Траарнская Академия Магии. Обуздать Время
Чего конкретно не хотела допускать королева Мэврис, Ирж так и не узнала: ее сознание не выдержало такой нагрузки и погасло.
Глава 6
Иржин дер Томна пришла в себя глубокой ночью. Даже не открыв глаза, она уже знала, где находится – в целительском крыле. Особый запах, особый привкус магии. Особая атмосфера.
Понимая, что вновь уснуть не получится, она приподнялась на постели и осмотрелась. По правую руку от нее в громоздком кресле сидел милорд Десуор. Столкнувшись с ним взглядом, Ирж смутилась и опустила голову. Отвернувшись, слева она увидела Тродваг. Та дремала в кресле, которое один в один повторяло кресло ректора.
– Ты очень нас напугала, – негромко заметил ректор и зажег крошечный тусклый осветительный шар. – Что случилось?
Вопрос «говорить или не говорить» перед Иржин не стоял. Ей было необходимо все-все рассказать милорду Десуору. Но как? Она все еще помнила, как поделилась с ректором своей нелюбовью к редиске. И своим восхищением от его мужественного голоса. За последнее было особенно стыдно.
– Иржин? – мягко позвал милорд Десуор. – Позвать Лорну?
– Нет-нет, – покачала головой она. – Помните, как вы вернули нас в Академию? Тогда, ну…
Замявшись, Ирж неловко взмахнула руками, и ректор кивнул:
– Разумеется.
– И я помню эту жуть, – сквозь зевок произнесла Лесса и села ровнее. – Один глаз желтым горит, другой синим. Бр-р. И главное, в себя не приходит. Не понимаю, отчего я раньше об этом не вспоминала.
Сделав освещение ярче, милорд Десуор внимательно посмотрел на Иржин:
– Вам поэтому понадобилось к предсказателю?
– Я не помнила, – еле-еле выдавила Иржин. – Сегодня вернулось. А тогда… Тогда были просто ощущения надвигающейся беды.
Дураком милорд Десуор не был:
– Вы предвидели арки. Сбылось все в точности?
Чтобы не выпалить никакой глупости, Ирж пришлось закусить уголок одеяла, и милорд Десуор тут же спросил:
– Какой ваш любимый напиток?
– Ч-чай, – выдохнула Иржин.
– Я читал о том, что некоторые предсказатели не могли напрямую говорить о своих видениях. – Ректор потер подбородок. – Этот эффект возникал вследствие проклятий, наложенных на весь род. Отчего же у вас такой блок? После стольких поколений немагов… Ничего бы не удержалось. Попробуйте пересказать то, что уже сбылось.
Закрыв глаза, Иржин выровняла дыхание, вызвала в памяти эпизод с арками, и, о чудо, у нее получилось! Не открывая глаз, она старательно произнесла:
– Я была бесплотной. Увидела себя, бледную, повторяющую: «Только не говори про инцидент». Затем увидела уродливые арки, вновь посмотрела на себя и поняла, что та я, которая в теле, вижу себя-духа. И сегодня я себя-духа тоже увидела – женская фигура, сплетенная из желтых и синих лент.
Милорд Десуор нахмурился и медленно кивнул:
– Так, хорошо. Уже понятно, отчего ваш разум не раскололся от обилия информации. Вы сами оказались в будущем, а не будущее коснулось вас в прошлом. Но все же предполагаю, что видений было несколько. Оттого вы их и забыли на время – ваш разум защищал сам себя.
– Да, наверное, – кивнула Иржин.
– Попробуйте идти дальше. Расскажите нам о следующем эпизоде, – мягко попросил милорд Десуор.
Больше всего Иржин хотела предупредить ректора о грозящей ему опасности, но нет. Язык будто распух во рту – у нее не получалось произнести ни единого слова. Только злые слезы беспомощности вскипали под плотно зажмуренными веками.
– Тиша-тише, все будет хорошо. Попробуйте сконцентрироваться на другом воспоминании, – мягко произнес ректор и сжал руку Иржин.
– Я выйду замуж за Валдериса. Он принудит меня, – с грустной улыбкой произнесла леди дер Томна и открыла глаза. – Но пугает меня не это.
– Тебя пугает то, о чем ты не можешь рассказать? – осторожно спросила Лесса. – А подробнее про Валдериса?
– Не получается. В голове как будто все звенит, и звон нарастает, нарастает, – едва шевеля губами, прошептала Иржин. – И язык как будто распухает.
