Тринадцатый VII (СИ)

Но сейчас эта ситуация играла мне на руку.
— С вашего позволения, я оставлю это здесь, — сказал я и поставил на стойку флакон с настойкой бузины, а затем открыл крышку.
— У нас так не положено.
— О, милая леди, это решит все ваши проблемы. Подождите пару минут, — улыбнулся я и кивнул в сторону стоящих в коридоре врачей и медбратьев.
— Раз так, то можно и слегка нарушить правила, — широко улыбнулась она. — А вы по записи или за срочной помощью?
— Меня зовут Воронцов Алексей, и я приехал проведать вашу новую сотрудницу. А у вас не будет листочка?
— Держите, — она протянула мне квадратный блокнот для заметок, а при упоминании бабки Макара улыбка мигом исчезла с её лица.
Я написал свой номер. Хах, вот впервые оставляю его.
— Если снова произойдут какие-то странности, сообщите мне, — попросил я, возвращая блокнот.
— Хорошо. И спасибо вам… Новая сотрудница прекрасно помогает больным, но на происходящее вокруг нельзя не обратить внимание, — вздохнула девушка.
— Это магия, вы же сами понимаете. А вы обворожительны и без магии.
Медсестра покраснела. Но ответить мне не успела, поскольку настойка начала работать, распространяя по всему отделению насыщенный мускусный запах от бузины.
Мужчины сперва начали в недоумении оборачиваться и отходить от кабинета, освобождая дорогу остальным.
— Что я здесь делаю? — спросил молодой медбрат у пожилого врача.
— Сам задаюсь этим вопросом. Я же в столовую шёл, — почесал макушку старик.
— А я за трупом приехал. Только где он? — осмотрелся суровый мужчина в синей форме.
Начался шум и гам. Мужчины явно не помнили произошедшего с ними за последние часы. Но оно и к лучшему!
— Господа! — громко позвал я, заставляя всех замолчать. — Прошу всех, кто не работает в этом отделении, покинуть его и вернуться к своим обязанностям!
— А вы, собственно, кто такой? — нахмурившись, спросил у меня один из врачей в белом халате.
— Меня зовут Алексей Воронцов! И с недавних пор я курирую это отделение. Так что если вы не хотите перевестись сюда на постоянной основе, прошу убраться!
Угроза про перевод прекрасно сработала. И толпа мужчин, продолжая свои обсуждения, покинула отделение.
— Внучок! — воскликнула бабка, выходя из кабинета.
— Бабуля! — призрак рванулся её обнимать, и даже на мгновение для этого ладони материализовал.
Все сидящие в очереди покосились на эту картину. А вот выходящая из кабинета женщина сорока лет в дорогом деловом костюме сохраняла спокойствие. Аристократку всегда видно издалека.
— Спасибо ещё раз! Я вам жизнью обязана! — учтиво сказала она бабке.
— Ой, внученька, живи себе спокойно и больше с тем человеком не общайся, — напутственно ответила старушка, отпуская из объятий призрака.
— Да, я сообщу о нём в магоконтроль.
— Делай, что хочешь. Только обо мне не сообщай, — усмехнулась она.
— Вы сделали невозможное. И я не лукавлю, — по щеке женщины прокатилась одинокая слеза. — Я двадцать лет искала способ избавиться от проклятья бесплодия. А вы убрали всё за десять минут. Что это, если не чудо.
— Это опыт, внученька. Я тут ещё пять дней буду, так что и знакомых приводи. Всем помогу.
— Обязательно! И ещё раз спасибо.
Такой искренней благодарности от женщины подобного типажа я не ожидал. Видимо, бабка реально постаралась.
— Ба, а откуда такой альтруизм? — поинтересовался призрак.
— Как откуда? — усмехнулась она, когда пациентка уже отошла к выходу из отделения. — Я же эти проклятья поглощаю, и сама сильнее становлюсь. Вот не ожидала, что на местной аристократии можно так сладко поживиться!
Она говорила довольно громко, не стесняясь людей в очереди. Там не было тяжелобольных и умирающих, как в прошлый раз. Все просто ждали… Ещё бы, у них впервые за долгое время появилась надежда избавиться от своих проклятий, а ради такого можно было закрыть глаза на все странности.
— И вы решили потратить эту энергию для привлечения мужчин? Вам не кажется, что крайне недопустимо заниматься подобным в больнице? — со сталью в голосе спросил я.
