Другой Шинигами (СИ)

— Ого, — только и сумел сказать я с уважительным тоном.
— Вот-вот, — кивнул тот продолжив довольно ухмыляться. После этого он немного посерьёзнел. — Приступим к твоей тренировке. Но сначала разминка.
И мы действительно приступили к разминке. Наставник не собирался просто стоять в сторонке и давать наставления. Нет, он сам очень активно вел разминку, очень даже неплохо выкладываясь во время разных движений. Я повторял за ним, ощущая, что начинают работать мускулы, что до этого я как-то не развивал. И конечно, я запоминал этот комплекс разминки, потому что он может быть полезным для меня.
Примерно через час, когда солнце уже поднялось достаточно высоко, разминка завершилась. Хотя, я, если честно, уже после двадцати минут назвал бы это полноценной физической тренировкой на выносливость и гибкость, а не разминкой. Но что есть, то есть.
— Отлично размялись, — кивнул наставник и сделал несколько дополнительных приседаний. — То, что нужно после прекрасного вечера, и перед тренировкой. Ты так не думаешь, студент?
— Я согласен, наставник Крупатье, — сказал ему, восстанавливая дыхание и приходя в себя.
— Прекрасно, — кивнул тот. — А сейчас нужно сделать еще одну вещь. Я хочу увидеть, твои ката с асаучи.
— Понял, наставник, — сказал ему. Сделав несколько вдохов и выдохов, я вытащил свой меч и стал в самую базовую стойку.
Шинигами смотрел на меня очень внимательным взглядом, а затем кивнул.
— Начинай.
Я начал исполнять базовые удары по очереди. Первые разы я делал все медленно, а затем быстро, пока не вышел на всю возможную скорость. После этого я уже стал проводить первые нормальные ката, показывая наставнику все, что я умею.
— Что я могу сказать, — протянул тот. — В целом неплохо, потенциал есть, но нужно работать. Ошибки незначительны, их можно будет быстро исправить.
— Благодарю, наставник, — сказал ему.
— А сейчас… время для спарринга, — сказал он и вытащил свою катану. — Не волнуйся, я не буду использовать духовную энергию для заточки своего занпакто дабы не нанести большой вред твоему асаучи.
Став напротив него, я посильнее сжал свое оружие, ощущая легкое волнение. Да, у нас будет спарринг на реальном оружии, что используется в битвах. Дрожь прошлась по моему телу, но я быстро ее унял. Вдохнул и выдохнул, готовясь противостоять наставнику… ну хотя бы попытаться.
Наставник крутанул своим оружием, и сделал шаг вперед, а затем нанес очень быстрый, и ловкий удар наискосок. Чуть-чуть сменил позицию и принял этот удар на жесткий блок. Руки немного задрожали, но и тут я справился. Лучше такие жесткие блоки не ставить. Плохо может кончиться.
Жан Крупатье хмыкнул на мою реакцию, позволяя немного, восстановится. Времени он дал не много, но этого было достаточно, чтобы собраться с силами. Он снова сделал шаг вперед и еще раз ударил. На этот раз я отразил удар уже намного лучше и легче. Наставник на этом не остановился, и сделал обратный удар снизу вверх.
Отойдя на шаг назад, я пропустил клинок и в этот раз атаковал уже сам. Наставник отреагировал быстро и легко. Ловким движением он отвел мою атаку, которая оказалась слишком сильной. Не сумев удержаться, я стал падать вперед. Крупатье же продолжил движение своим оружием, которое уже направлялось к моей шее. Блеск острейшей кромки отправил импульсы страха в самые глубины моего разума, заставляя чему-то древнейшему проснуться. Это была стрессовая ситуация, в которой я забыл обо всем.
Уже давно известно, что во время стрессовых ситуаций, что связаны с выживанием может быть три реакции. Попытка сбежать, попытка атаковать и просто заморозка реакций. Если у разумного в такой ситуации, есть навыки как справляться с чем-то, то при правильных тренировках все падает до того уровня тренировок, где человек чувствует себя комфортно. Вот и у меня такое же что-то произошло.
