Айрин, графиня из Бездны. Книга 2 (СИ)

— Нет уж, — решительно шагнула Аури — Пару слов я и сама сказать могу.
Капитан, удивившись внезапному вторжению, выслушал от Райта вопросы, что задала Айрин и задумался. Потом встал, подошёл к двери и выглянул наружу. Убедившись, что никто их не слушает, он тщательно закрыл дверь. И лишь затем, опустившись на стул рядом с девочкой, подвинулся поближе и заговорил.
— Ты что сказать хочешь, Роу? У тебя что, и имя есть?
— Шевалье Декруа — произнесла Айрин, и в комнате воцарилось молчание. Наконец Боуден откашлялся и продолжил беседу.
— Значит, ты утверждаешь, что Декруа изнасиловал… какого-то ребенка?
— Он пытался изнасиловать меня, когда мне было двенадцать лет. И сам сказал, что были еще жертвы.
— Вот оно что — протянул капитан, переглянувшись с Шарлем — Значит, пытался?
— Неужели вы ничего про Декруа не слышали? — не выдержала Аури — За все эти годы?
— Мало ли что мы слышали, — отозвался капитан — Тут и про тебя много чего болтают, но мы ж тебя к судье не тащим.
— Так про шевалье я вам совершенно точно рассказать могу.
— Погоди, — остановил её Райт, вспоминая — Это тебе сейчас сколько? Пятнадцать? Получается, двенадцать тебе было три года назад?
— Да. Но убегала я раньше, весной.
— Так вот оно что! — воскликнул Шарль — Припоминаю такое… это тогда человек с гостиницы разбился?
— Верно.
— Это ты его?
— Он сам. Мы по крышам бежали, он поскользнулся, ну и…
— Так, а ты? Убежала?
— Да. Но ведь…
— Ну, вот и славно, — с облегчением воскликнул Шарль — Вот и хватит об этом.
— Послушай, Роу, — наклонился к ней Боуден — Я понимаю, тебе хочется суда, справедливости, чтобы его наказали, а тебя — похвалили.
— Да я…
— Но всё будет не так.
— Может, ты надеешься, что твой барон за тебя заступится? — спросил Райт — Так этого тоже не будет.
— Почему ещё? — Аури не рассчитывала на поддержку Велингвара, но её задел уверенный тон стража.
— Потому что они и мы — по разные стороны — пояснил Шарль — Даже пусть твой барон трижды великодушный, щедрый и ласковый, твой выбор ему не понравится. Ты же его попросишь против своих же пойти, понимаешь? Против собственных привилегий! Как думаешь, он тебя настолько любит?
— Вряд ли, — покачала головой Айрин.
— Вот! — обрадовался сидящий рядом Оливер — Вот ты уже и сама понимать начала! А раз понимаешь, что останешься одна против благородных, то и конец свой уже знаешь.
— Ты же не глупая девочка, Роу, — продолжил речь стражник Райт — Можешь себе представить, чем всё закончится? Я тебя уверяю, даже наш командир трижды подумает, прежде чем в это дело ввязываться. И всё равно откажется.
— Но это неправильно! — воскликнула Роу.
— Что неправильно?
— То, что можно насиловать детей — и оставаться безнаказанным.
В комнате повисла тишина.
— Слушай, Роу, — наконец произнёс капитан Боуден — Если и вправду хочешь достать своего благородного — подайся к Лекруа.
— Это ещё кто? — удивилась Айрин.
— Это начальник королевской полиции. Она для того и создана, чтобы всех хватать — простых, благородных, церковных, иностранцев — всех, в общем.
— И туда берут простых людей?
— Барон берёт туда всех, у кого голова варит, — подтвердил Райт — Там вообще много условий, но на происхождение не смотрят.
— И я смогу наказать Декруа?
— Ты там много чего сможешь — кивнул Райт.
Остаток дня Роу провела в раздумьях, рассеяно слушая разъяснения Райта. В конце концов она решила отложить этот вопрос на будущее и сосредоточиться на настоящем.
Вечером, придя к себе в комнату, Айрин сама попробовала потренироваться с дубинкой. Довольно быстро Аури приноровилась делать выпады концом дубины, словно бы изуродованным и обрубленным копьем, и осознала, что потребуется совсем немного времени, чтобы достойно овладеть и этим оружием.
Следующий день прошёл ещё лучше. У стражей было множество вопросов как о самой девочке, так и о событиях в Прайбурге. А поскольку Айрин также пыталась сблизиться и узнать о стражах побольше, то оживленный разговор завязался с самого утра. Аури дала себе слово опровергнуть все слухи, что о ней ходили, и избавиться от зловещей репутации. Девочка из Бездны должна была уйти из памяти горожан. Открыв рот, стражники слушали, как сражались комендант Ледфорда с Мясником. Как десятки тысяч горожан приветствовали своего короля. Как гремели выстрелы по великолепному городу Ортенфлоу.
