Скверная жизнь дракона. Книга шестая (СИ)

— Перед этим у меня вопрос по духовным смыслам заклинаний, и изучению подготовленной заллаи.
Я показал пластинку. Потребуется несколько часов на её оценку, по словам мага, но это и смыслы завтра. Сейчас же я внимательно слушал объяснения. Когда всё закончилось, нутон сурово свёл брови и пригрозил мне пальцем, убедившись, что я запомнил, как надевать маску из футляра.
— Повторяю ещё раз. «Но мне назначено к шевалье Маласару, я просто хотел попасть к нему», вторая дверь, и ты, Фларс Намар, приходишь на банкет в третий раз. Сегодня третий. Хоть где ошибёшься, и всё.
— Я запомнил. Больше ничего? — маг кивнул. — Тогда я перед уходом хочу купить два свитка с заклинанием. Боевым, но слабым.
— Каким ещё заклинанием? — недовольно спросил маг, явно торопясь на обед.
— Не знаю, что-нибудь простое и слабое. «Малый шар огня», например. С магической энергией сразу.
— Сразу? Два? — я кивнул. — Слова заклинания не знаешь? — я опять кивнул. — Пятьсот золотых.
Сумма показалась мне слегка завышенной, но я молча достал из пояса расписку, получив два свитка с печатями от Школы Семи узлов и листок со словами распева.
Вскоре я спускался по прямой каменной лестнице в подвал отеля в сопровождении слуги. Факел в его руке освещал отполированные стены из огромных каменных блоков, таких же, какими замощены улицы во Фраскиске, Магнаре или Баскаре, на огромном каменной блямбе среди холмов недалеко от тракта.
В дальнем углу подвала была дверь в широкое помещение вообще без ничего, кроме подготовленного по моей просьбе деревянного щита с нарисованной мишенью. Вскоре, едва слышимо гудя пламенем, в мишень полетел сначала один шарик огня, размерами меньше кулака, а затем и второй. Краска в месте удара чуть вспучилась, но пожара не случилось, как и не было распева заклинаний.
Мне категорически непонятно, почему вся моя магия действует настолько нелогично. Я лишён любых исполняемых из себя заклинаний, кроме «Магической стрелы» — но что-то связанное с классом «Некромант-Призыватель» должно работать. Я не могу использовать печати с призывами духов из «Призывателя» или «Некромантии», но это не касается совмещённого класса. Зато всем остальным разумным надо распевать слова заклинаний, даже если они в свитках, а моя магия на эти условности чихать хотела. Категорично непонятно. Да ещё и система не предложила изучить заклинание, но это уже так, придирки: всё равно я бы не смог его использовать.
Результаты теста меня несколько взволновали, я уже не смог спокойно усидеть в номере. Я решил прогуляться, всё равно аукцион начнётся после шести, а сейчас только два часа дня. Главные улицы города заполнили лотки с различными угощениями, начиная от орехов и сушёных фруктов и заканчивая разливным вином и сидром. Можно было купить чего покрепче, настойки из местных ягод или даже тыквенную водку. Разумные всех возрастов и рас, в основном с острыми эльфийскими ушами, гуляли по улочкам и с жадностью посматривали на все эти яства и, обычно, не отказывали себе в удовольствии. Но много было и тех, кто грустно вздыхал и шёл дальше, стараясь не замечать никого вкруг себя. Одно радовало — из-за праздника, всеобщего веселья, украшенных стен домов и прочего, меня, ксата, никто не замечал. Или делал вид, что не замечает.
Воздух пропитали ароматы пряностей, мяса и жареного сыра, цитруса и чего-то сладкого. У одного из прилавков я ненадолго остановился, там два равнинных эльфа в кухонных фартуках поверх уличной одежды готовили что-то необычное. В мешках позади них хранились сушёные грибы, лисички, белые, подосиновики и прочие. А сбоку на прилавке стояли вёдра с этими же грибами, замоченными в приторно-сладком киселе. Эльф крошил гроздь грибов, и быстро обжаривал на сковородке, выпаривая лишнюю влагу. Готовые грибы эльф передавал напарнику, который их смешивал с кусками кислого сыра и разными крупами, рисом, пшеном и прочим, на выбор покупателя. Получившийся комок эльф заворачивал в тончайшее тесто и долго обжаривал на топлёном бараньем жиру, пока тесто не начнёт трескаться. Эльф доставал мягкую ржаную булочку, разделял её надвое и аккуратно помещал туда хрустящую начинку. И это великолепие всего за три золотых королевства.
