Тринадцатый ученик Дьявола (СИ)

— Как такое может быть? Ноэль же учился с этим человеком в вашей школе? Как он может не узнать его?
Вместо ответа Грохан глянул так, что у Йохана перехватило горло.
— Ноэля с нами больше нет, мой мальчик. А тот, кто перед нами, не знает сокурсников Ноэля. Как и не знает, что по ту сторону рва находится его собственный сын.
Йохан дернулся, но теперь уже рука Грохана предупреждающе сжала его запястье:
— И ни ты, ни я, и никто другой из нас ему об этом не скажем. Ты понял?
Йохан вырвал запястье и отступил. Понятнее некуда. Великий маг будет сражаться с кровью от крови своей. Хотя… кто его знает, есть ли у Тайфеля отцовские чувства. Проверять сейчас явно никто не собирался. На кону стояло сразу несколько жизней.
Птица с шумом вспорхнула в небо, и маг обернулся к остальным. Нехорошо ухмыльнулся и велел:
— Держитесь крепче!
Йохан оглянулся в поисках предметов, за которые можно было ухватиться, и заметил железные скобы, вбитые по всему диаметру башни на уровне пояса, и висящие рядом с ними ремни. Он ухватился за одну из скоб, краем глаза отмечая, что все остальные торопливо пристегиваются к стенам башни, и последовал всеобщему примеру. Спорить с Ноэлем теперь не хотелось никому. Да и просто открывать рот в его присутствии. А Ноэль уже отвернулся, абсолютно безразличный к тому, все ли безопасно зафиксировались. Его руки сначала взметнулись вверх и следом за этим упали вниз.
— Проснись и повинуйся, Дерхорт!
Йохан был готов поклясться, что низкий голос мага прозвучал у него в голове, потому что расслышать что-либо из-за шума сражения оказалось невозможно. И тут же понял, что зов был услышан. Каменный пол под его ногами сначала перестало трясти, а затем он встал на дыбы.
Йохан уцепился за скобу, чувствуя, как натягиваются прочные ремни под весом тела, и понял, что сторожевая башня взмыла в небо. А еще секундой позже понял, что дело не в башне. Весь замок пришел в движение и оторвался от земной тверди. Округу потряс ужасающий рев. А Ноэль, державшийся на ногах непонятным образом, расхохотался как буйнопомешанный. Его смех вплелся в рев чудовища, которое ожило по его прихоти, и вместе это превратилось в дикую какофонию, которая разнеслась по всей долине и отразилась от скал вдалеке. Шум людской толпы внизу мгновенно смолк, и в наступившей тишине стало слышно, как дышит многотонная туша, как скрипят кости перекрытия, как осыпаются редкие камни со стен, когда Дерхорт делает очередной вдох. Йохан подумал, что многое бы отдал за то, чтобы посмотреть на демона, чье сердце заперто в камне, со стороны. И тут Дерхорт сделал первый шаг со своего постамента.
Раздались крики несчастных, чьи хрупкие тела крушили ноги-опоры чудовища. При всей жизнеспособности армии несокрушимых констеблей сложно продолжать бой, если все, что от тебя осталось, это мокрое пятно, подумал Йохан, пока мир вокруг него мелькал и кружился. Он сильнее сжал скобу, за которую держался руками, и несмотря на то, что к горлу неотвратимо подкатывала тошнота, постарался сфокусироваться и понять, где находится земля. Где-то там, среди нападающих, был Дидрик, с которым у Йохана остались свои не сведенные счеты, и его присутствие не давало ему покоя.
Огромный замок-демон тем временем крушил все на всем пути. Его тяжелая поступь сотрясала округу, а под многотонной тушей ломались вековые деревья, гибли десятками солдаты и земля расходилась глубокими трещинами. Шансов выжить при таком раскладе у армии, собравшейся в долине, почти не было. Однако тот, кто привел их сюда, был не так уж и прост.
— Йохан, осторожно! — раздался над ухом голос Ладвига, и Йохан пригнулся от пролетающего совсем рядом огненного шара. Барабанные перепонки едва не лопнули от адского грохота, а Дерхорт отчаянно взвыл: видимо, в этот раз заклинание попало в уязвимое место. Раздался ужасающий рев, в котором Йохан едва признал голос Ноэля, и замок на несколько секунд замер. Йохан воспользовался этим, чтобы перевести дух и оглядеться, и понял, что смотровая башня висит параллельно земле, едва не касаясь ее. Более подходящего момента невозможно было себе представить. Он выхватил меч из ножен и полоснул по широким ремням, освобождаясь.