 
В тот же день Аури посетила посты — это оказались три крошечных деревянных будки. Все они были одинаковыми — два на два метра, с двумя кривыми табуретками и окнами на трёх сторонах. Стражники при первой же возможности предпочитали перемещаться в более приятные места — трактиры или в дома к приятелям.
Так же Айрин решительно отказалась от возможности проводить всё время в верхних кабинетах. «Пусть привыкают» — решила она, и старалась каждую удобную минуту оставаться в подвальных помещениях. А ещё — вызывалась во все патрули. И пока она ходила по городу, другие стражники не упускали возможности обсудить нового капитана.
— Я семь лет стражем хожу, и ничего — возмущался Симус Раст, сидя в окружении товарищей — А какая-то соплячка за одну ночь капитаном стала. За ночь! Уж конечно, я-то ноги не могу раздвинуть.
— Да будет тебе, Сим — воскликнул Прест — Уж за капитанское звание ты бы и не то раздвинул!
Раздался взрыв хохота.
— Шел бы ты, Тоби! — разозлившись, орал покрасневший Раз, а вокруг смеялись стражи.
Кроме обсуждений, некоторые стражи хотели лучше узнать, с кем имеют дело.
— Ты вроде подружился с нею, Шарль? — говорил Райту Дим Соуден.
— Вряд ли, — пожимал тот плечами.
— Да ладно, она всё время возле тебя вертится. Ты бы это! — страж покрутил рукой, будто бы вкручивая втулку в бочку — Залез бы ей в душу, да посмотрел, что там да как.
— Да и так понятно, что там да как, — лениво отвечал Райт — А если кто сам не видит, то я ему не помощник.
Айрин и вправду старалась говорить со стражниками честно и открыто, но те всё ещё подозревали какой-то подвох. Кроме Райта, у Аури хорошо получалось общаться с Жаном Жаком-старшим. От него она и узнала, что Ройзен уехал из города и не возвращался. «Вроде как родственника поехал хоронить» — сказал страж, и Айрин тут же вспомнила телеги с трупами у королевского дворца.
Обходя улицы, Аури пришлось наведаться и в Купола. Именно там она почувствовала, как изменилась сама. Айрин всегда казалось, что в Куполах не протолкнуться от народа. Сейчас же, после многотысячных сборищ на улицах Прайбурга несколько десятков людей на каменном полу казались жалкой оборванной кучкой. Пока Роу стояла у лестницы, стражи внимательно оглядели помещение, не нашли ничего предосудительного и поднялись наверх. Айрин так и не поняла, специально для неё они спускались, или же и вправду так совпало.
В четверг Айрин, вспомнив о воскресном обеде у Валери, купила себе зеркало и ещё один костюм, расшитый красивыми узорами из белоснежных полос. Все это ей доставили тем же вечером. И Аури, чувствуя себя слегка виноватой, убрала игрушки в шкаф, освобождая место для зеркала.
Ранее, в тот же день, Аури довелось узнать, почему капитану Оливеру Боузену стражники дали прозвище «Подсоветник». Боуден считал, что всё повидал и всё распознал, а значит и знания его — безграничны. В свои редкие посещения нижнего этажа он давал советы в стирке, уборке, любви, войне, выборе платья, вязании узлов, воспитании детей, уходе за больными и конечно же, в боевом искусстве. Прослужив четыре года в королевской армии, он считал, что во всём Плесиле нет бойца, равного ему — если, как он добавлял «брать в расчет честный бой». О честном бое у него были собственные представления. Узнав, что Аури сражается лишь копьём, он презрительно усмехнулся и тут же принялся упрекать её в неверном выборе.
— Копейщик против мечника — всегда труп! — развалившись на стуле, рассуждал Боуден перед сидевшим вокруг стражниками — А если уж у мечника щит — то и вовсе говорить не о чем. Копейщику-то что? Расстояние нужно. А мечник — поймал копье рукой, за древко, вырвал из рук, и — оп! — капитан резко выбросил правую руку — Готово дело. Или первый удар отбил клинком, острие копья вниз увёл, шагнул к копейщику, и — хоп! — капитан повторил движение — Покойник! Да что там с мечом — любой солдат с кинжалом на два движения прирежет копейщика — с этими словами капитан поднялся, опершись на край стола, и занял боевую стойку, наглядно демонстрируя окружающим простой приём против глупого копейщика.