Я начинаю жить (СИ)

— Да, то есть нет. Со мной всё в порядке. Просто впечаталась в дверь. — Сажусь за стол.
— Что ты сделала? — не поняла Лерка.
— Препод случайно заехал в меня дверью. Вот и всё.
— Что? Ничего себе. Так, давай рассказывай. Всё, и с самого начала, — просит подруга.
Но я обещала кое-кому не выдавать его.
— Особо нечего рассказывать. Это произошло случайно. Я подхожу к двери — и тут он, открывает ее со всей дури и ударяет меня по голове. Я, разумеется, падаю и неудачно приземляюсь.
— Что потом?
— Игорь Константинович отвел меня в кабинет, приложил холод ко лбу. Всё.
— Не рассказывай мне сказки, Алекс. Давай выкладывай всё как есть.
Я поражаюсь ее проницательности. Откуда она меня так хорошо знает, черт побери?
— Вообще-то, я говорю правду. Не хочешь — не верь. А еще… он предлагал отвести меня в медпункт, но я отказалась. Сидела у него в кабинете, пока головокружение и тошнота не прошли.
— И всё?
— Ну, еще извинилась, как и планировалось. Он вроде сказал типа… "теперь мы квиты". И зла не держит. В общем, всё прошло хорошо, за исключением удара по голове, — вру я, хотя частично я говорю правду.
— Ну ладно, а как голова? Всё еще болит?
— Меньше, но всё ещё кружится, — жалуюсь я.
— Пожалуй, куплю тебе сок, — говорит она и идет к прилавку.
Через час у нас эконометрика, а пока мы сидим в читальном зале. Лерка дописывает конспект и пытается что-то вдолбить себе в голову, повторяет предыдущий материал. Конспект я дописала еще вчера ночью, а повторять то, что не учила, не вижу смысла. Как можно выучить ЭТО за час? Я просто не успею. Поэтому я просто сижу и плюю в потолок. Шучу. Этот час мне нужен, чтобы прийти в себя.
Пусть спрашивает и ставит два. Плевать. Хотя я почему-то уверена, что Игорь сегодня меня не спросит. И откуда такая уверенность? Из-за одного милого разговора с ним? Интуиция? Может быть, может быть.
Час Х. Вхожу в кабинет с опозданием, так как нужно было привести себя в порядок после произошедшего. Я освежила лицо, снова накрасила губы красной помадой, та вся стерлась и размазалась. Лерчик давно на месте: я попросила ее не ждать меня, а-то наказание настигло бы и ее. А у меня есть уважительная причина на опоздание, и он это знает. Но как он объяснит это студентам? Вот это вопрос. Очень хочу посмотреть, как он станет выкручиваться. Забабахает мне наказание, а потом сам же и выполнит его? Сейчас увидим.
— А вот и вы, Савельева. Слышал, вы были в медпункте? Как себя чувствуете?
Забавно наблюдать за выражением его лица: не выражает никаких эмоций, точно каменный булыжник.
— Уже лучше. Вот что значит неудачно удариться в дверь, — с иронией отзываюсь я.
Ни один мускул на лице не дрогнул. Вот же камень!
— Ну что ж, проходите, — совершенно спокойно говорит он.
Вот это актерское мастерство. Браво.
— А что так можно было? — наигранно удивляется Макс. — Врезаться башкой в дверь и опоздать?
— Остроумно, Вишневский. Только жаль вас разочаровывать, к вам это не относится. Вы в любом случае должны присутствовать на моих занятиях. Будь у вас температура под сорок, ногу сломали и всё остальное, на что хватит вашей фантазии, приползете как шелковый, иначе экзамен мой не сдадите, вам ясно?
Ну уж это чересчур, Игорь. Ты можешь помягче, я знаю.
— Ясно, — недовольно бурчит Макс.
— А если, взаправду заболеть? Неужели нам придется тащить свое полуживое тело на пару? — интересуется Сергей.
— Хотите заболеть — пожалуйста, но потом пеняйте на себя, — невозмутимо отвечает Игорь.
Все помалкивают.
— Ну что же, показывайте конспекты. Староста соберите тетради. А мы тем временем начнем разбирать тему прошлого занятия. Только на этот раз рассказывать будете вы. А я с радостью послушаю вас. Так, с кого бы начать… — Он пробегается по списку в журнале. — А начнем мы сегодня с Вишневского. Так ведь, Максим?..
