Человек читающий. Значение книги для нашего существования
Чтение позволяет оперировать сложной информацией и дает опору для мысли, чтение развивает воображение. Читая длинные тексты, мы тренируем терпение, дисциплину и умение сосредоточить внимание. Без воздействия на каждого из нас этих и других «побочных эффектов» грамотности наше высокоразвитое демократическое общество не смогло бы возникнуть. Длинный список благ, дарованных нам чтением, поистине великолепен. Это настоящая ода человеческому разуму. Но получение этих благ нашим книгоцентрическим обществом имеет и оборотную сторону: мы стали полностью зависимы от чтения. Как бы то ни было, владеть лишь основами чтения в нашем высокоразвитом демократическом обществе недостаточно. К читательским навыкам предъявляются все более высокие требования. Из этого порочного круга (чтение как основа возникновения нашего общества, требующего от своих членов умения читать) не вырваться. Впрочем, можно ли этот круг назвать порочным? Может быть, он, наоборот, благотворный?
Огорчительно наблюдать, сколь резко мы утратили в последнее время умение читать. Чтение делает нас теми, кто мы есть, каждого в отдельности и наш биологический вид в целом. В то же время само чтение, а также поддержание этого навыка требуют нашего времени и наших сил. Сколько бесценных месяцев и даже лет нашей жизни мы вложили в это занятие!
Как было сказано выше, до сих пор не установлено, что такое чтение и зачем мы читаем. Следовательно, нам, ради самих себя, надо разобраться, что именно может дать нам чтение. Первый шаг — хорошенько понять, как происходит этот таинственный процесс.
Глава 2. Как именно происходит чтение?
Фрейд: «…Я размышлял о чтении книг. О, это постоянное стремление интеллектуалов — залить себе в мозг все существующие знания через отверстие в радужной оболочке диаметром каких-то три миллиметра».
Брейер улыбнулся: «Какой дивный образ! Шопенгауэр и Спиноза, дистиллированные, сгущенные и залитые через зрачок по глазному нерву прямо в нашу затылочную долю». Разговор между Зигмундом Фрейдом и Йозефом Брейером осенью 1882 г. Из книги Ирвина Ялома «Когда Ницше плакал»
Что же это за таинственный процесс, который мы называем чтением, и с чем он сопряжен? В историях о культуре чтения нет недостатка. Их авторы стараются показать общественную значимость чтения как вида культурной деятельности и динамику этой значимости на протяжении веков. Иногда внимание уделяется читательским привычкам разных социальных групп и даже — если об этом имеются свидетельства — отдельных индивидов. Но и тогда цель состоит в том, чтобы выяснить, как читательские привычки групп соотносятся со значимостью чтения для всего общества. Процесс чтения как таковой остается в забвении. Лишь компьютерные новшества последних десятилетий изменили ситуацию. Ибо возник вопрос, отличается ли чтение с экрана от чтения бумажных книг, а если отличается, то в чем и насколько. Благодаря возникновению этого вопроса за относительно короткое время удалось собрать немало информации о том, как именно происходит чтение с точки зрения физиологии, когнитивистики и психологии.
Чтобы научиться читать, человеку не требуется особой одаренности. Если в первом классе мы, возможно, испытывали трудности, то потом пользуемся этим навыком с легкостью. Создается впечатление, будто бы это проще простого. Однако проведенные исследования демонстрируют, насколько это необыкновенно: и сам процесс, и производимое им на нас многообразное воздействие. В данной главе мы расскажем о трех аспектах чтения: в чем состоит сам этот процесс, что делает данный вид деятельности возможным и каким образом он влияет на читателя.
