Как влюбиться в демона (ЛП)

Через несколько минут я оторвала свои губы от его и тихо спросила:
— Твоя мама здесь?
— Мои родители и братья, — подтвердил он. — Мы идём на завтрак. Бронь через сорок минут.
Чёрт.
Трясущейся рукой я снова убрала волосы с лица.
— В следующий раз разбуди меня до того, как они придут, чтобы я успела собраться с мыслями.
— Обязательно. — он снова быстро поцеловал меня в губы, а затем слегка присосался к шее. Мои глаза закрылись, и я постаралась не позволить ему повлиять на меня так сильно, как мы оба знали.
— Имена твоих родителей…
— Анастасия и Элдрих. — он отпустил мою шею, неохотно оставив её в покое.
Я несколько раз мысленно повторила их имена, а потом поняла, что Рафаэль никуда не ушёл.
— Тебе не нужно меня ждать. Я без проблем найду себе занятие, пока вы идете завтракать.
Его глаза сузились.
— Теперь мы с тобой единое целое, Татер-тот. Я иду, и ты идёшь.
Я помрачнела.
Возразить против этого было невозможно.
У меня не было ничего, что, по моему мнению, выглядело бы прилично рядом с проклятой спортивной курткой Рафаэля, поэтому я попросила его найти мне что-нибудь, пока я буду делать макияж.
Единственной одеждой для особых случаев была мини-юбка и подходящий топ, которые Бринн уговорила меня купить несколько лет назад, но они явно не подходили для позднего завтрака.
Нанеся тушь и подводку самым причудливым способом, который я знала… и совсем не модно… я завязала волосы в пучок и сочла, что всё готово.
Когда я закончила, Рафаэль уже прислонился к двери ванной с моей одеждой, и я выхватила её у него из рук.
В джинсах и простом топе я смотрелась нелепо, когда шла рядом с ним, но даже если бы у меня была элегантная юбка или платье, я бы не захотела их надевать. Поэтому мне нужно придумать, как принять свою повседневность.
Другой вариант — сменить гардероб на мужской, а я совершенно не собиралась этого делать.
Одевшись в ванной, я неохотно позволила сопровидить меня по лестнице. Мои ноги на носках ступали по кафелю, а рука сжимала руку Рафаэля.
Когда мы спустились по лестнице, на нас посмотрели четыре человека.
Его мать, Анастасия, была так же великолепна, как я и предполагала. У неё была загорелая кожа, прямые блестящие чёрные волосы, ниспадающие до середины спины, и потрясающее тело, которое демонстрировало чёрное платье в обтяжку.
Её глаза были яркими, а губы сложились в полуулыбку, которая совершенно ничего не говорила мне о том, что она действительно думает или чувствует.
Его отец, Элдрих, был очень похож на него и его братьев, но кожа была на несколько тонов темнее, чем у них, а волосы вились, в то время как у них они были только волнистыми. Он расслабленно прислонился к ближайшей к двери стене. Его взгляд был любопытным, но не осуждающим и не обвиняющим.
— Мама, папа, это Татум. Татум, познакомься с моими родителями. — Рафаэль жестом указал на них, и я заставила себя улыбнуться самой дружелюбной улыбкой в стиле кофейня-улыбка.
— Привет, — сказала я, чувствуя себя ещё более неловко.
Рафаэль прижал меня к себе, и я ещё сильнее прильнула к нему в надежде, что это снимет неловкость.
И, может быть, лучше преподнесет этот спектакль.
Улыбка Анастасии стала шире.
Я всё ещё не была уверена, что это правда.
— Добро пожаловать в семью, Татум. Я чёртовски долго ждала, когда один из моих мальчиков наконец положит конец их вечным холостяцким похождениям.
Зандер фыркнул.
Себастьян помрачнел.
Взгляд Элдриха наполнился весельем.
Рафаэль громко рассмеялся.
— Наконец-то промывание мозгов закончилось.
— По крайней мере, для тебя. — она подмигнула мне, а затем перевела взгляд на двух других своих сыновей. — Баш, у тебя ведь тоже есть потенциальная пара в этом городе, верно?
— Он не должен был говорить тебе этого, — сказал Зандер.
— Возможно, Татум удастся её найти, в отличие от меня, — бросила она в ответ.
