Биг босс — полосатый хвост (СИ)

По очереди посетив баню, мы встретились у горящего камина. Я сидела все еще с мокрыми волосами, закутавшись в плед. Электричества и фена в этом мире явно не хватало. Босс расположился рядом и вручил в мои руки чашку ароматного травяного чая. В камине потрескивали поленья, в его темных глазах отражались сияющие языки пламени. Пальцы приятно согрело теплом.
— Спасибо.
— О чем задумалась?
  
— О родном доме. О матери с отцом и младших братьях. Даже не представляю, как они там сейчас. Столько дней прошло, а от меня ни звонка, ни весточки. Поди уже до города добрались и всю полицию на уши поставили. Мама у меня боевая, если что, без дела сидеть не станет. Твои, наверное, тоже места себе не находят.
— Если только отец. Больше за меня на этом свете волноваться некому, — с иронией сорвалось с мужских губ, только мне от его слов стало невыносимо грустно. — И тот мог решить, что мне надоел его скучный похоронный бизнес, и что я сбежал обратно в столицу, прихватив с собой самую красивую сотрудницу.
— Так прям и самую красивую? А как же Наташка из нашего отдела?
— Ты гораздо лучше любой Наташки, — мужское лицо озарила искренняя улыбка. Он смотрел на меня с нежностью и уважением, так, что я сама не могла оторвать глаз от этого притягательного мужчины. Только в его глазах с каждой секундой становилось все меньше смеха, словно вот-вот должно случиться что-то важное.
— Мария…
— Да, Валерий Дмитрич.
— Лучше просто Валера. Ты же зовешь меня так, когда я превращаюсь в енота.
— Зову, — отпила спасительного горячего чая из чашки, пытаясь перебороть волнение. — Когда ты становишься маленьким и пушистым, я и на руках тебя ношу, и спать укладываю, но сейчас…
— Что же меняется? — приподнялся уголок мужских губ, вгоняя меня в краску.
— Многое. Наверное, мне просто нужно привыкнуть.
— Если и сейчас уложишь меня спать, буду только благодарен. Признаться, я чертовски вымотался за день с этими пучеглазыми птицами.
— Может, тебе еще и сказку на ночь рассказать? — улыбнулась я, и в ответ почувствовала, как тепло защекотало кожу, когда его взгляд заскользил по моему лицу, исследуя каждую черточку.
— Ты и это умеешь?
— А как же. У меня дома два младших брата-сорванца, я к такому с ранних лет приучена.
— Ну, Савушкина! Я с тобой точно не прогадал, когда потащил на эту встречу к поставщику. Вряд ли во всем отделе нашлась бы лучшая компания, даже Наташка, — усмехнулся Валерий Дмитрич. И вроде, искренне, по-доброму, только мне все равно резануло слух, что он снова обращался ко мне по фамилии. — Я сказал что-то не так?
— Лучше просто Маша. Я же не зову вас Погодиным по десять раз на дню.
— Так ты из-за этого? — мужчина ласково потянулся ко мне рукой, бережно убирая с лица влажные пряди, словно извинялся. — Мне просто фамилия твоя нравится, звучит красиво, будто совушка, или что-то такое, волшебное, родом из сказки.
В этом ключе о своей фамилии я никогда не думала. Он у нас еще и романтик оказывается! С каждым днем некогда несносный босс открывался для меня все с новой стороны.
Чай быстро закончился, а вот дождь за окном наоборот, только набирал силу. Первые раскаты грома заставили меня вздрогнуть. А еще, наш домик оказался не готовым к такому потопу. Из крыши закапало сразу в нескольких местах, хорошо, что не на кровать.
— Завтра все починю, — по-хозяйски заверил мужчина, а пока под набегающую с потолка воду я расставила всякую кухонную утварь.
За разговорами мы переместились в кровать, держась при этом на некотором расстоянии друг от друга и не пересекая условных границ.
— Я все хотела спросить, где ты был, когда я потеряла тебя в пещере? Я так испугалась тогда…
Яркая вспышка молнии засверкала где-то совсем рядом, после чего раздался такой грохот, что я и не заметила, как преодолела разделявшее нас расстояние и прижалась к своему единственному защитнику. Осознав, что произошло, мне стало стыдно, но было уже поздно.
— Тихо-тихо, я с тобой, трусишка, — ласково гладил меня по спине Валерий Дмитрич, уже не позволяя вернуться на свою половину кровати. А потом как-то естественно уложил на крепкое плечо и обхватил сильной рукой. — Я успел обследовать пещеру, углубился внутрь и нашел в ней занятное место, все исписанное рунами. Там на стене высечено что-то вроде двери. Это может быть еще одним порталом. Жаль только, графика его работы не оставили, — прозвучала улыбка в его красивом голосе.
— Но как ты там что-то разглядел?
— У енотов прекрасное ночное зрение. Забыла?
— Не умничай. Все я помню, — улыбнулась в ответ, с удовольствием слушая, как уверенно и ровно билось в груди его бесстрашное сердце. — Я хотела спросить… Утром, пока ты спал, тебе снилось что-то из детства, и ты звал маму.
Удары сердца, которые я отчетливо различала, неожиданно ускорили ход.
— Прости. Зря я, наверное, об этом заговорила. Просто, ты ничего о себе не рассказываешь.
— А что ты хотела бы обо мне узнать?
— Все, — как-то само собой сорвалось с языка, — что сочтешь нужным, и с самого детства. Сама-то я, та еще болтушка, о своей семье и деревне уже все уши тебе прожужжала.
— Хорошо. Если тебе это действительно интересно, я расскажу.
Валерий Дмитрич задумался. Мужская рука за спиной пришла в движение, пропуская между пальцев распущенные пряди моих подсохших волос. Я замерла, боясь испортить ненароком этот волшебный момент единения. А еще внимательно слушала каждое его слово, все больше понимая, как же сильно я заблуждалась на его счет, когда впервые встретила тогда в офисе.
  
