Охота Дьявола (ЛП)

— Я заберу у тебя все, прежде чем ты полностью подчинишься мне. Ты будешь дрожать и трепетать, шептать мое имя в горячей молитве. И тогда, я возьму еще больше, — прошептал я, чувствуя ее дрожь под своими руками.
На мгновение ее глаза распахнулись, пробуждение медленно возвращало ее в сознание, невинно предположив, что это был всего лишь ночной кошмар, преследовавший ее во сне.
Но то, как сбилось ее дыхание при одной мысли о моих словах, усилило мой голод. Я знал, что как только она полностью проснется, я начну свою извращенную игру. Протянув руку и нежно погладив ее волосы, я наслаждался тем, как мягкие пряди струились сквозь пальцы. Она снова пошевелилась, но так и не проснулась.
Я наблюдал как быстро поднималась и опускалась ее грудь, рассматривал каждую деталь ее тела под пристальным взглядом хищника внутри. Моя потребность в ней поглощала меня, яростный огонь, который можно было бы погасить, только разрастался рядом с этой девушкой. Я поцеловал ее бедра и провел рукой по животу, почувствовав, как она зашевелилась под моими прикосновениями. Я с нежной настойчивостью раздвинул ее ноги и приблизил лицо к влажной киске, жадно пробуя ее сладость на вкус. Почувствовав запах возбуждения, я медленно облизал ее клитор, отчего она выгнула бедра навстречу мне. Скользнув пальцами внутрь нее, запах ее влажности наполнил мои чувства, и все, что я хотел сделать, это погрузиться в нее немедля.
Но еще рано.
Она снова пошевелилась, на этот раз с ее губ сорвался тихий стон.
— Я знаю, что ты не спишь… — я продолжал вылизывать и посасывать ее сладкую киску, ее стоны становились громче, а бедра сильнее прижимались к моему лицу.
Вот оно…
Ее глаза распахнулись. Она посмотрела на меня, а затем перевела взгляд на свои запястья. Паника моментально отразилась на ее лице, когда она поняла, что привязана к кровати. Ее взгляд стал ясней, и я понял, что привлек ее внимание. Пока она сладко спала, я осторожно привязал ее запястья и лодыжки к кровати. Без моей помощи, Мила не смогла бы освободиться самостоятельно.
— Теперь ты проснулась? — ухмыльнулся я, продолжая дразнить ее чувствительную плоть.
— Арчер? Что ты делаешь? Почему я связана?
Она начала бороться с веревками, пытаясь разобраться в ситуации. Я умилялся, как она пыталась найти объяснение происходящему.
Еще раз облизнув ее вкусную плоть, я отстранился, пристально посмотрев на нее, такую невинную и сексуальную одновременно.
— Я предупреждал тебя о том, кто я. Я говорил тебе, что я монстр. И я не шутил, когда сказал, что ты принадлежишь только мне. Когда ты позволила Александру прикоснуться к себе у костра, я должен был наказать тебя еще тогда. Но тем вечером ты чуть не умерла, поэтому я проявил нежность и заботу к тебе.
— Александр? Ч-что? Парень, с которым у тебя случился конфликт? Я не знала, кто он такой, Арчер, — возразила Мила.
— Когда профессор Хейзел посмотрел на тебя, и ты ответила ему взаимностью, я понял, что был слишком мягок с тобой. Мой маленький кролик, ты не понимаешь всей глубины моей одержимости. Видимо, ты не до конца осознаешь, что значит принадлежать кому-то, но я обещаю, что к тому времени, когда я закончу, ты все поймешь.
— О чем ты говоришь? Я предана тебе. Только тебе.
— Ты научишься жаждать моего прикосновения больше всего на свете, желать только меня, любить только меня. И когда это произойдет, ты всецело подчинишься мне, вот тогда, ты поймешь истинную глубину моей тьмы…
Страх и растерянность в ее глазах только воодушевляли меня. То, как Мила яростно продолжала дергать за веревки, меня только рассмешило, потому что бороться было бесполезно.
— Это не смешно, Арчер. Я убила человека, чтобы быть с тобой.
Слезы наполнили ее прекрасные глаза, и от этой картины, мой член запульсировал в штанах. Мне нравилось видеть ее уязвимой, беспомощной и связанной.
