Обрести себя часть первая (СИ)

— Наш мир называется Ардмир, в нем три материка. На каждом материке есть свои государства. На северном материке живут альвы или оборотни как мы их называем, на юге живут гномы и дроу. На нашем восточном материке три государства: Савойа, Аркир, Зелия. Основное население этих государств люди. В Аркире живут драконы, но государство закрытое. Мы в Зелии, в графстве ар Андрес, которое принадлежит моей семье уже более двух тысяч лет.
Я слушала и понимала, что это не просто магический мир, он имеет другие расы.
— А как у вас обучают магов? — задала я волнующий меня вопрос.
— Начальное образование дается в семье. Затем юноши и девушки в возрасте от двадцати лет (это второй возраст совершеннолетия) сдают экзамен, на знание математики, письма, начального курса магии и практический экзамен по элементарному контролю дара. Обучение платное, поэтому поступить могут только люди из обеспеченных семей. Хотя в этом году объявлено, что будут набирать простолюдинов на бесплатное обучение, с дальнейшей отработкой в двадцать лет. Война и эпидемия черной лихорадки унесла много жизней, в том числе и магов.
— А сколько живут маги? — спросила я. — И сколько учиться в академии?
— Маги живут около трехсот лет, — улыбнулся граф, — целители дольше, их дар сам продлевает им жизнь. Учатся в академии шесть лет, — граф ненадолго замолчал. — Вам ведь некуда идти. Поедемте с нами. В нашем мире существует знание, что Всевышний отправляет к нам иномирян тогда, когда общество нуждается в переменах. Вы спасли всем нам жизнь, взамен я готов предложить вам свой дом и заботу о вас. Девочек я заберу к себе. Родителей их убили. Будут моими воспитанницами. Нечего им в монастыре делать. А ваши телефоны спрячьте и никому не показывайте. Эльвира объяснила их функции. Не все знания хороши.
— Телефоны мы закопаем в землю. В качестве кого я поеду с вами, ведь у нас даже документов никаких нет, — спросила я тихо.
— Я хочу вам предложить пройти обряд побратимов и принятия в род, — серьезно глядя мне в глаза, проговорил он. — Не отказывайтесь. Вы Елена станете мне сестрой, а ваши дети племянниками. Так у вас появиться род, и защита рода.
— Но тогда вы будете иметь право распоряжаться моей жизнью и жизнями моих детей, — тревожно сказала я. — В нашем мире никто, даже родители не имеют право решать, как и с кем жить человеку. Мы не сможем выйти замуж по расчету или еще что-либо делать просто в угоду рода. Мировоззрение другое.
— Вы маги, — мягко улыбнулся граф. — Никто не имеет права распоряжаться жизнью мага. Закон в этом плане суров.
— Хорошо, я поговорю с детьми и дам вам ответ, — серьезно ответила я.
Мы вышли на полянку. Дети уже разлили похлебку по мискам и ждали нас. Никелиас присел у огня и взял миску. Я подошла к костру и бросила в него свой телефон. Через мгновение туда полетели еще два мобильных устройства и пара полиэтиленовых пакетов. Ели молча. Спасенные девочки смотрели на меня с благодарностью, и я поняла, что даже не знаю, как их зовут.
— Как вас зовут девочки? — обратилась я к худенькой на вид пятнадцатилетней девчушке.
— Меня зовут Микелла, — скромно улыбнулась она. — Рыженькая Кати, — она указала на рыженькую десятилетнюю девочку. Затем указала на близнецов. Девочки были круглолицы, невысокие, одиннадцати лет с каштановыми волосами. — Лэра и Мири. А Блондинка в зеленом платье Карлин, — я узнала девочку, которую насиловал главарь бандитов. На детских лицах были робкие улыбки. Они понимали, что все позади.
  
Глава 4
 
Поев, начали устраиваться на ночлег. Спасенных девочек расположили в большом шалаше, я со своими детьми устроилась в шалаше поменьше, а граф с сыном остался у костра. Наблюдая за тем, как устраиваются девочки, поняла, что им следует помыться и постирать одежду. Одежда в крови. В дороге девочкам будет сложно. Я поднялась с лапника у костра и окликнула дочь.
— Эля, давай сводим девочек к реке, — предложила я. — Им нужно помыться и постирать одежду. Мы им поможем.
 
