Секретная невеста (ЛП)

— Райя! — кто-то из нашей группы по курсу «Сигналы и системы» протягивает мне бокал в форме золотой кареты. — За тебя!
Я делаю глубокий вдох и залпом выпиваю коктейль, надеясь, что он смоет остатки грусти. Но знаю, что это не поможет. Отец может сколько угодно притворяться, но меня не обманешь. До банкротства остаются считаные месяцы, и наш единственный шанс — прототип. Если я смогу исправить солнечные панели, это изменит все. Решение как будто у меня на кончиках пальцев, но постоянно ускользает.
  
Я едва успеваю взять себя в руки, когда Адам протягивает мне еще один бокал, внимательно вглядываясь в мое лицо.
— Что случилось? — Он обнимает меня за плечи, наклоняясь ближе.
Я приподнимаюсь на носочки, собираясь его успокоить, но слова застревают в горле.
— Н-ничего… — выдавливаю я, а в этот момент в кармане завибрировал телефон. Это меня спасает. — Но важнее… Ты готов к нашему отсчету?
Адам тут же забывает обо всем и кивает, лучась радостью. Я начинаю считать, перекрикивая музыку:
— Три, два, один… С 22-летием, Адам!
Он резко поднимает меня на руки, сжимая в медвежьих объятиях. Его лицо зарывается в мои волосы на долю секунды, прежде чем он ставит меня обратно. Я улыбаюсь, впервые за весь вечер чувствуя себя искренне счастливой. Подталкиваю его к остальным друзьям, которые тоже хотят его поздравить.
— А знаешь, что нам нужно? — неожиданно кричит София, его партнерша по лаборатории. — Шоты!
Я оглядываюсь на нее и понимаю, что шокирована настолько, что не сразу обрабатываю ее слова. Ее нежное платье Золушки совсем не вяжется с этим боевым настроем.
Наши взгляды с Адамом встречаются, и мы одновременно начинаем хохотать. Он-то знает, как я ненавижу шоты.
— Я схожу за ними! — кричу я, — но пить не буду!
Адам бросает мне взгляд, и я мгновенно считываю в нем немой вопрос: «Ты в порядке?» Я слегка киваю и направляюсь к бару, настроение заметно улучшается.
Спустя двадцать минут барменша передает мне поднос с двенадцатью шотами, и я скептически смотрю на него, понятия не имея, как протащить все это через толпу, не разлив ни капли.
Как будто сама Вселенная решила доказать мне, что эта затея обречена, я не успеваю сделать и шага от стойки, как тут же врезаюсь в кого-то. Ледяной голубой ликер выплескивается на идеально белую рубашку, мгновенно пропитывая ткань.
Чувство жгучего стыда охватывает меня, и я замираю, поднимая взгляд на лицо высокого незнакомца, но вижу лишь верхнюю его часть, скрытую за желто-золотой блестящей маской в форме крыльев. Мои губы невольно приоткрываются, извинение уже готово сорваться с языка, но я на мгновение теряю дар речи, пораженная его темными волосами, ослепительными изумрудными глазами, обрамленными густыми темными ресницами, которым я тут же начинаю завидовать, и самыми сексуальными скулами, которые мне когда-либо доводилось видеть.
Его глаза встречаются с моими, и он выглядит удивленным, но в его взгляде нет и следа гнева.
— Мне очень... очень жаль, — наконец запинаюсь я, чувствуя себя все более глупо, пока между нами повисает неловкая тишина.
Он качает головой и улыбается, обнажая милые ямочки на щеках, которые делают его еще привлекательнее.
— Давай я помогу, пока ты не устроила еще большего бедствия, маленькая фея, — говорит он, и в его глазах игриво поблескивает веселье. — Не думаю, что этот поднос в надежных руках.
Он без усилий поднимает его одной рукой, балансируя над толпой, а второй берет меня за запястье.
— Куда нести?
Сердце делает сальто, но я лишь сильнее сжимаю его пальцы и веду к нашему столику, слишком благодарная, чтобы спорить, и слишком пристыженная, чтобы сказать хоть слово.
Когда Адам замечает меня, он радостно машет рукой… но его улыбка исчезает, как только он видит незнакомца, чья рука все еще лежит в моей.
— Райя, — произносит он напряженно, едва тот ставит поднос на стол. — Кто это?