Где-то глубоко внутри, вспыхнул страх, который разорвал странную плотину, которую я никогда до этого не ощущал. Мое тело начало двигаться на рефлексах, когда я же ощущал, что вспыхивают самые разные варианты действий. Духовная энергия колыхнулась внутри меня, заставляя действовать и реагировать.
 
Чтобы уклониться от меча, нужно было действовать по-другому. Поставить блок ни оружием, ни рукой я не смогу. Использовать кидо я тоже не успеваю, а значит только один путь. Только поступь может меня тут спасти. Духовная энергия рванула в мои ноги, и я сделал все, так как нас учили все прошлые года. Резко присел, ощущая, что клинок вместо того чтобы рассечь горло, срезал мои волосы, но это уже не волновало, потому что я видел, что в мое лицо летит колено.
На это я уже отреагировать просто не успевал и сильный, да очень неприятный удар пришелся мне прямо по челюсти. Спина захрустела от этого, и меня откинуло назад на несколько шагов. Приземлившись, я приходил в себя, потому что в голове было как-то не все ясно. Рот наполнялся металлическим ощущением крови.
Нужно вставать. Будь это пустой, или какой враг, я был бы уже трупом, потому что мне бы не позволили так разлеживаться. Став подниматься, появилась легкая дрожь в ногах, но я не стал на это обращаться.
— Тьфу! — я выплюнул кровь и вытер рот.
— Еще раз, — сказал наставник Крупатье. — Атакуй.
В этот раз меня дважды упрашивать не было нужды, потому я отдался легким ощущениям внутри себя, что также распространялись на тело и асаучи. Это было странное свечение в разуме, на которое я никогда до этого не обращал внимание. Тело само двинулось вперед, и я нанес резкий, быстрый удар.
Ощущения были такими, словно я делал так уже много раз. Наставник с легкостью отразил мою атаку, но у него не получилось перевести ее в собственное превосходство для контратаки. Мое тело само, сменило позицию и вновь атаковало, а затем еще и еще.
Медленно все эти движения словно входили в меня, позволяя начинать их понимать все лучше и лучше, и уже начинать немного контролировать рисунок. Стоило наставнику поймать мой «ритм», как он сразу же показал, насколько неполноценный мой рисунок боя. И неполноценен он не потому, что я не умею сражаться. Просто, потому, что я не опытен, а также потому что его оружие именно что его. А не просто как мой асаучи.
Понимание разницы между занпакто и асаучи пришло очень быстро. И это было не фактуальное знание, которое было до этого, а именно понимание на грани ощущений. Защищаться от опытного шинигами, было невероятно сложно. Сражайся он в полную силу, и я бы ни хрена сделать против него не сумел. Это было страшно и опасно. Но так как он ограничивал себя, то у меня были хоть какие-то шансы, на пределе собственных сил уклоняться или отражать ловкие удары занпакто.
В один момент наставник стал немного меньше себя сдерживать, и я сразу же ощутил это в том, что от него пошло очень легкое духовное давление. Оно не сильно отличалось от стандартного давления Общества Душ, к которому все привыкли, но все же было чуть больше. Сам он тоже ускорился, его атаки стали острей, а рисунок более четким и опасным.
Мой рисунок боя, если его таким можно назвать, стал похожим на рисунок ребенка, который тайком добрался до запасов краски и стал водить пальчиками с краской по стенам. Чтобы хоть как-то изменить это, мне нужно было искать что-то, что сможет дать мне возможность хоть немного исправить это и превратить «тяп-ляп» в «каракули».
Духовная сила всему голова, и я просто стал ее выпускать из себя чуть сильнее, убирая все эффекты воздействия духовной силы наставника. Это было не просто, но у меня получалось. Рисунок боя у меня тоже изменился, потому что тело в целом напитывалось духовной энергией, и реагировало быстрее, и действовало сильнее.
Но, конечно, бывший офицер и нынешний наставник Академии был совсем не пальцем деланный. Резким и неожиданным движением он закрутил свой занпакто. Мой асаучи едва ли не вырвало из руки, но это не было концом. Он сделал резкий шаг вперед и свободной рукой прописал мне мощнейший удар в торс. На этом все мои попытки противится, провалились.