Возможно, её улыбка была искренней.
— Вы пытались выследить их потенциальных пар? — спросила я.
— Десятки раз, в нескольких городах. Известно, что от потенциальных пар трудно уйти, после того как вы с ними познакомились. Именно поэтому они никому, включая друг друга, не говорят, где находятся их пары.
  
— Так что да, наша мать десятилетиями пыталась заманить нас в ловушку, — проворчал Зандер.
— Если в наши дни сделать вашу жизнь лучше, а голод — легче, считается заманиванием в ловушку, в таком случае да, я пыталась заманить вас в ловушку. — она провела рукой по передней части платья, хотя я не заметила ни пыли, ни крошек, ни ворса. — Нам нужно идти. Готовы?
Все согласились и, переговариваясь, направились к двери. Я надела ботинки, прежде чем Рафаэль успел вывести меня на улицу. Ключи в его руке определенно были не моими, и что-то подсказывало мне, что я наконец-то увижу его машину.
Лифт быстро доставил нас вниз. На парковке Анастасия и Элдрич последовали за Зандером и Себастьяном, а не остались с нами.
— Увидимся там, — сказала Анастасия через плечо.
— Отличная работа, Татер-тот. — он поцеловал меня в щеку, когда мы пересекали гараж, и я оттолкнула его от себя, отчего он усмехнулся.
Я заметила дракона-перевертыша из моей кофейни, сидящего в машине возле лифта, и чуть не споткнулась. Когда Рафаэль помахал ему рукой в знак приветствия, я сделала то же самое.
— Наконец-то ты покажешь мне свою машину, а? — спросила я, когда мы подошли к ряду роскошных автомобилей. Мой взгляд просканировал их все, пытаясь определить, какая из них принадлежит Рафаэлю, но так и не смогла определиться.
Все они стоили невероятно дорого, и ни в коем случае не были целесообразными или необходимыми.
— Наконец-то, — усмехнулся он, ведя меня в дальний конец ряда, за машинами, которые я видела.
И прямо к блестящей серебристой машине, идентичной моей, но на дюжину лет новее.
Я остановилась на месте.
Ухмылка Рафаэля расширилась.
— Довольно дорогая машина, ты не считаешь?
Я моргнула.
Я была уверена, что её напичкали всеми самыми модными опциями, которые предлагал производитель, и, возможно, несколькими дополнительными, но…
Это была моя машина.
Или настолько похожа на мою машину, что я не могла осуждать его за это.
— У тебя хороший вкус в автомобилях, — наконец сказала я, немного неохотно. — Если только ты не купил его после нашего знакомства, чтобы я не смогла тебя осуждать.
Он рассмеялся.
— Я купил его, когда переехал сюда, перед тем как попасть в тюрьму. У меня дома в Вулфкресте тоже есть более старая версия в красном цвете.
Мы пристегнулись, и я не смогла не залюбоваться автомобилем, когда он выехал из гаража. Он был великолепен. Действительно, действительно великолепен.
И осознание того, что он мог купить всё, что угодно, но выбрал разумный автомобиль, заставило меня уважать его ещё больше.
Завтракать с его семьей оказалось на удивление приятно. Я уже знала, что его братья дружелюбны, но они включили меня в беседу, как будто я уже принадлежала им. Рафаэль постоянно касался моей руки и ноги, обнимал меня за плечи, и мне это нравилось. Это не соответствовало той картине, которую мы создавали, но, честно говоря, это не было похоже на ложь.
Казалось, что мы находимся в самом начале, как он и сказал.
Анастасия сидела по другую сторону от меня на протяжении всей трапезы, что меня удивило, но я не чувствовала дискомфорта. Перед едой я показала ей фотографии своих праздничных платьев, и она вместе со мной охала и ахала над ними. Мне показалось, что проще назвать их платьями для вечеринки, чем свадебными, и только одно из них было белым, так что это было вполне уместно.
Она не осуждала меня за это.
Когда трапеза приблизилась к концу, она стала развлекать всех нас рассказами о неделях, проведенных с сыновьями за эти годы. Она не отходила от них ни на шаг, надеясь, что они проболтаются о том, где находятся их потенциальные пары… либо случайно, либо потому, что устанут от её назойливости. Это пока не сработало, но она не теряла надежды.