Эффект Грэхема (ЛП)

В ту секунду, когда его губы касаются моего клитора, я снова стону.
Рот Райдера тут же исчезает. Он поднимает на меня взгляд, его красивые черты лица скрываются в тени.
— Ты должна вести себя тихо. Иначе я остановлюсь. Ты же не хочешь, чтобы я останавливался, правда?
— Нет, — мне удается выдавить из себя дрожащее слово. Мои веки закрываются, когда его рот снова находит меня.
Я бесстыдно трусь о его лицо. Его одобрительное шипение едва слышно. Намного тише, чем звуки, которые он издавал на прошлых выходных. Эти гортанные стоны, когда он лизал меня. Грубые стоны, когда он так тщательно заполнял меня.
Но тишина сама по себе почти афродизиак. Я болезненно ощущаю каждое подергивание в своем теле. Каждый дрожащий мускул. Дрожь моего бедра, когда теплая ладонь поглаживает его. Как раз в тот момент, когда я думаю, что справилась с этим молчанием, он начинает лизать сильнее, и я снова не могу сдержать стон.
— Да, нет. Определенно, — произносит знакомый мужской голос за дверью.
Мы мгновенно останавливаемся, рука Райдера впивается в мое бедро, чтобы успокоить меня.
— Приятно наверстать упущенное. Я рад, что ты позвонил.
Я понимаю, что это Шейн. Который по какой-то причине решил ответить на телефонный звонок прямо перед кабинетом В.
Райдер выглядит удивленным. Мне нравится, когда он улыбается. Еще больше мне нравится, когда он лижет мою киску до тех пор, пока я не перестаю ясно мыслить. Именно это он и продолжает делать, совершенно не беспокоясь о присутствии своего лучшего друга за дверью. Я хочу волноваться, что Шейн где-то там, но язык Райдера мешает сосредоточиться. Он водит им по набухшему бутону у меня между ног, и удовольствие нарастает и нарастает. В самой глубине.
Тепло его рта покидает меня, когда он откидывает голову назад.
— Я хочу, чтобы ты кончила мне на лицо, — шепчет он. — Ты сделаешь это для меня?
Я слабо киваю.
Он вводит в меня один палец, и мои внутренние стенки смыкаются вокруг него так плотно, что он тоже стонет.
Теперь я слышу тихое проклятие по другую сторону стены. Я понимаю, Шейн знает, что мы здесь. Возможно, он все это время знал, и телефонный звонок был задуман как прикрытие. В любом случае, я слишком возбуждена, чтобы беспокоиться о том, что он стоит там. Что он, вероятно, может слышать каждый тихий стон, вырывающийся из моего горла. То, что Райдер делает со мной, кажется слишком невероятным.
Я так сильно хочу кончить. Мое нутро горит, грудь напряжена и ноет, когда я смотрю на приглашающее лицо Райдера. Он держит меня за бедра, чтобы я не упала. Его язык ласкает мой пульсирующий клитор, в то время как его палец продолжает творить свое волшебство. Затем он добавляет второй палец, и я вскрикиваю.
Голос Шейна обращается к закрытой двери.
— Лучше кончай сейчас, Жизель. Они начинают разговаривать.
Райдер хихикает, уткнувшись мне в бедра.
Мне следовало бы смутиться. Оскорбиться тем, что Шейн не только все слышит, но и заинтересован в моем приближающемся оргазме.
Но его присутствие производит противоположный эффект. Я становлюсь невероятно влажной, когда представляю, как он стоит там. Интересно, возбужден ли он, и вспышка желания проникает прямо в мою сердцевину. Райдер чувствует, как мои внутренние мышцы сжимаются вокруг его пальцев, и его ответный смех посылает вибрации по моему набухшему клитору. Я отчаянно хочу, чтобы он довел меня до края. Все мое тело горит желанием освобождения.
Мне все равно, что мы в библиотеке, что там наши товарищи по команде, что Шейн может нас слышать. Все, что я знаю, это то, что оргазм приближается, и его уже не остановить.
Я почти падаю, но Райдер удерживает меня в вертикальном положении. Я задыхаюсь к тому времени, как волны блаженства спадают. Он отпускает меня, выглядя очень довольным собой, когда медленно тянет мои трусики вверх по ногам. Поправляет их вокруг моей талии. То же самое он делает с моими джинсами. Застегивает молнию. Я пытаюсь застегнуть пуговицу на них, но мои пальцы слишком сильно дрожат. Он жалеет меня и делает это тоже.
