Вам повторить? (СИ)

― Тебя так долго не было! Ты должен рассказать мне все! ― залепетал мальчик, зайдя на кухню и садясь на стул. ― Я читал в квиддичных газетах о тебе, но все равно.
― Честно говоря, я не мог дождаться, когда тебя увижу, и мы полетаем. Люцерн красивый городок, но немного скучный на мой вкус.
― Звучит, как идеальный медовый месяц, ― кивнул Скорпиус, покачав головой.
Малфой засмеялся, потрепав его по волосам.
― Я скучал по твоему чувству юмора.
― У тебя скоро игра, ― сказал мальчик, садясь на стул по-турецки. ― Как тебя отпустили твои тренеры?
― Я умею убеждать, ― подмигнул он, садясь напротив. ― Слушай, как давно маме плохо?
Ребенок нахмурился, припоминая.
― С позапрошлых выходных, по-моему, ― ответил он неуверенно. ― Это не похоже на обычное отравление. Ей нужно к врачу! Скажи ей! Она тащит меня в больницу, как только я кашляну более раза за два часа, а сама отказывается. Это глупо!
Драко понимал, почему Грейнджер отказывалась идти к врачам, потому что едва ли они могли что-то сделать, не имея на руках пробника яда или хотя бы не зная в целом о нем, а он очень уж сомневался, что модифицированная сыворотка хранилась в одном из их формуляров о веществах. Но так оставлять это все равно было нельзя, и парень продумывал знакомых врачей, которые были достаточно умны, чтобы суметь хотя бы что-то предположить и которым можно было бы доверять. Или пригрозить. По обстоятельствам.
― Да, но ты же знаешь, какая она упрямая, ― улыбнулся Драко, пытаясь сгладить волнение малого. ― Но я поговорю с ней, обещаю.
Скорпи кивнул, но не повеселел.
― Ты что-то кушал? ― вдруг Драко поднялся, открыв холодильник. Зная способности Гермионы к готовке, было удивительно, что ребенок все еще жив.
― Да, тетя Молли передавала нам гору еды. И мама заказывает, ты же знаешь, ― успокоил он отца, который скептически окинул пустой холодильник взглядом и закрыл дверцу. ― Но большинство времени я проводил не дома, а с кем-то.
― Я возьму тебя в Мэнор, чтобы мы немного провели вместе время между тренировками. Из-за пропусков у меня расписание будет ими забито.
― Знаю, ― понимающе вздохнул мальчик. ― Я бы и сейчас отправился с тобой, пап, но не хочу оставлять маму. Вдруг ей нужен будет чай или что-то еще…
― Ты такой молодец, Скорпиус, что заботишься о маме, ― Драко присел рядом с сыном. ― Ей это сейчас очень нужно.
Малый не успел ответить, когда они услышали шаги в коридоре.
― Скорпи, котенок? Тебе пора в кровать, ― позвала Гермиона, открывая дверь на кухню. ― Я немного задремала и…
Ее брови подскочили вверх, и несколько секунд она просто стояла и смотрела на него, как на призрака, сомневаясь, не мерещится ли ей.
― Малфой? ― севший ото сна голос был окрашен в нотки удивления.
― Я сегодня приехал и зашел проведать сына, ― ответил он, приподнимаясь.
Огромная серая футболка с надписью «Калифорния», которую Драко уже когда-то видел за это время не стала менее нелепой, как и не стала менее… милой? Заставать ее в таком виде уже стало обыденностью, поэтому он даже не удивлялся. Но собранные кудряшки в небрежный пучок (видимо, при помощи того же самого карандаша, будто заколки для волос были противозаконными) и полосы от подушки на правой щеке делали ее такой беззащитной, что чувствовать отторжение было еще тяжелее. В сто раз тяжелее, чем он предполагал.
― В любом случае, мне пора, ― произнес Драко, направляясь к двери. ― Я пришлю тебе завтра доктора, Скорпиус сказал, что тебе нездоровится.
Эта фраза должна была быть окончанием их немногословного диалога, но Гермиона не отошла от прохода, как предполагалось.
― Скорпи, солнышко, ты не мог бы оставить нас с папой наедине? ― улыбнулась гриффиндорка сыну.
― Ну как обычно, ― закатил глаза он, сползая со стула, явно будучи недовольным оставаться в стороне.
― И тебе пора чистить зубы, так что иди в ванную и ложись в кровать, я скоро приду поцеловать тебя, ― ответила она, пропуская его мимо и закрывая за ним дверь.
