Потеря поля (ЛП)

— Мне бы тоже этого хотелось. Но они ждут тебя. Думаю, ты пожалеешь, если не сделаешь этого.
Девушка была права. Они все хотели, чтобы я был там, как всегда. Особенно Райкер. Я мог бы быть эгоистом и сказать, что они не понимали как это будет тяжело и они ждут от меня невозможного. Но я знал, что эта реакция подведет Таллулу. В конце концов, я подведу ее. Я просто не хотел, чтобы это было сегодня. Слишком скоро.
— Тогда, наверное, мне лучше сделать это, — сказал я, желая снова поцеловать ее и забыть обо всем.
Ее рука легла мне на сердце.
—Ты будешь рад, что сделал это.
Хотел бы я обладать ее оптимизмом в жизни. Видеть все в том свете, в каком видела она. К сожалению, это невозможно. Уже нет. Я пережил жестокое разочарование. И знал, каково это. Я лишь надеялся, что Таллула никогда этого не узнает.
Спуск с башни был далеко не таким захватывающим. Темнота теперь была настолько густой, что если бы я поднял глаза, то не увидел бы ее короткую юбку. Уже нет. Может быть, какие-то тени. Я сосредоточился на том, чтобы благополучно спустить нас вниз. Внизу девушка снова надела сапоги и одарила меня сияющей улыбкой надежды.
— Я никогда не забуду это первое свидание.
Я тоже.
— Таков был план. Мне нужно было переплюнуть жалкое свидание Эйсы на вечеринке на поле. Долго и упорно думал, как это сделать.
Это было преувеличением только отчасти. На самом деле я не думал, что его свидание будет трудно превзойти. Тот вечер был отстойным для всех.
Я накрыл ее руку своей, и она переплела свои пальцы с моими. Наша прогулка до машины была тихой. Мои мысли все еще были на водонапорной башне с ней в объятиях. Если мне повезет, то и её тоже. В данный момент слова, казалось, были не нужны. Нам было хорошо так, как есть. Комфортно в присутствии друг друга.
Я открыл пассажирскую дверь и помог девушки забраться внутрь. Я хотел наклониться и поцеловать ее снова, но тот первый поцелуй... он казался слишком особенным, чтобы превзойти его прямо сейчас. Держать его в единственном числе и на пьедестале немного дольше казалось правильным.
Вместо этого я сжал ее руку и задержал ее взгляд дольше, чем это было необходимо, прежде чем закрыть дверь и сесть на водительское сиденье.
— С кем ты будешь сидеть на игре? — спросил я ее, не подумав об этом раньше. — Ты можешь посидеть с моими родителями. Я мог бы познакомить тебя со своей матерью.
— Все нормально. Я не собиралась ни с кем сидеть. Просто хотела найти свободное место. Думаю, сегодня вечером твоим родителям тоже будет тяжело. Им не нужен незнакомец рядом, с которым они будут чувствовать необходимость разговаривать.
Моя мать была бы более чем счастлива познакомиться с Таллулой. Она бы заболтала её до смерти. Возможно, вытащила бы мои детские фотографии на ее Facebook и начала показывать.
Возможно, это не самая лучшая идея. Таллула была милой, но мама могла ее отпугнуть.
— Если ты уверена. Но моя мама не будет возражать. Она чертовски любопытна, а ещё болтлива.
Ее тихое хихиканье было приятным. Стало легче справляться с въездом на стоянку стадиона, заполненного болельщиками. Я никогда не делал этого раньше. Всегда был на этом поле до прихода болельщиков. Даже в детстве я был водным мальчиком и мальчиком с мячом. Боковые линии — это все, что я знал.
— Там полно народу, — сказала она, оглядываясь.
Таллула сменила тему разговора. Я бы не стал заставлять ее сидеть с моими родителями. Мне не нравилось, что она будет сидеть одна, но было ясно, что девушка привыкла к этому. Казалось, она предпочитала одиночество.
— Да. Первая игра — это всегда большое событие. Если мы победим, то на следующей неделе станет ещё хуже.
Слово «мы» застряло у меня в горле. Не «мы», а «они».
Таллула больше ничего не сказала, пока я искал место для парковки, припарковался и выключил двигатель. Глядя прямо перед собой, я видел людей, идущих со своими стадионными подушками, трещотками, а некоторые даже с ковбеллами [3]. Футбол был важной частью жизни здесь, в Алабаме. Так было всегда.
 
