Аргентинец поневоле 2 (СИ)

Короче, вот так мы, братцы, и живем. И я уверен, что в сентябре, то есть весной этого года, мы масштабируем мою опытную асиенду на всю огромное хозяйство Рохаса. А еще через год на весь клан Рохасов, Осорнио, Эскурра, и некоторых их друзей и родичей.
Глава 7 
В мае месяце, в преддверии зимы, я с блеском отчитался перед генералом Рохасом о своей деятельности. Рохас был очень доволен моими свершениями и таким цветущим состоянием своих владений. Ну да, курочка по зернышку клюет, а яичко вот какое получается.
А я получил карт-бланш на дальнейшую деятельность, согласно своему плану. То есть испытательный срок у меня прошел и я стал полноправным членом команды «товарища Сталина».
Между тем, Бразильская война близилась к своему официальному завершению. Этому способствовала и бушевавшая в нашем регионе засуха, охватившая и Аргентину, и Уругвай, и южные регионы Бразилии. Трофей войны изрядно утратил свою былую привлекательность.
Бразильская блокада побережья сошла на нет и выполнялась в последний год только для галочки. Да и не в той Бразилия весовой категории, чтобы устраивать такую блокаду. Как гласит кавказская пословица: «Если ты волк — кусай, если баран — терпи!» А бразильцы только рядятся под волка, а сами — фуфломёты позорные, вонючие свиньи!
Как я уже упоминал, перевозка сейчас выгоднее любого производства. Поэтому англичане, «просвещенные мореплаватели», стремятся монополизировать эту вкусную тему. Португальцы всегда выполняли роль шакала Табаки при англичанах, а Бразилия только формально независимое государство, так как Педру Первый — наследник португальского престола, которому дали порулить этой «независимой страной».
То есть Великобритания формально могучий союзник и Бразилии и Аргентины. А заодно и главный инициатор идеи независимого Уругвая.
Английские корабли, не обращая внимание на бразильскую блокаду, плавают куда хотят и где хотят. А тут речь идет даже не о десятках судов, а о сотнях. Так как другого пути, кроме как мимо нас, на тихоокеанское побережье Америки, как Южной так и Северной, до самого канадского Ванкувера, нет. Так же как и в восточную часть Тихого океана.
То есть ежемесячно в глубоководный порт Монтевидео, который представляет главное здешнее окно во внешний мир, приходит караван британских судов в количестве 60 кораблей. И еще такое же количество за этот период шастает поодиночке. Да в мелководный Буэнос-Айрес штук тридцать в месяц забегает.
 
Кроме этого, есть и французы. Сейчас каждый норовит сунуть свое рыло в кормушку. Может какую единичную маленькую шхуну бразильцы и могут шугануть. Но не стандартный торговый корабль. Ну не испугается он и что ему сделаешь? Начинать войну с Францией по такому глупому поводу — дураков нет. То есть ежемесячно до сорока французских кораблей посещают порт Монтевидео и еще такое же количество приходит в соседний с нами порт Ла-Плата.
А есть еще американцы США, с которыми бразильцы тоже не хотят связываться. И портить отношения. У этих, правда, большая половина судов — маленькие китобойные шхуны. Но многочисленные и наглые. Так и рыщут возле наших берегов, выгребая бесплатно морские биоресурсы Аргентины. Уничтожают китов, тюленей, ламантинов.
 
И ничего ты им не сделаешь, хоть ты тресни!
США тоже активно поддерживают идею разделения крупных латиноамериканских стран на маленькие части. Уничтожают конкурентов. Скоро США уничтожат большую Гранд-Колумбию. А потом сделают из большой Мексики — маленькую.
Аргентина, в этом же ключе, после распада на Боливию, Парагвай, Уругвай и Соединенные провинции, тоже перестанет быть крупной страной. Другое дело, что аргентинцы, захватывая ничейные земли индейцев на юге, снова войдут в разряд крупных государств. А так пока только Бразилия, в качестве исключения, останется большим государством, как верный союзник и клиент англичан.
  
Рохас, конечно, явный противник независимого Уругвая, но ничего не может поделать. Время идет, сепаратистский режим Монтевидео укрепляется. Уругвай как транзитный порт-государство пользуется горячей поддержкой всех «великих держав». А против них всех вместе не попрешь.
Тем более, что я активно уговариваю генерала подписать мирный договор и закончить эту нелепую войну. Мол, любой договор это бумажка, которая перестает действовать сразу после того, как становится выгодно его нарушить. То есть действую в англосаксонском ключе.
Если посмотреть на действия представителей «великих держав» в Аргентине, то обстановка следующая. Представитель старых, гнилых престолов Европы, французский консул, в качестве независимого властелина, сидит в соседнем порту Ла-Плата. Делая из этого города цитадель французского влияния в стране. И очень редко приезжает в Буэнос-Айрес.
Так как Франция заняла крайне враждебную позицию к режиму Рохаса, поддерживая своего ставленника Лавалье. Готовя его триумфальное возвращение во власть.
С англичанами чуть проще. Сэр Гамильтон занял позиции диаметрально противоположные Рохасу в столице. Если генерал занимает северо-западный пригород Палермо, готовый в случае высадки вражеского десанта отступить в степь, то генеральный английский посол, напротив, занял юго-восточное предместье Бараков. Где обычно проживает только беднота и контрабандисты. В «гетто», голимой трущобе, где даже неказистые саманные домики на фоне остального «жилого фонда» казались дворцами.
Такое стратегическое местоположение кажется послу выгодным. Так как в любой момент подошедшая британская эскадра может поддержать слова посла своей корабельной артиллерией. А если посол проиграет, то можно ему в любой горячий момент эвакуироваться. То есть сэр Гамильтон привык действовать с позиции силы. То же мне, крутой перец нашёлся…
С консулом США дела вести трудно, потому, что это спившийся алкоголик, с признаками надвигающейся белой горячки и манией величия. Консул занял особняк бывшего богатого испанца, великолепный дворец сеньора Лаприды. Он расположен в центре города, рядом с местом народных гуляний — «аламейдой» и со стриптиз-шоу «Красный Занавес».
И одновременно на берегу маленького залива дель-Ретиро. Так что артиллерийскую батарею, в форте, контролирующую этот залив, пришлось сооружать позади посольства. Жена мистера Слейда, предпочла остаться в США и там развлекаться, пока наш буйный алкаш накачивается виски в Аргентине. Можно определенно выразиться, что посол США — пустое место.
К иностранным представителям я бы отнес и католического архиепископа Аргентины. Посланца Ватикана. Все помнят какую предательскую политику проводила католическая церковь во время борьбы за независимость. Мол, пока жив последний испанец, только он должен править Аргентиной.
После революции в стране провозгласили свободу совести, но позиции католической церкви пока еще незыблемы. Слишком уж все ненавидят еретиков-гринго. Что делает сюда невозможным массовую эмиграцию не католиков.
Конечно, никакой логики в этом не было.
Да и вообще церковь строит в любой стране альтернативный центр власти. Тем более католическая, управляемая из заморского Ватикана. И высасывающая все соки. Недаром же американцы в США предпочли создать сотни разнообразных сект, вместо одной официальной церкви. Пусть они организуются явными сумасшедшими, зато все родные, доморощенные, конкурируют друг с другом и борются за влияние между собой, а не с государством. Да и собранные с прихожан деньги тратятся в своей стране.
Результат — налицо. США — самая богатая страна в мире. А среди католических государств богатых стран почти нет. За редким исключением. Так как Ватикан умело высасывает из них все соки. Я бы выразился, что транспортировка сейчас выгодней производства, а мошенничество — выгодней всего.