— Хорошо. Жаль, котелки маленькие и ведер нет. Так бы в теплой воде их помыли, — откликнулась она. — Девочки, пойдем к реке, вам нужно привести себя в порядок, — обратилась она к детям.
Девочки подняли взгляд и робко улыбнулись. Похоже, они не знали, как об этом попросить. Я подошла к Лэри и Мири и взяла их за руки.
— Идем лапушки, все будет хорошо, — мягко проговорила я.
По тропинке спустились к реке. Мы с Элей помогли девочкам раздеться. Я дала им кусочек мыла и велела хорошо помыться, насколько это возможно в холодной воде. Пока девочки купались, мы постирали верхние платья и сорочки. Трусов или панталон на них не было. Закутав девочек в ткани, найденные у разбойников, мы пошли в лагерь.
— Никелиас, — обратилась я к графу. — А вы не видели здесь ниток и иголок для шитья? — спросила я, надеясь на запасливость бандитов.
— В большом шалаше сложены рулоны с тканями, нити и иглы для шитья, — откликнулся граф. — Они грабили купцов. Я нашел схрон с монетами, там хорошая сумма.
— Девочкам нужна одежда, — проговорила я тихо. — То, во что они были одеты, в дороге не прослужит.
— Вам тоже нужно платье, — сурово посмотрел граф. — В нашем мире женщины не ходят в мужской одежде.
— Я понимаю, — улыбнулась я и отправилась в большой шалаш.
В шалаше я нашла три рулона тонкой белой хлопковой ткани, четыре рулона парчи красного, синего, зеленого и коричневого цвета. Также в сундуке были сложены нити, иглы и атласные ленты. Девочкам, да и мне с дочерью требовались трусы, нижние рубахи и верхние платья. Пришлось вспомнить уроки труда из школы. Как быстро раскроить и сшить сорочки, трусы и платья. Сорочки раскроила по типу "мешок, но с рукавом". Достаточно сшить по бокам. Швы обрабатывать нет возможности, да и времени. Вырезала горловину, без обработки. Я раскроила из белой ткани семь сорочек с рукавом, семь панталон, которые достаточно сшить по промежности и вставить шнурок, из парчи раскроила семь платьев по типу халат с запахом, в которых достаточно было просто пришить пояса и боковые полочки. Я не швея, что могу, то и сошью. Разложила все по кучкам и со всем добром устроилась у костра. Спать не хотелось. Значит, буду шить. Ко мне подсела дочь, взяла кучку с панталонами, иглу, поворчала, посмотрела, как сшивать и принялась за дело. Вскоре подсела Микелла. Долго наблюдала, как я сшиваю сорочку. Через час и она попросила иглу и нити, получив требуемое, тоже взялась за работу. Я придвинула к ней еще четыре сорочки, а сама взялась за платья. Пришивала боковые полочки к спинке и пришивала тесьму вместо вязочек. Атласной лентой обшила горловины сметочным стежком. Так и ткань не бахромиться и нарядно. К утру наряды были готовы. И мы отправились отдохнуть хоть пару часов.
Илья разбудил нас, когда солнце уже светило ярко. Я собрала всех девочек и отправилась к реке приводить себя в порядок.
- Девочки, нужно умыться, подмыться, — улыбаясь, проговорила я. — Потом мы наденем чистую одежду.
— Но мы же вчера уже мылись, — возмутились близняшки. — Зачем нам снова мыться?
— Вы девочки, — строго сказала я. — А от девочки должно пахнуть чистотой и цветами, но никак не мочой, грязью и потом.
— А матушка говорила, — робко сказала Карлин. — Что чистыми бывают только злые люди.
— Всевышний велит соблюдать чистоту души, не тела, — наставительно проговорила Кати, услышанную от кого-то премудрость.
— Религиозные предрассудки, — фыркнула Эльвира. — Приехали.
— Девочки, скажите, разве моя душа грязна, или дела мои злобны, — мягко спросила я девочек, не обращая внимания на дочь.
 
— Нет, вы добрая, хоть и моетесь постоянно, — ответила Микелла.
— Солнышки, — по-доброму улыбнулась я. — Мыться нужно, чтобы не болеть. От грязи люди болеют. Да и сидеть рядом с грязным вонючим человеком, неприятно.
— Хорошо, — сдались девчата и отправились мыться.
После купания в холодной воде я растерла девочек грубой тканью и помогла надеть обновки.