Пара кончается. Как я и предполагала, он не стал меня спрашивать. Я и не сомневалась. Разве что чуть-чуть. Нарочно долго копошусь с вещами, намереваясь выйти из аудитории последней. Лерка же убежала чуть ли не самая первая — она получила два. Естественно, она вне себя от злости.
 
Собираюсь уже выйти, как он окликает меня:
— Александра.
Этого я и ждала. Закрываю дверь, которую только что открыла. Кто-то, не успела разглядеть, ее громко захлопнул прям перед моим носом. Кого-то, похоже, не устроила оценка.
Медленно поворачиваюсь и вижу его перед собой, ближе, чем следовало бы. В какое время он успел подойти так близко? И главное бесшумно. Выглядит он… очень симпатичным и мужественным. Он что, ходит в качалку? И эти его рубашки сводят с ума. Неужели у него нет другой одежды в гардеробе? Футболка, свитер там, например? Эй, да что с тобой такое, Алекс, блин? Зачем я его разглядываю?
— Как ты? — спрашивает он.
— Нормально, — отвечаю я, сглотнув внезапно образовавшийся в горле ком.
— Точно?
— Да.
Я уставилась прямо на него, и он смотрит глубоко в глаза.
— Ну хорошо. Думаю, ты заметила, что я не стал опрашивать твою больную голову. Ей и так досталось, — улыбается он. Опять эти треклятые ямочки на лице, которые буквально завораживают.
— Да уж… А скажите, вы это серьезно про сорок градусов? — пытаясь отвлечь себя от ямочек, быстро перехожу на другую тему.
— Нет, конечно. Что я, не человек что ли? Но пусть даже не надеются, что мои пары можно пропускать. Строгий преподаватель, помнишь?
— Конечно, как можно забыть, — закатываю глаза, в ответ он ухмыляется, а затем, словно вспомнив что-то, продолжает:
— И еще кое-что. Будь готова к тому, что в пятницу я могу тебя спросить. Так что выучи всё как следует, хорошо?
Меня поражают его слова. Это что проявление заботы с его стороны? Ну ладно, я согласна с таким положением вещей. Мне это нравится.
— Хорошо. Но, может, тогда вы и конкретный вопрос подскажете, какой собираетесь мне задать?
Наглость мое второе имя. Хотя нет, вру. Третье. Второе — любопытство.
— Эй, давай-ка ты не наглей, договорились? — Его лицо становится серьезным.
— Договорились, — виновато опускаю взгляд, чтобы потом снова взглянуть на него с невинным выражением лица. Лиса? Лиса. — Но, учитывая, что сегодня, да и завтра тоже, моя голова не способна переварить большое количество информации, я все же надеюсь, что вы сжалитесь надо мной.
— Сегодня, так уж и быть, сжалюсь, — улыбается он.
— Спасибо, — искренне благодарю его я.
Получив вопросы к следующему занятию, выхожу за дверь и прислоняюсь к закрытой двери, переводя дыхание. Стою так секунд пять. Черт, черт, черт. Черт! Я опять влипла. Или нет? Как бы это понять-то?..
Следующая пара — «Государственное и муниципальное управление». Ведет его очень даже приятная женщина. С ней у меня никогда не бывает проблем. А вот с физкультурой не очень-то. Такое чувство, что нас готовят к марафону, причем по всем видам спорта. И эта женщина сводит всех с ума своими требованиями. Мне легче раз десять сходить на тренировку в фитнес-центр, нежели пройти все круги ада на физ-ре.
Спортзал. Сегодня у всех получасовой бег, комплекс упражнений в течение сорока минут и сдача одного норматива. Впрочем, как и всегда, но за одним исключением: я все-таки сходила в медпункт за справкой и получила освобождение от физкультуры на один день. Преподавательница, разумеется, домой меня не отпустила. Велела легким бегом наматывать круги. Мне. Человеку с больной головой. Вот ненормальная.
Еще в начале пары я заметила парня, сидящего на скамейке возле двери и глазеющего на девушек. Надеюсь, я вне его списка, по крайней мере, я ни разу не встретилась с ним глазами. Какой-то он весь потрепанный что ли, хотя вроде одет прилично. Не знаю… от него веет грустью и мраком. Черная футболка, джинсы примерно того же цвета, белые кроссовки, рядом на скамейке лежит черная куртка. Сам он довольно-таки крепкий в телосложении, четко очерченные мускулы в плечах, такого бы я испугалась, встреть его я ночью в темном переулке. Однако есть одно НО — его детская мордашка. Живые пухлые губы, светло-русые волосы, небрежно падающие ему на глаза, делают его милым ребенком, жаль только, непослушным.