Все связано (ЛП)

Плюс, девушка Уоррена номер два была полной противоположностью. Суперхудая, и такая плоская, как доска для серфинга, и нос у нее, как крючок, напоминает общипанного орла.
Сам же придурок с членом, как карандаш, выходит из кабинки с довольной улыбкой. Он садится за стол и делает большой глоток пива. Мэтью, Джек и я просто смотрим на него.
Его взгляд бегает по нам от одного к другому.
— Что?
Я киваю в сторону девушки номер два, когда она возвращается к столику, где сидят ее такие же непривлекательные подружки. Страшилки обычно держатся вместе.
— Что у тебя со страшными сестричками?
— Ты о чем?
— Ну, я про то, что первая была как Снуки в образе Мисс Америки. А последняя, наверно, будет следующей Злой Ведьмой из Страны Оз.
Он фыркает.
— Она была не так уж плоха.
Мэтью и Джек кашляют.
— Масляное лицо… масляное лицо.
Уоррен спрашивает:
— Что это значит?
Я закатываю глаза от его неосведомленности.
— Это значит, что все в ней отлично, кроме. ЕЕ. Лица. Понятно? И я думаю, это довольно благородно, учитывая, что нет ничего возбуждающего у женщины с бедрами десятилетнего пацана.
Джек предлагает.
— Может быть фетиш. Ты любишь трахать страшилок, Билли?
— Нет. Меня не привлекают страшилки.
Я не согласен. Но все равно, даю ему шанс объясниться.
— Тогда почему западаешь только на них?
Уоррен корчится, чувствуя себя неуютно.
— Они просто… доступнее. Мне нравится то, что наверняка.
Мэтью говорит:
— Полгода назад ты собрал чертов стадион Джайнт Стэдиум. Для тебя они должны быть все наверняка.
Уоррен избегает зрительного контакта и смотрит на логотип на стакане со своим пивом.
— Не знаю. Просто… я очень долго был с Кейт…
Можно подумать, я нахрен забыл.
— …и у меня никогда не было шанса попрактиковаться, понимаете? И девицы в Лос-Анджелесе? Они стервы — знают, что сексуальны. Поэтому, с легкой добычей иметь дело не так страшно.
В Библии есть история о парне, который был реальной сволочью. Однажды он прогуливался по дороге, и получил хорошенько от Бога. На небе появилась ослепляющая вспышка, и громкий голос прокричал с небес, что ему нужно сделать. Как исправить его жизнь.
Вот сейчас для меня это то же самое. Прозрение. Божественное откровение.
Если бы я сам мог найти девушку для Уоррена… если бы мог научить его секретам, как заполучить лакомый кусочек… может, он как-то бы отвлекся, перестал бы скакать вокруг Кейт. И, может быть — просто может быть — я бы избавился от него. Навечно.
Я увидел тропу к земле обетованной, мальчики и девочки. И она ведет к девичей киске.
Вдохновленный перспективой о том, что присутствие Уоррена сократится, я предлагаю?
— Знаешь, я могу тебе с этим помочь.
— Заполучить девочек?
Я киваю.
— Заполучить первоклассных девочек. Тех самых, которых ты мог видеть только в журналах и своих мокрых мечтах. Я могу научить тебя, как воплотить это в жизнь. Стоит только попробовать деликатес и тебе больше не захочется фастфуда.
Джек говорит Уоррену:
— Цепляйся за это, дружище. Ты будешь учиться у лучшего. Эванс — мастер, прежде чем успел жениться, его член надо запечатлеть в бронзе.
Похвала Джека льстит. И немного беспокоит.
Уоррен все равно выглядит подозрительным.
— Почему ты хочешь мне помочь?
Я пожимаю плечами.
— Мне нравятся безнадежные дела — Св. Иуда всегда был моим любимым святым. Плюс, ты приятель Кейт. Если я помогу тебе, заработаю баллы перед Кейт. А это всегда хорошо.
Кажется, мой ответ его удовлетворил, поэтому я начинаю с основ:
— Какая твоя игра?
— Моя что?
— Твой план игры. Как ты подходишь к этим шикарным женщинам из ЛА? Что говоришь?
Он чешет голову, как тупая обезьяна, кем он и является.
— Ну, иногда, я подкатываю к ним с удивленным лицом, и говорю: «Вы в порядке? Вам больно? А то падать с небес высоко».