 
— Йохан! Не смей! — крикнул Ладвиг, но Йохан даже не подумал останавливаться. Он еще раз ударил по ремням и ощутил свободу падения. Больно стукнулся плечом, прокатился по земле и обнаружил над собой противника с занесенным мечом. Рубанул сверху вниз, почувствовал вкус крови на губах и едва успел вскочить на ноги, как воздух у виска распороло лезвие еще одного меча. Йохан был в самой гуще неприятеля. Он ловко пригнулся и снова рубанул, ощущая движение у правого плеча, сделал новый выпад, почти не глядя, и только в последний миг увидел занесенную для удара руку еще одного солдата. Удар был неизбежен. Йохан не успевал ни развернуть корпус, ни подставить меч, и с ужасом наблюдал, как кривятся в гадкой ухмылке тонкие губы, как вдруг в глазах нападающего мелькнуло непонимание. Он дернулся и с удивлением уставился на острие меча, торчащего у него из живота. Кровавая пена вскипела на его губах. Он захрипел и повалился прямо к ногам Йохана, являя вместо себя полного суровой ярости кузнеца.
— Я же сказал, что больше не отпущу тебя! — взревел тот, хватая Йохана за грудки и впиваясь в его губы коротким поцелуем, который обжег Йохану душу и согрел теплом тело. Поцелуй длился от силы миг. Ладвиг оторвался от Йохана, и они, не сговариваясь, отвернулись, прикрывая друг другу спину. Вражеское кольцо вокруг них медленно сжималось, однако стоило одному из атакующих подойти на длину клинка, как он падал замертво. Вот только толку от этого было маловато, ибо любой из пропоротых мечом вскоре поднимался и вновь шел в атаку.
— Руби головы! — прокричал Ладвиг из-за спины и снес ее точным ударом одному из нападающих. Йохан рукавом утер пот со лба и поудобнее перехватил меч, впервые признавая, что его юношеская горячность может стоить им обоим слишком дорого. Где-то над ними с криками кружила черная птица и с ревом двигалось огромное каменное чудовище, но даже при том, что Йохан теперь находился не на смотровой площадке, разглядеть Дерхорт в пылу сражения не хватало времени. Все, что Йохан видел, это огромные очертания с длинным мощным хвостом, который крушил все подряд, гигантские лапы и маленькую морду, на которой полыхали алые от ярости глаза-бойницы.
Круг констеблей вокруг них тем временем сжимался. И хотя теперь Йохан стремился рубить головы, оставляя тела без ориентира, ему не всегда удавалось нанести смертельный удар. Расстановка сил явно была не в его пользу.
— Пригнись! — крикнул Ладвиг, и Йохан поспешно упал на землю. Над ними, со свистом рассекая воздух, пролетел хвост Дерхорта, сметая по пути одновременно несколько десятков солдат. Откуда-то донесся сатанинский хохот того, кто еще недавно был Ноэлем. Йохан поспешно поднялся на ноги. Как раз вовремя, потому что вместо павших констеблей к ним уже подбирались новые.
— Где Дидрик? — вскричал Йохан, сам не понимая, кого спрашивает. Вместо ответа почувствовал, как вжимается в его спину спина Ладвига. Прямо на Йохана несся очередной констебль. Йохан поднял меч, чувствуя, как по руке течет что-то горячее и липкое. Глянул и не поверил — весь рукав пропитался кровью, хоть самого ранения он даже не почувствовал в пылу сражения. Однако рука стремительно немела. Йохан в ярости сжал зубы и зарычал от беспомощности, последним усилием занося над головой меч.
В этот момент нападавших буквально смело ударной волной. Оглушенный Йохан огляделся, понимая, что вокруг него пусто, и увидел в отдалении Грохана, воздевшего руки в заклинании. Маг встретился с ним взглядом и коротко кивнул. Сердце Йохана взмыло вверх от восторга, поскольку через миг из-за плеча Грохана вылетел похожий на маленький смерч темноволосый остро-резкий паж Фернандо и врубился в толпу с такой яростью, что сразу несколько человек попятились от него назад, наступая на ноги друг другу. Йохан перевел дух и быстро окинул местность взглядом, выискивая того, кто ему был нужен, и почти сразу обнаружил двух мужчин на пригорке метрах в пятидесяти. Один из них был закутан в плотный черный плащ, полностью скрывавший фигуру, с натянутым на самые брови капюшоном. Все его внимание было сконцентрировано на чудовище, чей хвост как раз сметал констеблей с равнины, словно хозяйка скопившуюся на полу пыль. Фигура второго, сидящего верхом на лошади, укрытой богатой попоной, была Йохану знакома. Костлявый профиль, сгорбленную спину и даже тонкие паучьи пальцы, сжимавшие уздечку, Йохан смог разглядеть. Глаза Дидрика были устремлены прямо на него. Встретившись взглядом с Йоханом, он поднял руку и подал знак еще одному отряду констеблей, немедленно бросившимся в атаку.