 
Раздается тихий стук в дверь. Затем я слышу:
— Берег чист, — и я не уверена, смущаться или благодарить за то, что Шейн оказал нам услугу. К моему облегчению, когда я выскальзываю, его там нет. Не думаю, что смогла бы посмотреть ему в глаза.
Мои пальцы дрожат, когда я разблокирую телефон. Я набираю номер отца, потому что мне нужно как-то оправдать свое исчезновение.
Райдер слегка шлепает меня по заднице, проходя мимо стеллажей. Это должно быть непристойно, но это только заставляет мои бедра снова сжаться. Я удивленно смотрю на него, пока он не исчезает за углом. Как ему удается так хорошо заставлять меня забывать свое имя, свое окружение?
Вместо того, чтобы позвонить папе, я отправляю ему сообщение, в котором сообщаю, что мы проводим благотворительный аукцион и не мог бы он предоставить нам какое-нибудь классное хоккейное дерьмо? Затем я возвращаюсь к столику, за которым уже сидит Райдер, якобы гуглящий местные компании на своем телефоне.
— Извините, я не смогла ему дозвониться, поэтому отправила сообщение. Я разговаривала по телефону со своей мамой, — вру я группе.
Ками поднимает взгляд при моем приближении, в ее темных глазах появляется тот знакомый блеск сплетни, которым она всегда щеголяет, обсуждая что-то особенно пикантное.
— Срань господня, мы точно слышали звуки секса, доносящиеся из европейских архивов истории. Ты кого-нибудь видела?
— Нет. О Боже мой. — Я притворяюсь, что оборачиваюсь в поисках виновника секса. — Как ты думаешь, кто это был? — Я заставляю себя не смотреть на Райдера, боясь выдать нас.
— Я ставлю на Шейна, — отвечает Ками, — потому что его не было довольно долго.
Как по команде, Шейн возвращается к столу с такой беспечностью, что я бы усомнилась в его отсутствии, если бы не знала правды.
— Чувак, ты там кого-то трахал? — Спрашивает Демейн, выглядя немного впечатленным.
— Мы слышали звуки секса, — обвиняет Ками.
— О нет. — Шейн устраивается поудобнее в своем кресле, избегая смотреть всем в глаза. — Я, эм, смотрел порно.
— В библиотеке? — В голосе Уитни звучит ужас.
— Ага, но я ничего такого не делал, — говорит Шейн. Он ужасный лжец. И теперь я чувствую себя виноватой, потому что они понятия не имеют, о чем он на самом деле лжет. — Кто-то прислал мне видео, и я просто… Я сглупил. Я открыл его, и там стонала девушка. Ну, знаете, — вяло заканчивает он, пожимая плечами. — Как в порно.
— Как в порно, — недоверчиво повторяет Уитни.
Вскоре собрание заканчивается, и все расходятся по своим делам. Я шла в библиотеку из общежития, поэтому выхожу на улицу, собираясь вернуться обратно. Застегивая джинсовую куртку, я слышу свое имя. Это Райдер. Он появляется на тропинке, руки в карманах, куртка Брайара расстегнута.
Я жду, когда он дойдет до меня.
— Неожиданно. Я предполагала, что мы продолжим игнорировать друг друга еще по крайней мере неделю.
Хотя он смеется, тень вины мелькает на его лице.
— Да. На счет этого. У меня не было возможности отдать тебе раньше. — Он лезет в карман. — Я отвлекся.
Я ухмыляюсь, потому что точно знаю, что это было за “отвлечение”.
— В любом случае. Вот.
Изумленный смех срывается с моих губ, когда он протягивает мне помятую ромашку.
Должно быть, она все это время был запихана в карман его куртки. Он не в лучшей форме, этот бедный цветок.
— О Боже мой. Ты снова приносишь мне цветы с извинениями? Ты можешь когда-нибудь извиниться без всякого шоу?
Он ухмыляется мне.
— Это цветок не для извинений. Это в честь Национального дня десерта.
— Это ненастоящий день.
— Ага. Я проверил.
Я обдумываю это.
— Хорошо, принимается. Я действительно люблю десерты. — Я одариваю его чересчур похотливой улыбкой. — Похоже, ты тоже.
— Ну если десертом будет твоя киска, я съем ее в любой день месяца.
Горячая волна похоти сжимает мое нутро. Черт возьми. Я знаю, что сама это начала, но ему нельзя позволять говорить подобные вещи. Они забираются мне голову.