Истинная для отшельника (СИ)

— Рейнан.
  
Глава 6
 
Рейнан
Какого хрена со мной вообще творится? Рядом с этой девчонкой меня наизнанку всего выкручивает. Все инстинкты вплоть до первобытных — разом взбунтовались внутри. Словно проснулись от долгой спячки и теперь рвутся, мать его, наружу. Мой зверь рвётся наружу! Он рычит и требует заклеймить самку. Требует присвоить её себе, отметить.
  
Вот только я с этим ни черта не согласен!
Я не верю, что человеческая самка может быть моей парой. Это же бред какое-то, помешательство чистой воды. Но медведь считает иначе. Впервые я не могу совладать с собственным зверем. Впервые мы не можем найти общий язык. Это раздражает, мать вашу!
Люди — зло! Никчёмное, жалкое племя. И я ни капли не жалею, что в своё время ушёл в лес подальше от всех. Это было верное решение. И девчонку эту… надо было оставить там, в лесу — не мучился бы сейчас от стояка в штанах. Хотя, кого я обманываю: зверь никогда бы не оставил свою пару, будь она хоть крокодилицей с другой планеты.
Я до сих пор не могу понять, почему именно она?..
Это… как насмешка судьбы. Я ушёл от людей, чтобы забыть, чтобы не видеть… чтобы не наворотить страшных дел. А тут — на тебе! — судьба подкидывает мне в пару человечку! Такой подставы я конечно же не ожидал.
Человеческие самки не могут быть истинными парами для беров, потому что они не дают потомство. Об этом всем давно известно. Да и Совет никогда не одобрит такой союз. Так почему же мой зверь отчаянно рычит, что она наша и рвётся к ней? Не мог же он так ошибиться?
Когда она очнулась я сразу почувствовал это. Чуткий слух позволял различить малейшие шорохи и звуки. Она застонала от боли и мой зверь, внутри тут же вкинул голову.
Ей больно…
Ну конечно же ей больно: рана-то на руке была совсем не царапинкой. Зашивал конечно подручными материалами, благо, что в аптечке нашлись антисептик и бинты. Но после этого девчонка два дня провалялась в отключке, к тому же ещё и температура поднялась. Я тогда не на шутку струхнул. Испугался не только за неё, но и за свою реакцию на происходящее, мать его! Не отходил от неё ни на шаг: ни днём, ни ночью. Прислушивался к тяжёлому дыханию и стуку её сердца, ловил каждый стон. А когда чувствовал, что уже совсем начинаю звереть от паники хватался за рацию, чтобы вызвать брата. Он бы смог, конечно, привезти нормальные лекарства, антибиотики, которые подходят для людей, но наш клан находился в сотнях километрах отсюда и по заснеженной тайге он добрался бы сюда только через пару дней. Я надеялся, что девочка справится сама и, слава Богу, сегодня утром жар спал. Это хорошо. Значит пойдёт на поправку.
Алекс
Я попыталась приподняться с постели, но тут же скривилась от боли и упала обратно на подушку.
Да что же со мной такое? Вроде бы только рука забинтована. Но, чёрт, как же сильно она болит. И эта жуткая слабость во всём теле… Такое чувство, будто по мне танком проехали.
Откинула одеяло и взглянула на больную ногу. Покрутила, повертела — больно! У самой щиколотки виднелся огромный синяк, хотя сама нога вроде не припухшая. Это радовало. А ещё многочисленные царапины и ссадины по всей длине ноги… Зрелище конечно жуткое! Но думаю, что всё это пустяки по сравнению с тем, что могло бы быть. Самое главное, что руки-ноги целы, и голова на месте, а остальное — пустяки!
Вспомнила бедного пилота и на глаза тут же навернулись слёзы.
Господи, ну как же так?! Он ведь такой молодой был и — раз! — его уже нет. Почему всё так несправедливо?
Надеюсь, что поисковая команда не будет долго просиживать и быстро найдут его.
А если они и меня будут считать погибшей? Ведь меня в вертолёте нет!
Нет, нет, нет! Только не это! Они обязательно будут меня искать.
Ведь будут?
Промаявшись ещё час на кровати, изводя себя гнетущими мыслями о моей дальнейшей судьбе я решительно откинула одеяло и попыталась снова встать. Лежать на кровати беспомощным овощем я не собиралась. К тому же мужик этот бородатый где-то за дверью ходит. А он меня напрягает. Очень! Смотрит так будто сожрать взглядом хочет. Вот только взгляд этот какой-то недобрый, пугающий.