Подняв на ректора полные слез глаза, она с болью спросила:
– Неужели не будет никаких хороших новостей?
На что милорд Десуор заговорщицки улыбнулся:
– Будут. Во-первых, клянусь, что сделаю возможное и невозможное, чтобы защитить вас от Валдериса. А во-вторых, леди дер Томна, позвольте предложить вам нарушить с десяток правил Академии и несколько законов Траарна. И, возможно, преступить несколько редгенских обычаев.
– Что на кону? – подалась вперед чуть заинтересованная Иржин.
– Здоровье вашего брата по магии.
– Я готова нарушить все законы, – тут же отреагировала Ирж.
– Прежде чем моя подруга начнет нарушать законы, – кашлянула Тродваг, – можно узнать подробности? Быть может, и я на что-нибудь сгожусь.
Потерев ладони, Лесса внимательно посмотрела на милорда Десуора. Тот только усмехнулся и с долей уважения произнес:
– Такая верность и преданность нечастый случай в нашем мире. Что касается подробностей – благодаря визиту королевы Мэврис мне удалось быстро связаться с Райаном Арнским. У него сейчас не так много свободного времени, но он бросил все дела и прибыл в Академию. Когда вы слушали речь королевы, мы с Райаном диагностировали Лидана.
Услышав это, Ирж постаралась сдержать свое негодование, но у нее это не слишком хорошо вышло. Получив взгляд, полный укоризны, она отвела глаза и едва слышно проворчала:
– Извините.
– Райан прибыл не с пустыми руками, – продолжил ректор как ни в чем не бывало. – Он принес Проявитель, один из родовых артефактов Траарнских. С помощью Проявителя Траарнские выясняют, если у наследника или наследницы магический дар и какой он направленности. У Траарнских есть насущная проблема – им необходимо знать направленность дара новорожденного. Иначе, кхм, могут возникнуть проблемы. Но это королевская тайна, и нас она не касается. Я всего лишь веду к тому, что эти артефакты осечки не дают.
– Позвольте угадать, – мрачно произнесла Иржин, – Проявитель показал, что Лидан – немаг.
– Именно, – кивнул ректор, а Лесса ахнула:
– Но мы все видели, как колдует Лидан!
– Преподаватели тоже это видели, – вздохнул милорд Десуор. – И я в их числе. А потому нам с вами, Иржин, предстоит отправиться в Редген. Эпицентр болотной лихорадки, по счастью, находится сильно южнее столицы, так что нам мало что угрожает.
– Люди от этой болезни не умирают, – пожала плечами Иржин. – Значит, милорд Арнский знает, что произошло с Лиданом?
На прямой вопрос ректор дал такой же прямой ответ:
– Нет, не знает. Но мы смогли сделать смелое предположение, которое частично подтвердили королевские хроники и сохранившиеся книги Арнского рода. Об этом нюансе вспомнил сам Райан: когда он возрождал Арнский род, сразу после этого ему пришлось провести ритуал Позволения. Вы знаете, что это такое?
Нахмурившись, Иржин порылась в памяти и неуверенно произнесла:
– Это что-то вроде разрешения, да? Что-то связанное с младшими семьями и их наследниками.
Лесса же только руками развела – за Рубежом ни одной магической семье не удалось прожить достаточно долго, чтобы обзавестись какими-либо правилами или традициями.
– Учитесь четче и уверенней формулировать ответ – скоро первые экзамены, – строго сказал милорд Десуор. – Ритуал Позволения касается только древних семей. Если девушка из такой семьи выходила замуж за не имеющего дар мужчину, то они должны были испросить Позволение на рождение ребенка. В противном случае такой брак был бездетным. Арнские – древняя семья, потому Райану пришлось сразу после ритуала Возрождения, который едва не убил его, провести ритуал Позволения. Чтобы исключить даже малейшую вероятность гибели дальних родственников.
Иржин кивнула, и ректор продолжил:
– В хрониках Траарнских есть небольшая заметка о том, что происходило с детьми, которые родились вопреки запрету главы рода.
– Но вы сказали, что такие пары были бездетными? – нахмурилась Лесса.
– Да, но есть много способов обмануть и природу, и магию, – усмехнулся ректор. – Так вот, предки предупреждали, что если такой ребенок родится, то долго не проживет. Его убьет его же дар.