 
Я заказал себе лисичек с рисом и с некоторым восхищением от быстрых движений наблюдал, как эльфы ловко исполняли заказ — пока не почувствовал, что рядом кто-то встал. Я не придал этому значения, но боковое зрение никого не улавливало. Рядом стоял мелкий пацанёнок ростом мне по пояс, с оторванной мочкой правого уха. Он жалобно посмотрел мне в глаза.
— Серьёзно? — спросил я. — Опять попытаешься стянуть деньги?
— Нет, господин, не буду.
— Тогда чего?
Мальчик виновато опустил взгляд и замялся.
— Ну?
— Сжальтесь над нами, господин. Еды нам, хоть немного.
— Нам? То есть ты, просишь меня, ксата, накормить вас, беспризорников? Сколько вас вообще?
Мальчик показал рукой в проулок на десятки детей, столпившихся у стен домов. Голодным взглядом, они с некоторым страхом посматривали на меня. Все в заплатанных и грязных одеждах, со слипшимися волосами и ссадинами на лицах и руках.
— Нас двадцать семь, господин, — стыдливо прошептал мальчик, но тут же испуганно дёрнулся. — Нет, господин, не всех, хоть немного, чуть-чуть, прошу, сжальтесь.
— А как же приют или церковь?
— Они только ночлег дают. И раз в три дня суп.
— А к моим обратиться? — мальчик ужаснулся, округлил глаза и бешено замотал головой. — Понятно. Надо было тебе тогда руку сломать, — прошептал я угрюмо и только было хотел потереть переносицу, как лавочники закончили мой заказ. Я достал из пояса небольшой листочек бумаги и посмотрел на мальчика. — Сегодня какой праздник?
— П-праздник? Праздник Новой Жизни, господин.
— А что он означает?
— А-м… Расы отбрасывают старые обиды и трудятся ради детей.
— Понятно, — я перевёл взгляд на эльфов. — Как много осталось ингредиентов у вас?
— Можем хоть графскую рать накормить.
— Тогда вон тем оглоедам из подворотни на каждого по наркису, из чего угодно, на ваш выбор, — я протянул эльфам расписку. — Здесь сто монет, сдачу отдашь этому мелкому.
— Вы уверены?
— Не очень, но думать над этим не хочу. Или вам деньги не нужны?
— О чём речь-то? Конечно, нужны. Всё сделаем в лучшем виде.
— Спасибо огромное, господин, — пролепетал мальчик и даже поклонился мне. Он ещё что-то хотел сказать, но я не собирался слушать. Я взял свой наркис и направился дальше по улице, на ходу пытаясь разобрать вкус это странной булочки. Ржаной хлеб, топлёный бараний жир, рис и сладковатые кусочки грибов смешивались в странный, но вполне приятный вкус чего-то мясного и немного клубничного.
Где-то в середине улицы показалась небольшая толпа ребятишек у низкого подиума и большой деревянной сцены. Маленьких ребятишек на плечах держали родители, а кто побольше, то так стоял около подиума и слушал скомороха.
— Да, — говорил он, — праздник сегодня особенный. Новая жизнь струится в мир. Но как же мир любить, когда его не знать? Вот скажи, красавица, ведь мы должны знать наш мир?
Получив ответ на свой вопрос от одной из девочек, скоморох продолжил рассказывать о важности знать мир и его законы. Но мир и его законы — это прежде всего загадка, которую они, ратоны, должны разгадать. И в этом помогут великие боги Тоны, даровав своё учение. И сейчас, сегодня, детишки узнают о нём. Я чуть было не подавился остатком наркиса. Попасть на подобное представление я рассчитывал только через несколько лет, а здесь такой счастливый случай! Вот только, когда кукольное представление закончилось, я чуть было не бежал обратно в отель, узнать о местном магазине готовых наргодат.
Куклы-петрушки были сходны куклам из спектакля нутонов в Магнаре, с чёрными волосами до плеч, закрывавшими уши. Там, в Магнаре, фигурки обычных разумных были с человеческими ушами, здесь ратоны изображались с острыми ушами, что более чем естественно. И церковник с острыми ушами вышел в конце объяснить детям загадки Тонов, говоря, что их ученья есть разгадки к тайнам мира. Кое-какие отличия в смыслах у спектаклей были, но в основном они практически сходны. Практически. Потому что в конце Тоны ушли не на Великую битву, а просто ушли, даровав ратонам загадки и отгадки. Да и слово «ра-тон» расшифровывалось как Ученик Тонов. То есть, нутоны, как дети богов, должны стать лучшими и покорить мир, а их ученики ратоны должны его изучить и познать.