"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Ну да я отвлекся. Отскочив от меня, воришка почему-то не стал оборачиваться демоном, а вполне по-женски попытался прикрыть грудь расползшейся рубахой, выругался и влепил мне пощечину. От неожиданности я даже не попытался защититься, впрочем, оплеуха пошла мне на пользу – видать, мозги мои, встряхнувшись, встали на место и вновь заработали в верном направлении.
– Э, да ты же девка! Просто переодетая девка!
– Ну надо же, разглядел! – ехидно выпалила девица и, сверкнув зелеными глазищами, выскочила за дверь. – Попомнишь еще меня!
Преследовать ее я не стал – пистолеты мои и меч по-прежнему лежали на столе, а больше и красть-то у меня особо нечего. Видать, введенный в заблуждение моим роскошным мундиром, фокусник вообразил, что у ландскнехта денег куры не клюют, вот и послал помощницу компенсировать сегодняшние неудачи за мой счет. Если честно, мне даже стало жаль эту нелепую парочку, и я мысленно отругал себя за то, что там, на площади, натравил на них толпу. Будь у меня кошель полон – а такие времена тоже бывали – отсыпал бы неудачникам золотых не считая… Интересно, а девица эта кем ему приходится? Дочь? Жена? Ученица? Ну да неважно, скорее всего, утром они поспешат покинуть город, и наши дорожки уже никогда не пересекутся… А жаль, если честно…
Отгоняя видение сверкающих гневом глаз девчонки и – чего уж там – крепких молочно-белых «яблочек», выпавших из разодранной рубахи, я взял со стола кувшин и сделал большой глоток. Вино показалось мне странным. Прокисшее подсунули, что ли?.. Я сделал еще глоток, чтобы разобраться с послевкусием, и тут меня качнуло, комната поплыла перед глазами… Я попытался опереться на стол, но руки больше не слушались меня, ноги подломились…
«Отравила, стерва… » – пронеслось в голове перед тем, как окружающий мир канул в черноту.
Пробуждение мое можно было смело назвать омерзительным. Болело все тело – от ногтей на ногах до кончиков волос. В голове трезвонили рождественские колокола по меньшей мере дюжины церквей, а во рту раскинулась пустыня, причем в ней успело нагадить целое стадо верблюдов. Ко всем этим страданиям добавилось что-то новенькое – нестерпимо чесалось все тело. До сих пор похмелья мои таким эффектом не сопровождались… впрочем, возможно, просто в этом трактире обитают какие-то особо зловредные клопы, пировавшие над моим бесчувственным телом всю ночь… Странно, как мне удалось так набраться? Вроде и взял-то один кувшин вина всего…
– Ах ты ж черт! – проскрипел я, внезапно вспомнив все события вечера. – Эта дрянь чего-то подсыпала в вино!
Хотела отравить меня, но что-то у нее не вышло. А скорее всего, она и не собиралась травить меня до смерти – все-таки за такое преступление можно и на костер угодить, просто усыпила… а это значит, что я остался без оружия, денег и, возможно, без мундира и лошади.
Я застонал от досады и невольно вздрогнул – изданный мною звук был весьма странным, даже учитывая мое плачевное состояние. Приоткрыв глаза, я увидел прямо перед собою нагромождение какой-то грубой ткани.
– Что за хрень? Где это я?
Пришлось изрядно повозиться, освобождаясь от груды тряпья. Ноги и руки слушались плохо, да еще чесотка усилилась и стала просто нестерпимой. Вывернувшись наконец из душной и пыльной западни, я с наслаждением начал чесать голову… что-то было не так… Я ЧЕСАЛ ГОЛОВУ НОГОЙ!
Нога была… впрочем, ногой ЭТО назвать было бы неправильно, это была самая настоящая звериная лапа, поросшая густой черной шерстью, с длинной вывернутой пяткой и пальцами, из подушечек которых нервно выскальзывали и вновь прятались острые как иглы когти. Я отпрянул от страшной конечности, но она – по вполне понятным причинам – последовала за мной. Тут обнаружились и прочие кошмарные изменения в моей внешности. Не только руки и ноги мои превратились в звериные лапы, тело мое также трансформировалось, стало длинным и гибким, покрытым такой же густой черной шерстью. О том, что произошло с головой, можно было только догадываться, но зрение мое изменилось кардинально. Увеличился обзор и зоркость – мне удалось даже разглядеть паутину в углах плохо освещенной комнаты. Да и комната уже не казалась плохо освещенной. «Ого! Если действие яда не пройдет, мне цены не будет как стрелку…» – мелькнуло в голове, но я тут же вспомнил о плачевном своем виде. Каким стрелком?! Чем я буду держать мушкет? Вот этими лапами?!
