Великие и ценные вещи (ЛП)

Тепло и запах чего-то сладкого встретили меня, когда напряжение покинуло мои мышцы. Я и не подозревал, насколько сильно волновался, пока тревога не ушла.
Она была в безопасности. Она была в тепле. Она была здесь.
Черт, а что, если бы я не вернулся домой? Я прислонился спиной к двери, когда эта мысль навалилась на меня. Если бы папа не оставил голосовое сообщение. Если бы я не принял меры... Где бы она была?
«Привет.»
Мой взгляд встретился с ее взглядом, когда она стояла напротив меня в прихожей, с дымящейся чашкой в руках. Несмотря на то, что она несколько раз закатывала их на талии, мои лыжные штаны были ей велики. Рубашка с длинными рукавами контрастировала с ними, плотно прилегая к ее изгибам, а хвост ее потрепанной косы спадал через плечо и заканчивался прямо под грудью. Ее щеки и губы были розовыми от холода, а глаза - яркими. Я видел ее почти во всех образах, от майки и комбинезона летом до бального платья на выпускном вечере.
Она никогда не выглядела для меня красивее, чем в этот момент.
Я был в полном дерьме. Я. Был. В. Полной. Заднице.
Она пересекла пол и протянула кружку.
«Я приготовила тебе горячий шоколад. Я проверила срок годности и все такое.»
Я протянул руку и взял у нее кружку, наши пальцы соприкоснулись при этом. Это было как-то более интимно, чем когда она обнимала меня всю дорогу домой.
«Спасибо», - сказал я ей, мой голос был таким грубым, что я едва узнал его.
«Я его купил, так что он хороший. К тому же я выбросил все, что здесь осталось.»
«Никогда не думала, что ты любитель горячего шоколада.»
«Я люблю сладкое», - признался я, позволяя кружке согреть мою руку, прежде чем выпить половину.
Ее щеки приобрели еще более насыщенный розовый оттенок.
«Ты приготовила для себя?», - спросил я.
Она кивнула.
«Да, на кухне.»
Когда она направилась в ту сторону, я последовал за ней, тихо смеясь над тем, что низ моих лыжных штанов волочится по полу.
Уиллоу много кем была. Но высокой она не была.
«Почему бы тебе не снять их?», - предложил я, когда она взяла в руки свою кружку.
«Ты согреешься гораздо быстрее.»
«Только колготки, помнишь?»
Она склонила голову набок.
«Точно.»
Я изо всех сил старался не замечать этого факта, когда она переодевалась.
«Ладно, в чем тебе будет удобнее всего? Мои брюки будут тебе велики, но ты можешь их подвернуть, или шорты? Толстовка?»
«Да, пожалуйста», - ответила она с улыбкой.
«Я возьму все, что у тебя есть. Я не привередлива.»
Я извинился и начал рыться в шкафу, доставая брюки, шорты, футболку и толстовку. И еще толстые носки. Затем я отправил Гидеону и Ксандеру сообщение о том, что мы благополучно добрались, после чего принял двухминутный душ и переоделся в чистую одежду.
«Я в порядке», - услышал я ее слова, когда она шла по коридору на кухню.
«Мам, просто скажи ему, что со мной все в порядке. Нет, мне не нужно, чтобы он приходил подключать мой генератор.»
Она стояла ко мне спиной и смотрела в окно кухни.
«Потому что я знаю, как подключить свой собственный генератор, вот почему.»
Она вздохнула, и ее голова слегка откинулась назад.
«И потому что я у Кэма. Я съехала с дороги, а он приехал и забрал меня. Нет, не говори ему об этом. В такую погоду он может отправиться с дробовиком и погибнуть.»
Старый добрый судья Брэдли. Он бы точно обделался, если бы узнал, что она собирается надеть мою одежду и лечь спать в моем доме. Я улыбнулся, когда Уиллоу положила трубку.
«Вот, держи.»
Я протянул ей одежду.
«Можешь переодеться, если хочешь, или принять душ, или еще что-нибудь, а я разведу огонь.»
«Спасибо.»
Она посмотрела в коридор и заколебалась.
«Можешь воспользоваться моей комнатой, если хочешь. Я еще не успел осмотреть комнату Кэла. Душ...»
«Соединен со спальней», - закончила она с небольшой улыбкой.
«Я помню. Сейчас вернусь.»