1. Чтение как процесс
Чтение буквенного текста есть навык расшифровки закодированного сообщения. Этот сложный процесс начинается в тот момент, когда человек берет в руки некое письменное произведение, и заканчивается тем воздействием на мозг, которое оказало чтение, и прямо сейчас, и в долгосрочной перспективе. Навык чтения кажется на первый взгляд всего лишь приобретенной сноровкой: такой же, как катание на велосипеде, приготовление пищи, устный счет, игра на фортепиано или кувырок. Сначала у нас ничего не получается, а после тренировки кажется простым делом. Отличие чтения от кувырка и стойки на голове заключается в том, что умение читать, равно как и умение говорить, навсегда изменяет наши когнитивные отношения с самими собой, с окружающими и с миром. Умение читать невозможно приостановить. Несколькими строчками ниже вы увидите текст, написанный курсивом. Попробуйте его не читать, а воспринять просто как картинку. Сосредоточьте внимание на форме букв, постарайтесь увидеть только изящные изогнутые линии и ритмичность интервалов между словами:
Кто написал — не знаю, а я, дурак, читаю.
У вас не получилось не прочитать эти строки. Наш мозг автоматически превращает буквы в осмысленный текст. Вновь и вновь. Из-за умения читать в нашем мозгу пролегли провода и кабели, сделавшие нас другими людьми. Мы просто-напросто не можем не читать.
Чтение изменило нас столь же существенно, как на более ранней стадии умение говорить. Язык (в его устной форме) мы можем рассматривать как некий вирус — или, чтобы это звучало оптимистичнее, — как «симбионт», то есть организм, образующий с человеком симбиоз. То, как язык живет в нашем мозгу, можно сравнить с тем, как у нас в кишечнике живут микробы, способствующие перевариванию пищи. Без микробов в кишечнике человек не мог бы усваивать съеденное. Без языка человек беспомощен, без поддержки со стороны себе подобных человек не выжил бы. Симбионт и организм-хозяин сосуществуют таким образом, что один организм получает преимущества от присутствия другого: симбиоз взаимовыгоден. Примером симбиоза является сосуществование грибов и микроскопических зеленых водорослей, вместе образующих лишайники[21]. Вопрос о том, считаем ли мы, что наш мозг колонизован языком, или радуемся присутствию этого чужака, нерелевантен. Язык — или в любом случае генетическая предрасположенность к использованию языка — это фактор эволюции, способствовавший выживаемости нашего биологического вида. Вполне вероятно, что наш мозг по размеру столь значительно превосходит мозг других млекопитающих именно в результате возникновения языка. То есть у человека очень высок коэффициент энцефализации: относительный размер мозга, наблюдаемый у конкретного вида, по сравнению с ожидаемым размером мозга у животного с таким размером тела.
Язык — это явление культуры, а не эволюции. Никакого «гена языка» не существует. Однако возникшая в ходе эволюции генетическая предрасположенность к использованию языка позволяет человеку его выучить. Более того, каждый человеческий детеныш оказывается «инфицирован» языком-симбионтом и должен жить с ним до тех пор, пока болезнь или смерть их не разлучит. Изучение языка начинается еще до рождения, во чреве матери, так что мы рождаемся с зачатками знания. Одним из первых аспектов языка, воспринимаемых зародышем, является просодия (ритм, интонация и громкость). Именно просодию родного языка можно различить в первых звуках, издаваемых детьми сразу после рождения.
Зародыш начинает слышать с 24-й недели. <…> Звуки, проникающие сквозь стенки матки, важны для развития его слуховой системы. В материнском чреве дети слышат сердцебиение — их первый метроном — и голос матери, а также звуки, связанные с ее пищеварением. <…> Записав частоту сердцебиения у зародыша, ученые пришли к выводу, что в третьем триместре беременности дети уже отличают голос матери от других голосов и звуки родного языка от звуков других языков. Новорожденные явно предпочитают голос и язык матери, а также стишки, песенки и т. п., которые она читала вслух и пела до их рождения. <…> То есть уже в утробе матери они начинают усваивать ряд аспектов той культуры, в которой окажутся после рождения[22].