 
— Ой, а как ещё здесь развлекаться?
— Давайте поговорим в кабинете, — указал я и зашёл в открытую дверь процедурной.
— Ну, как хотите, — пожала плечами бабка и зашла за мной, закрыв за собой дверь.
— Это не развлечение, а работа. Мы же с вами договаривались, не забывайте. Хотите видеть внука, ведите себя нормально, — начал я строгим тоном.
Не хотелось отчитывать её при пациентах. Смотрелось бы крайне несуразно, когда семнадцатилетний парень высказывает претензии пожилой женщине.
— Вот опять вы приходите и всю малину портите… И как вы вообще до бузины додумались?
— Макар подсказал. Как видите, прошло полгода с момента привязки.
— О, это хорошо! Оставите мне внучка до конца недели? — хитро улыбнулась бабка.
— В этот раз нет. Поймите, что у меня пока нет поводов вам доверять. Если я оставлю вамкирпич, то не факт что к утру от него что-то останется. Но если в течение недели вы продолжите вести себя адекватно и не соблазнять персонал больницы, то обещаю подумать на следующий раз.
— Вот опять он мне условия ставит, — буркнула бабка, обращаясь к Макару.
— Мне тоже ставит. С этим ничего не поделаешь… Вот говорит: хочешь телек смотреть, сперва упражнение для памяти делай. Или и вовсе иди тренируй других призраков, — развёл руками Макар.
— Других? Это скока вас? — удивилась бабка.
— Это не важно, — перебил я. — Сейчас главное, чтобы от вас больше не было сюрпризов. Иначе нам придётся пересмотреть договорённости по общению с Макаром.
— Да я с первого раза поняла, не глупая, — махнула рукой бабка. — Ладно, буду в свободное время развлекаться, а тут только проклятиями питаться. Это, правда, надоедает. Но чего не сделаешь ради любимого внука!
— А, кстати, ба, мы ж по делу пришли, — вспомнил призрак.
— Вот так всегда. Просто так бедную старушку никто не навещает!
— Да ладно тебе! Не прибедняйся.
— Опять раскусил, — усмехнулась старуха. — Ну, выкладывайте, что там у вас на этот раз. Хоть что-то интересное, кроме снятия скучных проклятий.
— Вижу, что желание найти себе развлечение всегда и везде — это у вас семейное, — подметил я.
— А то, — хохотнул Макар.
— Смотрите, у нас с Макаром странная связь, — начал я объяснять. — Сперва мы оба были жестокими, признаюсь честно, нас мало интересовали чужие жизни. Потом мы оба смягчились. Дошло до такой степени, что Макар начал жалеть насекомых.
— И летучих мышей! Между прочим, они нам пригодились! — воскликнул призрак, гордо задрав подбородок.
— Не перебивай. В общем, я замечал, что чем больше времени нахожусь с Макаром, тем меньше во мне хладнокровия. Но этот эффект не постоянный. Последние недели у нас не было разногласий.
— Так в чём проблема-то, раз нет разногласий? — не поняла бабка и уселась на стул, что стоял возле рабочего стола.
— В том, что я хочу быть собой. И не поддаваться влиянию призраков.
— Ох, милок. Они влияют не на вас, князь, а на источник. Я даже сейчас вижу нить, что вас соединяет с моим внуком. За последние недели ваш дар у меня хорошо развился.
— И как это понимать?
— Ну, меняется источник, меняетесь и вы. Причём оба. И это нормально.
— Нет, ненормально. Я хочу быть собой. Мне ни к чему чужие эмоции.
— Чужими они были в начале. А разве сейчас вы это ощущаете?
— Нет. Но в дальнейшем мне не нужны перекосы и лишние сомнения. Можете это исправить?
— Нет, — замотала головой старуха. — Раз уж вы привязали к себе призрака, способного развиваться, то развивайтесь вместе с ним.
— Совсем нет никакого способа? — уточнил Макар.
— Нет, если ты на тот свет не хочешь, — ответила она, обернувшись к внуку.
— Ба, слушай, а до какого предела я вообще могу развиться? Может, мне и новое тело удастся найти?
— Хм, а это хороший вопрос.
— Если есть ритуал подселения душ, то должен быть и ритуал полной замены, — задумался я.