Драко недовольно вздохнул и подошел к подоконнику, облокотившись об него.
  
― Ну и? ― сложил слизеринец руки на груди, всем своим видом показывая раздражение.
Гермиона приоткрыла рот и выглядела действительно растерянной.
― Что?.. Что с тобой такое? ― нахмурилась она. ― Я просто хочу поговорить.
― А нам есть о чем разговаривать, Грейнджер? ― Драко поднял бровь, смотря на нее в упор.
― Вообще-то есть, да. Я не видела тебя с той ночи. И хотела поблагодарить, потому что ты… ну, спас меня, ― она неловко поправила волосы, в чем совершенно не было смысла, потому что они все так же остались в полном беспорядке.
― Там были и твои дружки.
― Да, я знаю. Но это ты нашел меня. Мне Гарри рассказал, ― произнесла девушка. ― И я… Я хотела поговорить с тобой, но Тинки постоянно отвечала отказом.
― Хотела поблагодарить? Так благодари и забудь, ― фыркнул Драко. ― Я не хотел, чтобы Скорпиус узнал обо всем происходящем, ему и так досталось за его восемь лет, это не было ради тебя.
Гермиона отступила на несколько шагов назад, будто он что-то бросил в нее. Вау. Это было неожиданно.
― Что с тобой не так? ― покачала головой она. ― Я думала, что мы нашли какой-то общий язык, а сейчас ты вновь ведешь себя, как сволочь.
― Может, это потому что я и есть сволочь? ― хмыкнул Малфой, удерживая уверенную злую улыбку на лице.
Становилось все тяжелее. Растерянность в карих глазах, покрасневшие щеки, наверное, от температуры, то, как она разговаривала, эта чертова футболка. Становилось сложнее держать маску на лице. «Нашли общий язык». Он чувствовал, как их начало что-то связывать, и это нужно было оборвать в зародыше.
― Я думала, ты мне объяснишь, ― все еще неуверенно проговаривала она, произнося слова, будто прогуливаясь по полю с минами. ― Я ничего не помню.
― Ничего? ― удивление было искренним, и маска даже на секунду отклеилась. Потеря сноровки.
― Даже воспоминания до того, как они влили в меня эту дрянь, спутались, ― покачала головой Гермиона. ― А потом… совсем расплывчато, ни единого четкого образа. Мне все время кажется, что я что-то упускаю.
Он закрыл глаза и повернулся к окну. Она ничего не помнит, и это даже лучше. Судьба предоставила ему карт-бланш, короткий путь к задуманному. Это ли не чудесно?
― Грейнджер, твою задницу впервые за долгое время спасли твои дружки, а не наоборот. Осталось еще десять тысяч случаев, и вы будете в расчете. Что тебе еще нужно? ― развел руками Драко, и она тут же почувствовала себя идиоткой. ― И не нужно было донимать меня своими просьбами. Нам не о чем говорить.
― Знаешь, да, ты прав, ― кивнула Гермиона несколько более энергично, чем требовалось. ― Надеюсь, твое путешествие было прекрасным, потому что, видимо, стервозность передается половым путем.
Ее слова были лишены смысла и полны злобы, но он вел себя так, что ей хотелось ударить его как можно больнее, но ничто не смогло бы задеть его чувств. Как ледяная статуя.
― О, я отлично провел время, ― ответил ей Драко. ― Я пришлю тебе своего врача, выглядишь хуже некуда.
― Пошел ты со своим врачом, ― огрызнулась она. ― Яд выводится из организма двадцать один день, прошло немного больше четырнадцати, так что можешь не беспокоиться, скоро я буду в полном порядке.
Гермиона вышла из кухни, хлопнула дверью, и Драко позволил себе буквально на секунду закрыть глаза. Нужно убираться отсюда и как можно быстрее. Но, услышав всхлип в гостиной, на мгновение он замер. Не могла же Грейнджер разреветься из-за такой мелкой перепалки? По сравнению с тем, на что они оба были способны, это было просто смешно. Так, легкая разминка. И, зайдя в комнату, Драко увидел, что это действительно была не она.
Джинни всхлипнула в очередной раз, и Грейнджер потрясла ее за плечи.
― Да скажи же! Кто? Скажи, что это не Гарри, ― умоляла девушка.
Рыжая помотала головой, закрывая рот ладонью.
― Боже, мне так жаль, ― произнесла она, но сквозь слезы почти ничего нельзя было разобрать. ― Но… ничего не окончено, понимаешь? Это правда не закончилось.