Тут я наконец полностью осознал происшедшее, и волна ужаса, сильнее которого мне ни разу не доводилось испытывать, накрыла меня. Я заметался по ставшей неожиданно просторной комнате, пытаясь убежать от собственного тела, которое послушно крутилось, скакало по стульям, столу, кровати, стенам – гибкое и сильное, только очень маленькое, – кошачье тело!
Пытаясь убедить себя, что все происходящее всего лишь кошмарный сон, я попытался ущипнуть себя, но вместо этого из подушечек пальцев послушно выскользнули когти и глубоко вонзились в… в лапу. Жалобно мявкнув, я рухнул в углу комнаты, устало переводя дыхание. Постепенно мысли мои перестали отплясывать джигу и выстроились в более-менее связную цепочку.
Вот, значит, что сделала девчонка! Вот как они с фокусником решили отомстить мне! Воистину злую шутку придумал чернокнижник… Получается, не такой уж он и шарлатан, раз сумел заколдовать меня. Ну ничего, раз сумел заколдовать – сумеет и расколдовать. Главное, перехватить парочку, пока они не сбежали из города.
Я попытался встать, но тело мое оказалось плохо приспособленным для вертикального положения и все время стремилось вернуться на четвереньки.
– Нет, так дело не пойдет, – сказал я, вновь вздрогнув при звуках собственного изменившегося голоса. – Не пристало потомку славного рода фон Коттов ползать на карачках, словно упившийся смерд… Вставай, ландскнехт!
После мучительных, но недолгих попыток мне удалось найти положение, в котором получалось более-менее передвигаться на ногах… эх! – на задних лапах.
Недолго думая я выбрался из комнаты, спустился по лестнице в общий зал – фокусника и дрянной девчонки там, естественно, уже не было, – вскочил на стойку и окликнул трактирщика, возившегося у жаровни:
– Эй, любезнейший! Давно ли ушла такая заметная парочка – седой тощий оборванец с синяком под глазом и… гм… молодой парень с ним?
– Дык кто ж знает? – философски вопросил трактирщик, оборачиваясь и шаря взглядом вдоль стойки. – Расплатились они сразу, а когда ушли – я и не заметил… э-э-э…
– А они не говорили, куда направятся дальше? – продолжал я свои расспросы, легкомысленно пренебрегая наступившей в трактире тишиной и вылезшими из орбит глазами трактирщика.
– Йотп! Говорящий кот! – наконец сформулировал очевидное кто-то из посетителей.
– Эй!.. Послушайте!.. Черт! Да послушайте же!.. Мяууу! – Я совершил несколько немыслимых прыжков и кульбитов, уворачиваясь от ножей, мисок, поленьев, скамеек и прочего хлама, который начали азартно метать в меня все присутствующие.
– Это Сотона! – авторитетно провозгласил густым басом мелкий мужичок пропойного вида, выхватывая из камина занявшееся на конце полено. – Сожжем его!
Предложение встретили единодушным одобрением. Воспротивиться попытался лишь трактирщик, сообразивший, что сжигать меня собираются прямо вместе с его трактиром. Воспользовавшись теологическим диспутом, завязавшимся между хозяином трактира и его клиентами, я опрометью бросился в свою комнату. Уже на верхней ступеньке услышал, как град звонких оплеух оборвался тяжелым грохотом рухнувшего тела и радостными воплями толпы – видимо, аргументы трактирщика оказались менее весомы. Времени у меня почти не оставалось…
Нырнув в комнату, я навалился всем телом на дверь… увы, всего теперешнего моего веса хватило лишь на то, чтобы чуть-чуть прикрыть ее. О том, чтобы забаррикадировать ее кроватью или столом, не приходилось и мечтать.
– Эй, Сотона, выходи! – раздалось из-за двери неуверенно.
– Я не Сатана! – попытался воззвать я к голосу разума. – Был бы я Сатана, стал бы я от вас убегать, недоумки!