Неотразимый Кавалер

Лорд Мельбурн никогда не отвечал, но Кларинда заметила, что перед молодыми людьми, которые ей не нравились, закрывались двери их дома, и даже когда они встречались на других приемах, те больше не делали попыток приблизиться к ней.
Кларинда видела, что лорд Мельбурн чрезвычайно умело справлялся со своими обязанностями опекуна, но в то же время ей казалось, что он не испытывал желания общаться с ней лично.
До приезда в Лондон Кларинда только об этом и мечтала бы; однако теперь столь безучастное отношение милорда задевало девушку, хотя она и не признавалась себе в этом.
Когда Кларинда закончила одеваться к ужину в Карл-тон Хаузе, Роза восхищенно воскликнула, оглядев ее:
— Вы выглядите великолепно, мисс Кларинда, даже прекраснее, чем вчера вечером! Если бы вы только слышали все те приятные вещи, что говорят о вас, мисс!
Кларинда взглянула на свое отражение в зеркале. Ее сегодняшнее платье было зеленым, нежной зелени почек ранней весной, и девушке показалось, что в этом наряде, с крохотными бриллиантами, блестящими словно капельки воды, она была похожа на нимфу, поднимающуюся из озера Мельбурн.
И тут Кларинда вспомнила, что на ней было надето зеленое платье в тот вечер, когда Николас забрал ее в пещеры. Девушка вздрогнула. Может ли зеленый цвет приносить несчастье? Она сказала себе, что это полная нелепость.
— Я очень горжусь вами, дитя, — сказала маркиза, когда они спустились в зал.
Там их дожидался лорд Мельбурн, выглядевший поразительно красивым со всеми своими военными наградами, прикрепленными к голубому атласу вечернего сюртука.
Кларинда подняла на милорда взгляд в надежде увидеть блеск восхищения в его глазах. Девушка теперь уже узнавала это выражение, которое иногда сопровождалось огоньками, вспыхивающими в уголках глаз.
Но лорд Мельбурн, похоже, был очень поглощен стряхиванием пылинки с рукава своего сюртука, а когда он поднял глаза, то взглянул лишь на бабушку, а не на свою подопечную.
— Мы не должны опаздывать, — сказал он, — вам известно, что принц настаивает, чтобы его ужины начинались вовремя, особенно если вслед за ними намечаются продолжительные торжества.
— У нас впереди много времени, — успокоила его маркиза. — Я с нетерпением ожидаю услышать от Кларинды ее впечатления от Карлтон Хауза.
— Разумеется, это же ее первый визит туда, — сказал лорд Мельбурн. — Я забыл про это. Надеюсь, она не ждет слишком многого — иначе будет разочарована.
— Но меня все так восхищает! — воскликнула Кларинда, недоумевая, почему его светлость говорит о ней так, словно ее здесь нет.
— Вы найдете вечера у принца невыносимо душными и неизменно переполненными людьми, — усталым голосом произнес лорд Мельбурн. — Если бы я только мог не принимать в них участие!
— Надеюсь, сегодня вы едете туда не только из-за меня, — смущенно произнесла Кларинда.
— Да нет, — ответил лорд Мельбурн. — Принц настоял, чтобы я присутствовал. Он любит, чтобы его самые близкие друзья развлекались вместе с ним.
Ответ лорда Мельбурна прозвучал столь резко, что Кларинда умолкла.
Карлтон Хауз, однако, произвел на нее еще большее впечатление, чем она думала. Как только она прошла через портик в коринфском стиле, девушка почувствовала, что раскрыла рот, словно деревенщина, глядя на колонны из порфира в зале, на драпировку из желтого китайского шелка в гостиной, на бюсты, статуи грифонов и вазы.
Кларинда была настолько поражена столовой с серебряными стенами и колоннами из красного и желтого гранита, что сперва с трудом могла есть и беседовать с двумя джентльменами, сидевшими по обе стороны от нее.
Ужин был долгим и изысканным, с бесчисленными сменами французских блюд, подаваемых на массивных серебряных подносах, но, когда он окончился, оказалось, что девушку ожидают и другие чудеса.
Через розовый атласный зал, усыпанный цветами, и примыкающую к нему комнату, где фризы из сфинксов окружали бюст Минервы, гости прошли в просторный музыкальный зал, в котором буфеты скрипели под весом золотого орнамента.
 
