Я начинаю жить (СИ)
— Ну вот. Зачем ты так рано проснулась? — наигранно сокрушается он, оставляя попытки сдвинуть меня с места.
— Ну извините, мой господин. В следующий раз спрошу разрешения, когда мне можно вставать, а когда нет.
— Алекс, не язви, — и громко вздохнув, поясняет: — В общем, это сюрприз.
— Еще один? Не многовато ли сюрпризов? Ну правда, Игорь, хватит. Мне уже неудобно как-то. — Обнимаю его за талию и запрокидываю голову, чтобы взглянуть на него, такого замечательного.
— Обещаю, этот последний, — мягко произносит он, глядя сверху вниз. В такие-то моменты и понимаешь, что разница в росте у вас существенна. — Ну… то есть предпоследний.
— Игорь!
— Да, милая? — и с таким невинным видом смотрит на меня, что я сразу сдаюсь:
— Хорошо, ладно. Я поднимусь наверх. Но если тебя не будет там через пять минут…
— Десять, — просит он.
— Жду тебя десять минут, а затем возвращаюсь. И только попробуй снова меня затолкать…
— Не буду, — торопливо бросает он и целует в губы. — А теперь иди, прямо в кроватку, договорились?
— Ага, — мямлю я, не оправившись от внезапного поцелуя, такого быстрого и легкого, как ветерок…
Пока у меня есть время, исследую ванную в своей спальне. Скажу так: если бы меня здесь заперли, я бы не стала кричать и отчаянно звать о помощи. Все удобства — вот они, передо мной. Огромное пространство. Роскошный теплый кафель, сверкающий белизной и маленькими золотистыми вкраплениями. Стеклянная душевая кабинка с серебристым сантехническим оборудованием. Белый унитаз. Овальное зеркало в вычурной золотой оправе. Туалетный столик, весьма изысканный и элегантный, — видно, что создавался для истинной леди. Посреди комнаты сама ванна, белая, с золотым краником и фигурными ножками. А взглянув наверх, можно отметить изобилие затейливой золотисто-медной росписи, растянувшейся на весь светло-серебристый потолок. Очень красивый дизайн ванной комнаты — мне нравится, я бы здесь задержалась, может быть, навсегда… Ладно у меня есть пять минут, чтоб привести себя в порядок.
Накраситься я не успею, да и сумка в машине осталась, но зубы почистить-то надо. И чем их чистить? Опускаюсь за туалетный столик перед зеркалом, тупо смотрю в свое отражение, раздумывая, что же делать. Оглядев комнату в очередной раз, прихожу к мысли, что здесь всё идеально, даже слишком, будто только вчера завезли всю мебель и обустроили перед самым нашим с Игорем свиданием. Но это ведь не так, значит… значит здесь периодически убираются, возможно, ежедневно.
А этот владелец и впрямь неприлично богат. Интересно, сколько здесь рабочего персонала? Не удивлюсь, если даже садовник есть. Но, учитывая, что сейчас дело близится к зиме, то вероятнее всего, он в данный момент еще и дворник. Или садовник и дворник здесь — это разные люди? Думаю, Николай Геннадьевич не тот, кто привык экономить.
Точно, здесь же есть сад! Зимнюю оранжерею я уже лицезрела, а летний сад, жаль, смогу увидеть лишь летом. Надо будет сюда вернуться еще в июле месяце, когда как раз всё уже зацвело… Погодите-ка, я ведь могу сюда заглянуть в любое время! Да хоть завтра! У меня ж теперь есть… хотя, наверное, мне открыт безграничный доступ лишь в библиотеку. Ну да ладно, если попроситься выйти в сад, думаю, Николай Геннадьевич не откажет мне в просьбе. Как мне показалось, он весьма любезен. Его ведь никто не заставлял выписать мне билет, он сделал это сам — он подарил этот крошечный листик бумаги совершенно незнакомому человеку. Как я вижу ситуацию — он уже стар, довольно мудр и рад поговорить с любым книголюбом, пусть даже это я. Думаю, мы поладим, если познакомимся поближе. Обязательно приду сюда, может, не на этой неделе, и не на следующей. Времени пока не так много: началась волна идущих друг за другом промежуточных зачетов. А через месяц я вполне себе свободна, обязательно заскачу.
Открываю верхний ящик стола и неожиданно для себя обнаруживаю многочисленные запасы ванных принадлежностей: душистые мыла разных вкусов, гели и кучу всего остального. Задвигаю ящик обратно. Выдвигаю второй — вот они: куча упаковок зубных щеток и тюбики с зубной пастой на выбор. Круто. Так, у меня осталось около двух минут. Распечатываю упаковку, бросаю ее в корзину, затем выдавливаю немного пасты и чищу зубы.