Она исчезла в моей спальне, а я развел огонь в камине в гостиной. Солнечные батареи выдержат, я не волновался, но в такую ночь огонь не помешает. Когда я принес из гаража последнюю охапку дров, то обнаружил, что Уиллоу сидит перед огнем и проводит маленькой щеткой по мокрым волосам.
 
«Давай помогу», - предложила она, поднимаясь на ноги. Носки доходили ей до колен, а мои спортивные шорты она свернула несколько раз, оставив голыми только колени. Толстовка была ей велика, доходила чуть ниже середины бедра, и рукава у нее тоже были закатаны.
«Я справлюсь», - сказал я ей и положил стопку на подставку для бревен, которая стояла в конце камина.
«Где ты прятала расческу?»
Она открыла заднюю крышку, и расческа сложилась в еще более крошечный прямоугольник.
«Я умудрилась засунуть сумочку под куртку. Хорошо, что так получилось, ведь у меня там кошелек и все важные вещи.»
«Потому что ты планировала сходить в магазин?», - поддразнил я, когда мы оба сели. Она подогнула ноги под себя, а я поднял колени, чтобы опереться на локти, и мы оба уставились на огонь.
«Держу пари, ты думаешь, что я самая большая неудачница на свете.»
«Что?»
«Неудачница. Ну, знаешь, «спаси меня!.»
Она взмахнула руками в воздухе и потрясла ими, все еще глядя в пламя.
«Почему я должен думать, что ты неудачница?», - спросил я.
«Ты дома всего две недели? И вот тебе уже дважды пришлось приходить мне на помощь.»
Она пожала плечами, но я знал, что она не относится к этому так легкомысленно, как кажется.
«Ладно, но я дома уже около двух с половиной недель, и, насколько я знаю, ты тоже успела спасти меня.»
Она бросила на меня озадаченный взгляд.
«Ты встала перед всем городом и приняла мою сторону. Хотя ты знала, что это тебе дорого обойдется. Может, я и получил пулю за тебя, но ты принял на себя удар своего отца за меня. Я бы сказал, что в этом случае мы в расчете.»
Мои губы приподнялись в улыбке.
«В этом раунде?»
«Ну, если мы ведем счет.»
Я поднял брови.
«Я помню один случай, когда ты взяла бейсбольную биту моего отца и позвала Скотта Мэлоуна, чтобы он пришел мне на помощь.»
Это было одно из моих любимых воспоминаний о ней.
«Это вряд ли считается! Ты подрался с ним из-за меня. Еще один пример того, как ты пришел мне на помощь.»
«Ты была двенадцатилетней девочкой с битой. Я не спасал тебя, я просто дал тебе время выбрать оружие с умом. Ты была в бешенстве.»
Я улыбнулся воспоминаниям. На следующий день я взломал ее шкафчик и оставил коня - первую из наших шахматных фигур.
«Ну да, он назвал меня уродливым мальчиком и спросил, почему я не похожа на Чарити, и это было не в первый раз. Но когда он набил мой рюкзак мусором, с меня было довольно.»
Ее щеки покраснели.
«Потом ты налетел на него, и что мне оставалось делать? Позволить тебе расправиться с ним? Не с теми мальчишками, которые присоединились к нему.»
«Именно. Тебя не нужно было спасать. Тебе просто нужна была фора.»
Я рассмеялся.
«Ладно, а как насчет того случая, когда я застряла на дереве на участке твоего отца? Тебе пришлось лезть за мной», - бросила она вызов.
«Не считается. Ты пыталась достать брошенный мной фрисби, и ты так быстро забралась туда, что я не успел опередить тебя и добежать до дерева.»
Я покачал головой.
«И ты бы его достала, если не зацепилась волосами.»
«Справедливое замечание. Тем летом я чуть не отрезала их.»
«Я рад, что ты этого не сделала.»
Черт, я не хотел этого говорить.
Ее глаза расширились.
Я мог либо отступить, либо признать это. Какого черта?
«Твои волосы прекрасны, и я знаю, что тебе нравятся длинные. Ты бы пожалела об этом. Когда у тебя в них застряла жвачка, я подумал, что сейчас в ход пойдут ножницы.»
Она надулась.
«Салливан бросил мне ее в волосы.»
Ее лоб наморщился.
«Сколько нам было? Десять?»
Я кивнул.
«Это было летом, когда умерла мама, так что да, тебе было десять.»