Мертвый свет (СИ)
Кроме одного. Того, в котором я от них сбегаю.
Я отдал квадрокоптеру команду следовать за мной, выбросил в руку нож и побежал вперед. Теперь уже не рассуждая о великом и вечном в процессе неспешного мягкого расслабленного перемещения. Теперь уже — на пределе возможностей. На надрыв мышц! На скорость, на результат! Как на соревнованиях, нет — как будто пытаясь убежать от смерти!
Хотя слово «как будто» здесь неуместно...
Толчок!
Прыжок был таким мощным и длинными, что я перелетел парапет, и приземлился прямо на гравий — так даже лучше! Меньше касаний — меньше потеря скорости, а все, что мне сейчас нужно — это скорость! Больше скорости! Максимальная скорость, которую я только могу развить!
Скорость, которая позволит мне догнать дирижабль «Биотеха»...
Прыжок!..
Пока под ногами проносился провал между крышами, я на мгновение подключился к дрону и заставил его прямо в полете крутнуться вокруг своей оси, коротко подсвечивая врагов. Рангоны почуяли, что я от них ухожу и тоже зашевелились — красные прямоугольники так и суетились, проворно перетекая с крыши на крышу и не отставая от меня. Даже, кажется, догоняя! И они не сбивались в одну кучу, на что я втайне рассчитывал, исходя из того, что они по интеллекту недалеко ушли от животных! Они, сука, продолжали держать дуговое построение! Я-то надеялся, что они, поняв, что жертва уходит, понесутся вслед по кратчайшей траектории, неминуемо сбиваясь в одну кучу, и у меня получится закрутить их, поводить за собой кругами, и вернуться к СБ — хрен на рыло! Эти твари явно намного умнее, чем я думал!
Ладно... Ладно! Мы еще посмотрим, кто кого!
Дирижабль перестал удаляться от меня, и, кажется, даже стал понемногу приближаться. То есть, дирижабль-то двигался с прежней скоростью... Надеюсь, что с прежней... По крайней мере, он продолжал перебирать воздух лопастями двигателей на вид с той же частотой, что и до этого... Только не ускоряйтесь!.. Это будет вообще некстати!..
Прыжок через дорогу!..
Уже привычно клинок выстрелил из рукава на середине падения в пропасть между десятиэтажками. Уже привычно вонзился в угол здания, уже привычно рука покрылась световой броней, и меня потащило вокруг здания. И, пока это происходило, я рискнул снова на мгновение подключиться к дрону.
И обнаружить, что рангоны меня догоняют.
Черт бы их!.. Я знаю, что они быстрые, но, по ходу дела, как и лоа, они становятся тем быстрее, чем больше их собирается вместе! Расстояние между нами стремительно уменьшалось и сейчас составляло от силы половину того, что было в самом начале — когда я сорвался с места! Еще немного, еще пара минут — и они совсем меня догонят!
И чуть раньше этого момента у дрона сядет батарейка...
Веревка смоталась в рукав, я взлетел на крышу, как пробка из шампанского, приземлился, перекатился и снова побежал вперед, к висящей на горизонте туше дирижабля. Осталось каких-то три-четыре квартала пробежать, я успею! Я должен успеть, не может быть, чтобы я не успел!
Прыжок!..
Снова короткий взгляд через дрон — рангоны уже в сотне метров от меня! Прыгают с крыши на крышу, карабкаются, как заправские гориллы, по стенам, если не получается допрыгнуть, и неминуемо настигают меня!
Я заставил коптер снова следовать за мной, но, стоило ему начать разворачиваться, как что-то привлекло мое внимание. Что-то мелькнуло на границе зрения, что-то движущееся, что-то, что коптер высветил красным прямоугольником всего на мгновение...
По ногам неожиданно и больно ударило, я потерял равновесие и выпал из связи с дроном. Неуклюже повалился на бок на гравий крыши, о которой совершенно забыл, увлеченный новыми действующими лицами. Кое-как подстраховался ладонями, и все равно больно приложился локтем.
Плевать.
Я снова подключился к дрону и развернулся туда, где заметил движение. Мне не показалось. Там действительно кто-то был. Даже двое кого-то. И, как ни странно, это оказалось не так уж и далеко от меня. Всего-то в двух крышах в стороне, и меня спасло только то, что эти две фигуры в черном, с оружием, закинутым за спины, с ярко-синими, хорошо заметными даже в темноте ноктуса, наплечниками, смотрели в другую сторону, и не видели моих кульбитов по крышам.