Столики для закусок были расставлены по всему саду, где повсюду били миниатюрные фонтанчики, в бассейне отливали золотом и серебром рыбки, а бархатно-гладкие лужайки освещались диковинными лампами и бумажными китайскими фонариками.
Для Кларинды было в новинку разглядывать гостей, которые были даже пестрее и разнообразнее, чем знаменитая коллекция картин их хозяина. Женщины в платьях с высокой талией из атласа, газа или муслина, обтягивающих так, что были видны все изгибы их соблазнительных фигур, были, в великолепных диадемах и сверкающих ожерельях, не менее живописны, чем мужчины, в белых панталонах и атласных камзолах, украшенных драгоценностями.
Никогда, даже в самых дерзких мечтах Кларинда не могла предположить что-либо столь восхитительное, столь веселое и столь шумное! Но самым волнующим было то, что ей не удавалось и минуты постоять рядом с маркизой, чтобы кто-нибудь не пригласил ее танцевать.
Было очень душно, и тысячи зажженных свечей лишь усиливали духоту. Лорд Мельбурн выскользнул из избранного круга, собравшегося рядом с принцем, и нашел спокойное место у окна, где уселся с тремя друзьями и начал игру в карты. Он очень удивился, когда за его спиной возникла маленькая фигурка и тихий голос произнес:
— Не могли бы вы отвезти меня… домой, милорд?
Его светлость удивленно поднял глаза, затем встал.
— Отвезти вас домой, Кларинда! — воскликнул он. — Еще нет и часа. Никто не покидает Карлтон Хауз до рассвета!
— Я бы хотела удалиться, если вы не возражаете, — настойчиво произнесла Кларинда. — Но я не смогла найти вашу бабушку.
Вопросительно взглянув на лицо Кларинды, лорд Мельбурн положил карты на стол.
— Сожалею, джентльмены, — сказал он своим партнерам, — но моя подопечная нуждается во мне.
— Я хотел бы, чтобы она нуждалась во мне! — заметил один из игроков, но Кларинда уже отошла от стола.
Лорд Мельбурн последовал за ней.
— В чем дело? — спросил он, когда они отдалились на достаточное расстояние.
— Я не могу объяснить вам… здесь, — ответила Кларинда. — Но, пожалуйста… ничего не говорите вашей бабушке. Я должна уехать… я должна.
Очень быстро лорд Мельбурн нашел маркизу, болтающую со своими старыми подругами в одном из салонов, и, отведя ее в сторону, сообщил, что Кларинда желает ехать домой. И уже через очень небольшой промежуток времени они возвращались на Беркли-стрит.
— Должно быть, вы заболели, раз так быстро захотели уехать, — сказала маркиза Кларинде, — но я рада, что вырвалась из духоты и оглушительного шума музыки.
— У меня немного болит голова, — призналась Кларинда.
— Это не удивительно, — ответила маркиза, — вчера ночью вы легли поздно. Два грандиозных вечера один за другим — этого никто не выдержит.
Когда они доехали до Мельбурн Хауза, маркиза вздохнула.
— Должна признаться, я с радостью приветствую возможность лечь спать пораньше, — сказала она. — Пойдемте, Кларинда! Пошлите Розу за стаканом молока, это поможет вам поскорее уснуть.
— Наверное, я лучше выпью стакан лимонада, — сказала Кларинда и умоляюще взглянула на лорда Мельбурна.
— Пойдемте в библиотеку, — предложил тот. — Я не задержу ее долго, бабушка, обещаю вам.
— Чем раньше дитя ляжет в постель, тем лучше, — ответила маркиза.
Она продолжала подниматься по лестнице, а Кларинда и лорд Мельбурн направились в библиотеку.
Просторная комната со стенами, заставленными книгами, показалась прохладной после чрезмерной духоты Карлтон Хауза, и лорд Мельбурн распорядился, чтобы лакей растопил камин. Подойдя к столику с напитками, милорд налил Кларинде лимонада.
 
Приняв стакан, девушка поставила его на столик у софы. Слуга покинул комнату, и она, запинаясь, произнесла:
— Я сделала… что-то… очень дурное… вы рассердитесь на меня… и ваша бабушка тоже.
— Не лучше ли вам присесть? — предложил лорд Мельбурн.
Игнорируя софу, на которую он указывал, Кларинда опустилась на коврик перед камином. Милорд уселся в кресло с высокими подлокотниками и приготовился слушать ее.