— Я сяду слева, ближе к вершине. Если понадобится... отвести взгляд. Или просто взять минутку. Найди меня. Я буду там.
Я никогда не смотрел на толпу, находясь на этом поле. Мысли всегда были заняты только игрой. Больше ничем. Но сегодня вечером, было приятно знать, что я могу посмотреть на нее.
— Спасибо. Я найду тебя до того, как все начнется. Теперь знаю, где искать.
Девушка потянулась к своей двери, и я быстро открыл свою.
— Нет, подожди, — сказала я ей, слезая и обходя вокруг своего внедорожника, чтобы открыть для нее дверь.
— Мама надерет мне задницу, если я позволю девушке открыть дверь.
— А моя мама всегда говорит: «Таллула, никогда ни в чем не полагайся на мужчину. Ты можешь сделать все сама. В них нет особой необходимости».
В груди у меня заурчало от смеха. Мне это понравилось. Если бы у меня была дочь, я бы сказал ей то же самое.
— Моей маме нужно познакомиться с твоей. Они понравятся друг другу.
Таллула вышла и посмотрела на поле.
— Хватит тянуть время. Иди. Они ждут тебя в раздевалке.
— Я собирался сначала проводить тебя до ворот, — сказал я ей.
Девушка покачала головой.
— Видишь вон ту очередь? Это займет слишком много времени. Я уже большая девочка. Я справлюсь. А теперь иди и стань частью своей команды.
Я начал было что-то говорить, но решил, что у нас было достаточно времени, чтобы впитать тот первый поцелуй. Потому что прямо сейчас мне нужен был второй. Сокращая расстояние, между нами, я обнял ее за талию и притянул к себе, прежде чем крепко прижаться губами к ее губам. Немного давления, чтобы попробовать ее на вкус. Когда она открылась мне, мои колени ослабели, и я позволил своему наслаждению продлиться еще немного. Этот поцелуй поможет мне пройти через что угодно.
На этот раз она отступила первой. Затем с легким толчком, прошептала:
— Иди.
Что я и сделал. Оглянулся только один раз, прежде чем направился к раздевалке, чтобы присоединиться к команде. Я опаздывал. Парни будут жаловаться, но что они могли сделать на самом деле? Я не буду играть, буду рядом только для поддержки. Как будто они нуждались в этом.
Как раз перед тем, как спуститься с холма, который вел к полевому домику, я почувствовал отчетливый запах травки. Остановившись, осмотрел окрестности, и крошечный оранжевый огонек от горящей бумаги привлек мое внимание. Из темноты вышел парень, который показался мне знакомым. Но я никак не мог его вспомнить. Он здесь не жил. Это было очевидно. Его светло-русые волосы касались плеч, а его рубашка и узкие джинсы с дырами, так и кричали о том, что парень приезжий.
Он ухмыльнулся мне. Сделал последнюю затяжку, затем бросил окурок на гравий, прежде чем наступить на него и уйти. Чувак собирался просто оставить травку прямо там. Он что, серьезно?
— Какого хрена? — сказал я, и парень остановился.
Он бросил на меня еще один взгляд.
— Проблемы? — спросил он с усмешкой в голосе.
— Это Алабама, чувак. Травка, блядь, незаконна.
Не то чтобы я сам не курил раз или два.
Парень кивнул.
— Не надо напоминать мне, где я. Теперь это мой ад, — сказал он, протягивая обе руки и отступая назад.
Я опаздывал. У меня не было времени спорить с ним о том, чтобы нельзя бросить косяк на землю.
— Неважно, — пробормотал я и ушел.
Боже, ну и банальщина
  
ГЛАВА 21
 
ТАЛЛУЛА
В течение первого тайма Нэш четыре раза поднимал на меня взгляд. Это все, что я видела. Его. Я наблюдала за ним все это время. Изучила его позу, как он взаимодействует с другими, и лишь надеялась, что все это для него не так сложно, как казалось. Нэш хлопал парней по спине, говорил с ними об игре и подбадривал. И только когда он смотрел на меня, я понимала, что это убивает его. То, что парень нуждался в моей поддержке, говорило больше, чем любая его актерская работа на этом поприще.