А вот их вряд ли что-то могло спасти. Потому что они стояли точно на пути движения рангонов. Трое крайних справа, составляющие самый кончик дуги, должны были через несколько секунд пройтись прямо по головам мотыльков. И я знаю, чем это закончится.
Синие наплечники. Кто носит синие наплечники? Точно не «Арамаки», у них красные. Кто носит синие?
Черт, да какая разница! Даже если бы это были «Арамаки» — я бы не пожелал им той участи, что ждет их с минуты на минуту! В конце концов, они же мне ничего не сделали, и нет никаких гарантий, что сделали бы, даже если бы увидели. Да и не готов я, просто не готов поверить, что каждый мотылек — это еще одна Кристина Вагнер. Должны же среди них быть и нормальные люди!
Надо как-то дать мотылькам понять, что их сейчас захлестнет волной рангонов. Справиться с ней они, конечно же, не в состоянии, но, может, хотя бы смогут убраться подальше? Не просто же так они называются «мобильными»?
Только вот как привлечь их внимание? Заорать? Так они тогда увидят меня, а не рангонов, и внимание я привлеку тоже к себе, а не к ним! И вполне может случиться так, что через мгновение после этого я окажусь нашпигован свинцом, как шпикачка — салом. И самое грустное — это даже не спасет мотыльков, потому что еще через мгновение привлеченные выстрелами рангоны кинутся на них!
Почему вообще они их не заметили сами? Почему они не заметили меня? Где их дроны?
Точно! Дрон!
Я бросил короткий взгляд вперед, запоминая расстояние до края крыши, поделил его на количество шагов, и побежал вслепую, переключаясь на дрон.
Заряда почти нет, индикатор совсем пустой. Если я сейчас отправлю дрон к мотылькам, он уже не вернется. Что ж, дьявол с ним. Полезная штука, классная, удобная... Но дьявол с ним. На кону человеческие жизни. И два потенциальных рангона.
В конце концов, если выживу, попрошу Валери склепать мне новый дрон.
Три, четыре, пять шагов...
Дрон подлетел к мотылькам сзади, на большой высоте, чтобы не привлечь раньше времени внимания жужжанием моторов.
Десять, одиннадцать, двенадцать...
Я на мгновение отключился, чтобы толкнуться от парапета крыши, и уже на приземлении подключился снова.
Дрон провалился вниз, картинка резко прыгнула навстречу, от чего к горлу подступил комок, и я-дрон завис прямо за спинами мотыльков. Услышав жужжание, которого не слышал я, поскольку дрон был лишен микрофона, мотыльки вскинули оружие, один — продолжая смотреть, куда и смотрел, второй — разворачиваясь в сторону дрона.
Спустя секунду мотылек оторвала щеку от приклада и удивленно наклонила голову к плечу, словно дрон ее смутил.
Десять, одиннадцать, двенадцать...
Я снова отключился, перемахнул через провал между крышами, бросил короткий взгляд на дирижабль — все еще далеко, сука! — и подключился снова.
Три, четыре, пять...
Мотылек все еще смотрела на дрон, и я резко повел его назад и в сторону — туда, откуда должны были придти рангоны. Повел спиной вперед, чтобы видеть, смотрит ли мотылек, следит ли.
А мотылек снова приникла к оружию, провожая дрон взглядом, и, когда примерно линия ее огня совпала с направлением движения рангонов, она вздрогнула.
Увидела, значит!
Десять, одиннадцать, двенадцать...
Я снова отключился, прыгнул, приземлился, перекатился...
Один, два, три...
Мотылек обернулась к своей напарнице, и, наверное, что-то крикнула. Резкий разворот, взгляд через прицел в сторону приближающейся угрозы, и оба мотылька резко, как синхронные пловчихи, прыгнули спиной вперед с крыши!
Увидели. Поняли. Успели.
Я дал команду дрону возвращаться — а вдруг получится? — и отключился. Как раз досчитал до двенадцати.
Тело начало сдавать. Дышалось через маску тяжело, и воздуха стало не хватать. Ноги налились тяжестью, словно я снова тренируюсь с утяжелителями, только на этот раз не по килограмму, а по три как минимум. Уже не получалось перемахивать провалы между крышами вместе с парапетами, теперь я приземлился на них, тратя мгновение времени и крошку скорости на лишнее касание. Нож я держал в руке, не выпуская ни на мгновение, пусть даже с ним было неудобно гасить инерцию после прыжка роллом — я бы готов к тому, что в любой момент рангоны догонят, и мне придется что-то делать. Правда не было ни единой идеи о том, как понять, что рангоны меня догнали.