— Лекс, — отвечает незнакомец. Голос у него глубокий, уверенный, но теперь в нем появляется некая угроза. Это имя ему идет — одновременно дерзкое и сильное, как и он сам.
Я виновато улыбаюсь:
— Я… эм… случайно пролила на него шоты.
Только сейчас я осознаю, что все еще держу его за руку. Поспешно убираю ее, и Лекс тут же наклоняется ближе, его губы почти касаются моего уха, посылая волну мурашек вниз по позвоночнику.
— Райя, — медленно повторяет он, словно пробует имя на вкус. — Это твой парень?
Из моих губ вырывается тихий смешок. Я качаю головой и разворачиваюсь к нему, наши тела почти соприкасаются.
— Нет, — отвечаю, уже привыкшая к подобным догадкам. — Мы просто лучшие друзья.
Лекс изучает меня долгую секунду, в его глазах вспыхивает что-то похожее на удовлетворение.
— Хорошо, — произносит он почти рыком.
— Почему? — спрашиваю я, не в силах скрыть флирт в голосе.
Он усмехается, его рука скользит мне на талию.
— Он кажется хорошим парнем. Мне бы не хотелось быть причиной его разбитого сердца.
Я ошарашенно округляю глаза. Лекс тихо смеется, поправляя выбившуюся прядь волос за мое ухо.
— Лекс, — повторяю я, пробуя, как звучит его имя. — Смело с твоей стороны думать, что у тебя вообще есть шанс.
— Хочешь поспорить, что к концу ночи ты передумаешь? — Он скользит взглядом по своей испорченной рубашке. — И не просто из жалости.
Я уже собираюсь дать ему от ворот поворот, когда мой взгляд цепляется за эмблему на пуговице его рубашки — золотого ворона.
— Это… Это рубашка от Raven Windsor Couture, — выдыхаю я, шок вытесняет флирт.
Эти рубашки нельзя просто так купить — они все шьются вручную и распродаются за считаные минуты, а список ожидания растягивается на месяцы.
— Боже, мне правда так жаль! Позволь мне возместить ущерб! — восклицаю я, снова изучая рубашку, после чего прищуриваюсь. — Ну, если она настоящая, конечно.
Мои пальцы рассеянно скользят по испорченной ткани его рубашки, пока Лекс не перехватывает мое запястье, прижимая мою ладонь к своему обнаженному под тонкой тканью торсу. Я вздрагиваю, осознавая, что вообще делала.
— Уверяю тебя, она самая что ни на есть настоящая, — усмехается он, его голос звучит низко и с легким вибрато. — Но не переживай.
Его хватка крепнет, и он делает еще один шаг ко мне.
— Однако… если ты действительно хочешь загладить свою вину, у меня есть одна просьба. Что-то, чего нельзя купить за деньги.
Я приподнимаю бровь, мое любопытство мгновенно пересиливает осторожность.
— Просвяти меня. Чего же ты хочешь? — спрашиваю я, уже готовясь к неизбежному разочарованию от его, без сомнения, пошлого ответа.
Лекс неожиданно ухмыляется, его пальцы мягко скользят между моих, сплетая наши ладони прямо у него на груди.
— Сыграй со мной в «Правду или Вызов», — произносит он, и я моргаю, не веря своим ушам.
— Что?
— Шесть раундов. По одному за каждый шот, который ты разлила на меня.
Глава 4
Лекс
— Правда или вызов? — повторяет Райя, и в ее потрясающе темных глазах сталкиваются любопытство и облегчение.
Она была великолепна на фотографиях из досье, которое я на нее заказал, но вживую — просто нечто. Очевидно, никакая камера не способна передать ее истинную красоту.
Я улыбаюсь ей, убирая с ее лица темные, растрепанные ветром пряди, гадая, что она ожидала от меня услышать. Но я бессилен против этого проклятого ветра, который продолжает играть с ее волосами.
— Я слишком многого попросил?
Она качает головой и улыбается — и я теряю дар речи. Черт. Я думал, что она уже и так чертовски красива, но потом она, блять, улыбнулась. Полный провал. Я не должен был так очаровываться собственной будущей женой.
  
— Вовсе нет. Давай сыграем, но с небольшим изменением: на каждый вопрос «правда» отвечаем оба.
Я киваю, полностью выбитый из колеи. Я даже не планировал с ней сегодня разговаривать, а уж тем более не ожидал, что она буквально врежется в меня. Все пошло не по сценарию, но я буду полным идиотом, если упущу этот шанс.