Я должна как можно быстрее прийти в себя, потому что чувствовать себя слабой и беззащитной рядом с «этим» — мне совсем не нравится. Да и вообще надо разведать обстановку, что тут и как. Может Рейнан мне просто лапшу на уши вешает про волков и медведей? Кто знает, что у него там на уме.
Я села на край кровати, свесила ноги вниз и пошатывая приподнялась. Голова тут же закружилась и слабость накатила с новой силой. Ухватившись одной рукой за стену и прикрыв глаза, я шумно выдохнула. Через минуту головокружение прошло, и я решительно двинулась к окну.
Честно говоря, я очень надеялась увидеть там хоть какие-то признаки цивилизации, но то, что предстало перед моими глазами — ввергло меня в ещё большее отчаяние.
За окном были деревья, снег и… ёлки, ёлки, ёлки… И больше ничего.
Я тяжело вздохнула и прильнула лбом к холодному стеклу.
Неужели Рейнан не солгал и мне придётся торчать здесь до весны. А это месяца три, не меньше.
У-у-у! Не хочу-у-у!
От звука открываемой двери я вздрогнула, как трусливый заяц, пойманный на месте преступления. Обернулась слишком резко чем надо было, отчего голова тут же пошла кругом и я, пошатнувшись, с тихим вскриком шлёпнулась на пол.
— Глупая самка! — услышала над головой недовольный грозный рык.
Как он меня назвал? Самка? Мне не послышалось?
Кажется мужик точно с приветом!
Додумать или возмутиться я не успеваю, потому что этот медведь лохматый сгрёб меня в охапку и, подхватив на руки словно пушинку, уложил обратно на кровать.
— Я же сказал тебе лежать, значит — лежать! Зачем встала?
— Захотела и встала. Разве это запрещено?
— Ещё раз встанешь — к кровати привяжу! — рыкнул этот ненормальный, припечатав меня к подушке тяжёлым взглядом.
Вот это голос! У меня даже волоски на всём теле дыбом встали от невероятной мощи, которая в нём сквозила. Будто не человек сейчас передо мной говорит, а зверь рычит.
Голос разума внутри подсказывает, что лучше бы сейчас заткнуться и не спорить с этим, по моим предположениям неадекватным мужиком, но язва во мне оказывается сильнее. Задохнувшись от возмущения, я тут же выпалила:
— Что вы… что вы вообще раскомандовались?! И кто вам дал право на меня кричать.
Нет, ну обидно же, правда. Отчитывает меня как пятилетнюю девочку. А что я сделала такого?
— Ты находишься в моём доме! Поэтому будешь делать то, что я тебе говорю. Иначе…
— Иначе что? Выгоните меня на улицу? К волкам и медведям? — прищурив глаза спросила я. Чувство негодования внутри начинало бурлить всё сильнее, и я вскрикнула, не выдержав накала: — Вообще-то я не напрашивалась. Вы сами меня сюда притащили!
Да что этот орангутанг бородатый о себе возомнил?! Командует мной, как своей собственностью.
Рейнан полыхнул тёмным взглядом и оскалился недобро.
— Надо было оставить тебя там, в лесу. Не было бы сейчас этих проблем.
— Так что ж не оставили?! — всхлипнула я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. — Медведь бы меня обязательно загрыз!
— Медведь бы тебя…, — низким голосом прохрипел мужчина, но тут же осёкся и замолчал. А потом и вовсе вышел из комнаты грохнув напоследок дверью.
Медведь… Там же был медведь…
Точно, я вспомнила!
Значит мне всё это не померещилось? И получается, что медведь действительно был?
А если медведь был, это может означать только одно — Рейнан его отогнал и спас мне жизнь.
  
Глава 7
   
Утром я чувствовала себя уже гораздо лучше. Голова не кружилась, да и слабость прошла, как будто её и не было. Рука только ещё болит, но это уже не критично. Главное, что я теперь могу вставать и ходить, потому что весь день лежать на кровати оказалось настолько невыносимо, что вчера к вечеру я уже готова была волком завыть от скуки. Оно и понятно, попробуй, полежи в полном одиночестве. Ни телефона, ни телека — ничего! Только я и мои мысли. Зашибись! Ну да, совсем забыла: ещё этот мужик где-то бродит за стенкой.