Парни и я начинаем смеяться. А Уоррен нет. Потом мы останавливаемся.
Я спрашиваю:
— Прости, ты это серьезно?
Он смотрит в сторону, немного раздраженный.
— Забудьте.
 
Я умоляю его:
— Нет, мы больше не будем смеяться. Я хочу помочь. Что еще?
Он секунду обдумывает.
— Иногда я рассказываю анекдоты.
Мэтью выглядит растерянным.
— Анекдоты?
— Да, знаете, типа «Парень заходит в бар …» и всякая такая фигня.
Я медленно киваю.
— Да. Я понимаю, почему ты думаешь, что это может сработать … потому что каждая женщина хочет замутить с Клоуном Бозо.
Потом мы снова начинаем смеяться.
Уоррен ворчит:
— Да пошли вы. Я убираюсь отсюда.
Он начинает подниматься.
— Подожди, не уходи. Ну, ладно, дружище, мы просто пытаемся поджарить твои яйца.
Нехотя, Уоррен садится назад.
Я начинаю свое обучение.
— Первая ошибка — ты слишком сильно стараешься. У женщин нюх на отчаяние, как у собак на страх. И для них оно воняет, как дерьмо. Ты должен быть спокоен. Уверенный. Как… когда мы были детьми, дядя Мэтью брал нас в поход. Там было озеро, полное всяких рыбок, которых хотел поймать каждый мальчишка. И там был один мелкий придурок, который хотел поймать больше всего рыбок, поэтому он притащил с собой сачок. Он опускал его в воду снова и снова, но не мог поймать ни рыбки. Он просто ее пугал. Я, напротив же, принес целый мешок хлебных крошек. Кидал понемногу в воду — прикармливая их. Потом сидел и ждал. Через минуту или две, вся рыба плыла ко мне. Понимаешь, о чем я говорю?
Эта мартышка кивает.
— Даааа… — потом перестает. — Нет, на самом деле, не совсем.
Это будет сложнее, чем я думал. И самое страшное? Если Кейт и я умрем вместе в какой-нибудь аварии? Этот тупица третий в очереди на воспитание моего ребенка.
Забудьте о глобальном потеплении — вот какая мысль не дает мне покоя ночью.
— Ты слишком много думаешь, — делаю я глоток своего пива. — Забудь эти реплики. Забудь про чертовы анекдоты. Женщины не такие замороченные. Тебе просто надо понять, что они хотят услышать. Потом это им и скажи. Ты это сделаешь, и даже самые горяченькие коленки раздвинутся перед тобой.
Какое-то время он переваривает мои слова.
— Значит, мне следует сказать девице, что я могу послушать ее демо-запись? И может быть заключить контракт?
Я качаю головой.
— Нет. Правило номер один — не давай обещаний, которые ты не сможешь или не собираешься сдержать. Играй по-честному — все остальное заставит выглядеть тебя подонком. И это самый легкий способ превратить полунормальную цыпочку в сталкера. После того, как точка поставлена, если ты при этом в затруднительном положении, и тебе нужен путь к отступлению, попроси у нее номерок телефона — но при этом не говори, что собираешься позвонить. Это будет предполагаемо, но это не твоя проблема. — Я делаю глоток пива. — Важно, что происходит в данный момент. Плевать на завтра. Угадай, что она хочет, именно в тот момент. Некоторые дамочки просто хотят заполучить какого-нибудь придурка — им нравится, когда с ними обращаются, как с дерьмом.
Даже не думайте говорить мне, что я не прав. Откуда, вы думаете, берется вся эта фигня, типа «славные парни приходят к финишу последними [7]»? Потому что глубоко внутри, некоторым женщинам нужна драма.
— Некоторые просто хотят плечо, в которое можно поплакать, или просто хорошо провести время. Слушай, что они говорят, наблюдай за тем, как они это говорят, и покажи им то, по крайней мере на одну ночь, чего они хотят.
Мэтью говорит:
— Он в замешательстве, Дрю. Может, стоит ему показать?
— Хорошая идея.
Я осматриваю территорию у бассейна и замечаю официантку. У нее темные кудрявые волосы, бледная кожа и немного веснушек. Ей идет ее форма — белая блузка завязана на узел на талии, коротенькие обтягивающие черные шорты, которые будто бы украли из Hooters [8] и черные туфли на шпильке. Бинго.