ГЛАВА 15.1 Букет
 
— Госпожа Маша, Валера, вы где? — искал нас Тори, подоспевший к дому ведьмы в назначенный час, только мы с боссом так увлеченно занимались устранениями протечек крыши, что и думать забыли о приходе мальчишки.
— Мы здесь! — отозвалась я, вытащив из зубов зажатый гвоздь.
— И что вы там делаете? — не отставал любопытный ребенок.
— Собираем волшебную пыльцу, что же еще.
Выразительные глаза пушистика-енота округлились от удивления. Сама не знаю, зачем я это ляпнула. Наверное, просто устала от скучного неженского занятия, а еще жутко боялась высоты. На нервах как-то и вырвалось.
Я помнила, что Валерий Дмитрич обещал самостоятельно подлатать крышу, но одно дело держать молоток в крепкой мужской руке, и совсем другое — действовать крохотными лапками енота, которые способны разве что на какую-то деликатную работу, не требующую усилий. Делать это под покровом ночи в человеческом обличье тоже не вариант. Вот я и взяла все в свои руки.
— И много ее там, этой пыльцы? — Тори обошел дом с другой стороны, так, что мы его теперь прекрасно видели. Детские глаза горели восторгом, даже рот приоткрылся.
— Не очень. Но для того, чтобы наколдовать небольшое чудо, определенно хватит.
Закончив с крышей, мы с Валерой спустились вниз. Тори с гордостью разложил перед нами готовый механизм для модернизации старой телеги.
— Отличная работа! — похвалил его Валерий Дмитрич, ловко покрутив непонятные для моего понимания железяки в своих лапах.
— Если понадобится помощь, зовите, а пока я с удовольствием наколдую нам что-нибудь вкусное на кухне.
Услышав о предстоящем обеде, двое моих маленьких мужчин довольно улыбнулись.
— И еще, Тори, а нельзя ли как-то позвать этих самых гоблинов к нам, вместо того, чтобы отправляться с телегой в их горную деревню?
— Это еще зачем? — искренне возмутился мой босс, который так и рвался снова проявить себя героем. — Если боишься новой встречи с варкаллами, можешь остаться здесь, мы сами справимся.
— Конечно, справимся, — поддерживал его во всем мальчишка.
Ну точно, спелись!
Говорить о том, что жутко опасаюсь за самого Валеру, я не стала, это он слышал еще накануне вечером, когда собственноручно вытирал мои слезы. Вот только, похоже, соответствующих выводов так и не сделал, не понял, как на самом деле мне дорог.