетрадке.
Толстая черная тетрадь с обложкой из полиуретана и зажимом была гордо именована лабораторным журналом. Родители посмеялись и забыли, а я начала усиленно напрягать память, записывая туда все, что знала о мире Дж. К. Роулинг, объединяя основные события по пунктам. Сложнее всего было решить, где я в итоге оказалась. Это канон – добрая сказка, превращающаяся в кошмар? Кинон – тот же канон, но без деталей? Один из вариантов фанона, и, если да, то какой – где все гады или вообще все гады? В итоге я остановилась на каноне, из-под которого просвечивал фанон. В смысле ведем себя, будто канон и все зайки, но никому не верим и от всех превентивно защищаемся. Да здравствует фундаментальная ошибка атрибуции* и разномастные когнитивные искажения!
У меня оставалось меньше года, чтобы потренироваться в магии и морально подготовить себя и свое окружение к пришествию профессора МакГонагалл в наши скромные жизни. Можно было бы попытаться избежать эпопеи с Хогвартсом, но мне нужны знания магов. Я хочу вернуть себе свою жизнь, которая явно находится где-то за пределами этого книжного мира, значит, мне нужны знания тех, кто подозревает, что они тут не одни, а это точно к магам. И англоязычная школа мне подходит явно больше, чем любая другая. В будущие бывшие Советы* соваться опасно еще целое десятилетие – черт его знает, каковы лихие девяностые у русских магов.
Начальная школа оказалась невозможно скучным, но полезным занятием - я подтянула словарный запас. Одноклассники на меня таращились, как и учителя, но смену имиджа, акцент и манеру речи я объясняла прозрением о будущей профессии, и от меня наконец отстали. Правда, я сильно прокололась, попросив у родителей пакет конфет на день рождения в школу. Пришлось отговориться биографией советского физика с упоминанием такой русской традиции. Конфеты вместе с легендой вызвали недоумение одноклассников, но я легко смирилась. Родители подарили мне собрание потрепанных университетских учебников по механике, и я на месяц была потеряна для общества – оказалось, что мат. анализ я помню не так хорошо, как мне того хотелось.
Занятия спортом и танцы принесли свои плоды, и к зиме у меня появилась некоторая грация и пластика. Невысокий рост для десятилетки позволял легко находить партнера, так что я никогда не стояла у стенки и приходила домой с гудящими ногами. Этикет давался не так легко, то есть бесил страшно. Но мне необходимо было понимать чистокровных детишек, так что я скрежетала зубами и училась. В декабре родители получили очередной табель с отличными оценками и предложили выбрать место рождественского отпуска. Это они зря…
За шесть дней Грейнджеры были протащены по Праге вдоль и поперек, на диагональ не хватило выносливости. Моего дома в этой реальности не было, так что весь остаток того дня, когда я пошла проверить адрес, в моих глазах стояли слезы. Однако на лавочке под каштанами на площади Мира отец выдохнул то, что примирило меня с действительностью:
- Ты была права, дочка, это и правда самый волшебный город на земле.
- Это мы, папа, еще Барселону не видели. Про нее книги пишут!* – сглотнув, проговорила я с преувеличенным энтузиазмом.
После Рождества начало казаться, что время утекает сквозь пальцы. Мои тренировки в магии, начавшиеся с приманивания нужных книг с полок, - вроде, канонная Гермиона именно так и проявляла себя, - доросли до сравнительно неплохого управления предметами и перешли к демонстрации небольших объемных фигурок в воздухе. В марте я пыталась заставить модель атома вращать электроны по орбиталям и тихо материлась по-русски: эти твари прыгали с орбитали на орбиталь.
Ближе к концу апреля у меня случился первый магический выброс. Мне просто приснился пушистый бок под ладонью. Проснувшись, я встала напротив зеркала, которое отец не так давно повесил на ту самую створку шкафа, вытерла слезы и мрачно оглядела себя.
- Я вернусь. Туда, домой, к тебе. Я верну настоящую себя, - сухо проговорила я на русском.
Комната вспыхнула ярким светом, и я потеряла сознание. Очнулась уже на полу, усыпанная осколками зеркала. Лицо и руки были чистыми, без единого пореза.
- Ну, с почином, - усмехнулась я. Да, с эмоциями был явный перебор.
На утро родители обнаружили меня в кладовке, занятую поиском суперклея. Картина разбитого зеркала их шокировала.