Я начинаю жить (СИ)

— Так-то лучше, — слышу голос, полный облегчения.
— Не врежемся, — уверяю я. — Здесь даже машин нет, и деревья закончились еще километра два назад. На этой трассе даже я закрытыми глазами могу водить.
— Ну, может, тогда продемонстрируешь? Покажешь мастер класс? А я с удовольствием посижу в пассажирском сиденье.
— Шутишь?
— И в мыслях не было. Ну что, сядешь за руль?
— А, не, не-не-не, — резко подобравшись, отказываюсь я от столь «заманчивого» предложения. — У меня прав нет. Так что держи штурвал сам.
— Ты сама сказала, что здесь никого нет, никого, кто бы проверил наличие твоих прав, — с этими словами он, о боже, останавливает машину. Господи, и зачем я только ляпнула?
— Игорь, я преувеличила свои возможности. Я не умею водить. Поэтому давай заводи мотор — и поехали. — Устремляю взгляд вперед. Обнаружив, что автомобиль не трогается с места, поворачиваюсь к своему парню и встречаю его внимательный взгляд.
— И чего мы ждем?
— Тебя.
— Скажи, что ты это несерьезно.
— Увы, обманывать тебя я не хочу, — уголки его рта мгновенно взлетают вверх.
— На этот раз, действительно, не смешно, Игорь. Ты хочешь, чтоб я угробила нас обоих? Ладно я, но ты… я хочу, чтоб ты прожил долгую жизнь. Так что езжай, за руль я всё равно не сяду, ни за что, даже не уговаривай.
— Во-первых, мы оба проживем достаточно долгую и счастливую жизнь, во-вторых, я не сдвинусь с этого места, будем ночевать здесь, если потребуется, а в-третьих… — Он отодвигает назад свое кресло, раздвигает ноги и указывает на место перед собой. — Садись, я научу тебя.
Он в самом деле предлагает научиться вождению под его чутким руководством? Да еще в таком положении? Я ж не смогу сосредоточиться, когда он будет дышать мне в шею. Я ж растаю от его прикосновений.
— Здесь нет ничего сложного, тем более это автомат, а не механика.
— Мне это ни о чем не говорит.
— На автомате переключение передач происходит автоматически, а в механике — вручную. Ладно, для начала просто сядь сюда. Ну же! — настаивает он.
Ну а что? Чуть что — он рядом, сможет предотвратить последствия моего неумелого вождения. К тому же, я очень хочу, просто жажду его прикосновений.
— Хорошо. — Нерешительно поднимаюсь с сиденья и перешагиваю преграду между нами (не знаю, как называется этот рычаг, торчащий посередине). Он помогает мне сесть. Прижимает к себе, придвинув меня до нельзя ближе. Я вздрагиваю. Напрягаюсь. Чувствую, что и ему наша близость не дает в полной мере сосредоточиться.
— Не дергайся, сядь прямо, — велит он, берет мои руки в свои и кладет их на руль. — Вот смотри, это руль.
— Ха-ха. Игорь, я не настолько деградирована. Я знаю, что такое руль.
— Ну, по крайней мере, вы теперь знакомы, — смеется он. — А это ключ. — Он переносит наши руки к ключу (я закатываю глаза) и заводит легким движением моих пальцев, затем перемещает мою ладонь на рычаг. — Это рычаг. Если быть точным, то рычаг переключения режимов коробки передач, но, думаю, с тебя и "рычага" хватит.
Игорь показывает еще что-то, но я не в состоянии запомнить.
— Я всё равно не запомню, так что можешь не объяснять, иначе мы с тобой здесь до утра застрянем. Просто веди моей рукой, терминам как-нибудь в другой раз обучишь.
— Хорошо, нажми вот на эту штуку, — говорит он. — Затем на ту, — и опускает свои руки вниз. Он смеется надо мной? Какого черта, он не держит мои руки в своих?!
Ладно, попробую. Ведь рано или поздно мне пришлось бы столкнуться с жестокой реальностью автомобильного вождения. В моих жизненных планах имелся такой пункт, а значит, его осуществление не за горами. Точнее сказать, прямо сейчас.
— Хорошо, только не позволь мне загнать нас в кювет.
— Не волнуйся, этого я не допущу… Так, хорошо, теперь положи руки на руль. Трогайся.
Машина вдруг дергается, и невольно отдергиваю руки с руля, ногу с педали. Машина глохнет, а я в одно мгновение съеживаюсь, закрыв лицо руками.