— Да, ты убила, чтобы быть со мной, детка. Но для меня этого недостаточно. Я могу заставить тебя сделать гораздо больше, например, вызвать желание убивать ради меня, причинять боль другим, удовлетворять мои самые извращенные желания.
 
Говоря это, я провел пальцами по ее телу, оставляя за собой след восхитительных мурашек. Она изо всех сил боролась со своими ограничителями, но она была в моей власти, и я полностью контролировал ситуацию.
— Давай посмотрим, насколько хорошо ты сможешь сопротивляться, — прошептал я, скользя пальцами по ее влажным складкам и медленно потирая клитор. Она застонала, ее бедра задрожали от моих прикосновений. — Посмотри, какая ты нетерпеливая, — моя улыбка стала шире, когда я продолжал вводить в нее пальцы.
— Я — твое величайшее желание и самый темный страх. Я — твой спаситель и то, чего ты боишься больше всего на свете. Только во мне, мой маленький кролик, ты найдешь смысл настоящей любви и узнаешь цену, которую должна заплатить, чтобы суметь сохранить ее.
Ее дыхание стало прерывистым, ногти впились в ладони, а я продолжал дразнить ее, проводя пальцами по самым чувствительным местам.
— Хочешь знать, как сильно я этого хотел, любимая? Увидеть тебя связанной, сопротивляющейся моей руке, когда я прикасаюсь к тебе. Подводя тебя так близко…
Как бы она ни пыталась сопротивляться, у нее просто не было шанса. Мои прикосновения всегда сводили ее с ума и заставляли кончить. Поэтому, когда ее стоны стали громче, а тело начало извиваться и дрожать под моей рукой, пока она пыталась бороться со своим освобождением, я остановился.
— Боже, Арчер, не прекращай, пожалуйста.
— Это твое наказание, детка. Ты кончишь только тогда, когда я позволю тебе это сделать.
Я продолжал дразнить ее, мои пальцы скользили по ее нежной плоти. Она извивалась и стонала, ее тело требовало разрядки, но через несколько минут она поняла, что я не дам ей то, чего она так отчаянно хотела. Контролировал ситуацию я и ей придется подчиниться мне. Отчаяние появилось на ее лице, слезы наполнили ее прекрасные глаза, и ее тело выгибалось под моей рукой, пока я продолжал отказывать ей в разрядке, в которой она так нуждалась.
— Пожалуйста, — она умоляла, сорвавшимся голосом. — Мне это нужно… ты мне нужен.
Ее слова эхом отдавались в моих ушах.
— Ты кончишь, когда я разрешу тебе кончить.
Я ударил ладонью по ее распухшей киске, и она закусила губу, заглушив крик.
Я шлепнул еще раз.
Мила зашипела, но отказывалась дать мне то, чего я хотел.
Упрямая девчонка.
— Покричи для меня, кролик.
Возбуждение нарастало в ее глазах, когда она поняла, что полностью в моей власти. Слезы текли по ее раскрасневшимся щекам, но я знал, что на самом деле она боялась не меня. Нет, она боялась себя. Боялась того, как сильно она жаждала той тьмы, которую я ей предлагал.
— Я ненавижу тебя, — выплюнула она, и в тот момент, мои догадки подтвердились.
— Сопротивляйся, сколько хочешь.
Почувствовав удовлетворение, я продолжил использовать свои пальцы и рот как оружие, чтобы сломить ее окончательно. Ухмыльнувшись, моя рука на мгновение замерла, когда наши взгляды встретились. Огонь в ее глазах был таким сильным, и я знал, что мне осталось приложить совсем немного усилий, чтобы оживить его.
— Умоляй меня. Отпусти свой гнев и уступи моей тьме. Позволь быть твоим спасителем и разрушителем.
Она была диким, непредсказуемым созданием, но я знал, что смогу приручить ее.
Потянувшись к прикроватной тумбочке, я достал из ящика нож. Медленно повертев его в руке, я позволил Миле наблюдать за мной, наслаждаясь предвкушением, которое светилось в ее глазах. Реакция «бей или беги» охватила ее тело, я видел, как она напряглась, готовясь к тому, что должно было произойти. Одна часть ее души хотела довериться мне, но другая часть все еще боялась того, что я могу сделать. Рациональная часть ее разума никак не отступала, мешала мне получить желаемое, и именно ее мне так хотелось сломить.
— Я собираюсь порезать тебя, милая, — сказал я низким голосом. — И это будет больно, но эта боль принесет тебе удовольствие.