Только я собираюсь выйти из ванной, как слышу тихий скрип петель медленно открывающейся двери. За считанные миллисекунды преодолеваю расстояние до кровати и усаживаюсь поудобнее, расслабляюсь, словно всё это время только и делала, что сидела в постели и дожидалась Игоря.
— А вот и я. — Он с загадочной улыбкой появляется в дверях.
Я тоже улыбаюсь, глядя на то, как этот парень неуклюже прикрывает за собой дверь, держа в руках внушительный деревянный поднос. Опустившись на краешек кровати, ставит его поверх мятого одеяла. Резво подтянув к себе ноги, втягиваю носом воздух над подносом: скрытые под серебристыми крышками блюда источают тонкий, едва уловимый аромат каких-то специй, а еще присутствуют сладкие нотки любимого мною шоколада.
— Начнем это утро заново, — заявляет Игорь. — Доброе утро.
— И тебе доброе утро. Я так понимаю, это наш завтрак? — с предвкушением спрашиваю я. Завтрак в постель — такое я только в кино видела.
— Да, попробуешь угадать, что это? — предлагает он, заведя руку над ближайшей ко мне куполообразной крышкой — большая ладонь замирает в воздухе в ожидании моего ответа.
— Не, я сейчас с голоду помру, пока буду гадать. Просто открой уже, — нетерпеливо роняю я.
И он, коротко усмехнувшись, подхватывает серебристую крышку, откладывает ее в сторону. На мгновение замираю от неожиданности, уставившись на аппетитные панкейки в сладком сиропе, обильно политые растопленным шоколадом, поверх которого красиво лежат ровные, круглые кусочки банана и темные шарики лесной черники.
— Ты ведь привыкла начинать с десерта…
— Банан в шоколаде, — перебиваю я его, — ты не забыл… Сознавайся, во сколько ты встал, чтобы это приготовить? — Восхищенно смотрю на мужчину, что так умело и искусно покоряет мое сердце, все сильнее и сильнее с каждой совместно прожитой минутой.
— Точно сказать не могу, — с задумчивым видом произносит он, — но могу заверить, на всю готовку у меня ушло не больше часа.
— У тебя так много скрытых талантов, что я на твоем фоне выгляжу совсем уж… неумехой.
— Глупостей не говори, — строго отзывается Игорь, потом уже с улыбкой продолжает: — А теперь налетайте, Александра. Завтрак в вашем распоряжении, можете лопать.
Мило улыбнувшись ему, приступаю к десерту. Под взглядом Игоря смущенно прихватываю губами кусочек испачканного в шоколаде теста, и к уголкам рта безнадежно прилипает темная густая жидкость. Глаза напротив вдруг вспыхивают ярче, и уже через секунду их обладатель меня целует, вкушая шоколад с моих губ. Очень сладкий и нежный поцелуй прерывается его тихим:
— И правда, вкусно.
Затем в последний раз проведя языком по моей нижней губе, Игорь отстраняется, отламывает маленький кусочек от пышной панкейки и, положив сверху банан, подносит к моим устам. Завороженно глядя на него, послушно раскрываю губы и впускаю мужские пальцы внутрь, захватываю нежный десерт, кончиком языка коснувшись грубой кожи пальцев. Ох, жар неминуемо расползается по всему телу. Не знаю, что бы произошло дальше, если бы я не выпустила вторгшийся в рот объект из захвата. Неловко опустив взгляд на тарелку, я решаю сделать то же самое, что и он: накормить его. Но делаю это без горячих прелюдий. А в конце просто слизываю оставшийся шоколад с пальцев, чем вновь приковываю взгляд, полный голодного желания. Черт, не хотела же ничего такого. Оно само как-то так получается. Однако — вот, поражаюсь его силе воли — Игорь берет себя в руки и нарушает чарующую тишину:
— У меня тут еще фриттата с овощами. — Он открывает вторую крышку, демонстрируя красочное блюдо под ним. — Попробуешь?
Чары рассеиваются, и ко мне возвращается здравый смысл, вернее, к нам обоим.
— Ничего себе. Игорь, правда, ты не думал еще об одном хобби? Может, тебе заняться кухней в каком-нибудь самом дорогом ресторане страны? В качестве шеф-повара, разумеется, — улыбаюсь я.