— Эй, испугалась? — Игорь заглядывает в мои глаза. — Ничего страшного, попробуй еще раз.
 
— Я тебе так машину сломаю, — вздыхаю я.
— Не сломаешь. — Кладет свои руки поверх моих и подносит к рулю.
— Давай лучше ты поведешь. Иначе мы никогда не доберемся до нужного места. — Смотрю на часы. — Ты в курсе, что уже пять часов? Прикажешь мне поздней ночью домой добираться? — Поворачиваюсь к нему и… на секунды две замираю, глядя на этого красавчика.
— Наверное, ты права. Но, в любом случае, мы с тобой сегодня уже обратно не поедем.
— В смысле? — тихо произношу я, опомнившись.
— В том смысле, что наше с тобой свидание с ночевкой… то есть… кажется, я неправильно выразился. Я имел в виду, мы останемся там на ночь, так как будет уже поздно.
Киваю с улыбкой, но она мгновенно потухает, когда я глубже окунаюсь в его бездонные глаза. Игорь также умолкает, не сводя с меня глаз.
— Иди ко мне. — Он тянется к моим губам, и мы оба расплываемся в нежном поцелуе. — Знаешь, такими темпами я испорчу наше с тобой идеальное первое свидание. Ведь мы и впрямь можем застрять здесь надолго. Посреди этого безлюдного поля. Где мы совсем одни.
Ощущаю тяжелый воздух между нами, чувствую, как обстановка накаляется. Нужно прекращать самой, ему это, как я вижу, не по силам. Нельзя не заметить, как он борется с собой, своим желанием. Я ему помогу. Я же сильная? Ведь так? Всего-то нужно отвернуться. Это же не так сложно. Черт, сложно!
— Ты прав. — Наконец отворачиваюсь и берусь за руль. — Так, ты управляешь моими руками, и мы спокойно и благополучно добираемся в пункт назначения. Идет?
— Идет, — вздыхает Игорь.
Трогаемся.
— Тебе повезло, ну или нам повезло, что моей мамы сегодня нет дома, поэтому я вполне могу остаться с тобой до утра. Она возвращается с работы только завтра вечером.
— Знаю, поэтому я и затеял эту поездку.
Не понимаю, откуда он может знать?
— То есть как знаешь? Откуда? По-моему, я тебе не говорила.
— Не говорила, но не трудно догадаться. Вы прилетели сегодня, и были в Москве два дня. Значит, твоя мать отдыхала тоже два дня, не меньше. Следовательно, ей предстоит работать еще минимум два дня после выходных. Простая математика.
— Круто, что ты в курсе маминого сумасшедшего графика. — Я не могу не улыбнуться его логике.
— Ничего сложного.
— Скажи это моему мозгу…
Проходит некоторое время.
— Похоже, мы наконец переехали это безумное поле. Впереди маячит перекресток. Мне сюда нажать?
— Черт, это сложно, — внезапно срывается с его губ.
О чем это он? Неужели он признает, что посадить меня за руль было ошибкой? Я что, правда, такая плохая ученица? По-моему, он сам говорил, что эта кнопка для фар. Я же должна их включить, разве нет? Поскольку на горизонте появляются машины.
— Я же говорила, что не умею водить. И нечего сейчас психовать.
— Прости, вырвалось. На самом деле, я о другом.
— Да? И о чем же?
— О том, что трудно вот так вот сидеть рядом с тобой и не целовать. Это самая настоящая пытка.
Замолкаю напрочь, потому что его состояние передается и мне. Волна возбуждения заставляет мою кровь двигаться с бешеной скоростью, сердце начинает стучать в сто раз громче и чаще. Но я нахожу в себе силы, чтоб заговорить:
— Может, мне пересесть? Вдруг на пути появится ДПС.
Конечно же меня волнует другое, а не какой-то там ДПС. Хотя, а вдруг и впрямь на них наткнемся?
— Нет, не нужно. Мы практически на месте. Сейчас свернем здесь.
Я слежу как он моими руками сворачивает с дороги.
— Знаешь, если бы я тебя не знала, то подумала бы, что ты маньяк, везущий свою жертву куда-то за город и…
Он начинает хохотать.
— Маньяк? — весело удивляется он. — Хотя, наверное, ты права. Учитывая, что маньяк — это тот, кто одержим кем-то, то… я определенно маньяк, ведь я одержим тобою.
И опять всё приходит ко одному: нашей одержимости друг другом. Даже не представляю, что сказать, поэтому молчу.