Холодное пламя: Гори! (СИ)

— Как бы беды он нам не принес, — произнес полноватый мужик. — Маги имперкие раз были, так всех девок перепортили. Ни на что не смотрели, даже жен к себе в постель тащили.
Кузнец мрачно взглянул на говорившего.
— Не похож он на имперского. Говорит, что вольный. Мог ведь меня там и сжечь, но нет. Не стал.
— Может он ищет чего?
— Может и ищет, но даже если и… — тут кузнец махнул рукой. — Не до чести бабской, мужики. Если поля не соберем — голодом сидеть будем. Совсем худо будет. Пусть он хоть всех перепортит, но если мы черную плесень не сведем… Я ему свою дочку отдам.
Мужики начали переглядываться.
Положение деревенских мужиков было на грани. Многие уже прикидывали куда податься. Уходить с родных земель не хотелось, но урожай гнил прямо на поле. Черная плесень поразила не только зерновые, но и все, что выращивали местные. Она добралась даже до яблонь, четко намекая, что зиму им не пережить.
  
Глава 13
 
Рус устало вздохнул и спиной спиной к стене.
В доме, где ему накрыли стол, было чисто, прибрано, а еда была пусть и не богатой, но сытной. Напротив него сидело трое главных мужиков, включая сына кузнеца Форда.
— Значит так, — произнес Рус, вытирая рот от пивной пены.
Напиток был хоть и слабым по крепости, но вкусным и прохладным.
— Плохая новость — плесень та черная наведенная, — начал рассказывать парень. — Кто ее и зачем навел — не скажу. У меня таких знаний нет. Хорошая новость — можно ее свести.
— А урожай? — тут же спросил седой старичок. — Урожай спасти можно?
— Можно, — кивнул парень. — Я колоски видел. Там едва треть наберется пораженных зерен. Когда плесень сведу, она пылью осыплется.
Мужики довольно переглянулись, а потом уставились на сына кузнеца. Тот, в отличие от двух других, не торопился радоваться.
— Раз навели, могут и второй раз навести, — произнес он. — Нас давно к ногтю Нарн-Хамор тянет. Хочет, чтобы мы под город пошли, налоги платили, да только толку с них? А сейчас, видеть, уже до черного дела дошли.
— Оберег? — задумчиво спросил парень и, прикинув в голове сложность, ответил: — Нет. Я такого не потяну. Знаний не хватит. Только если…
Тут в голове парня всплыли выученные узлы накопители, затем парочка примитивных артефактов, которые он собрал, и рунный язык подгорных коротышек, что Рус пытался выучить.
— Другое попробуем, — произнес он. — Попробуем артефакт собрать, чтобы вы им пользоваться могли, и чтобы черную плесень выводил.
Кузнец кивнул, но выражение лица все равно не поменялось. После нескольких секунд раздумий, он спросил:
— Что в плату возьмешь?
Рус сидел на лавке с сытым животом и смотрел на трех мужиков, решивших судьбу села. В голове всплыли слова Жулье о том, что лечить надо за такую плату, которая будет дорогой для пациента. Иначе это породит безответственность.
— Денег у вас нету, — констатировал Рус, прикидывая в голове варианты. — Были бы — уже мага бы из города позвали.
Кузнец отвел взгляд. За него ответил старик.
— Пара серебрушек есть, но за пару серебрушек маг к нам не поедет.
— Вот и я про то говорю.
— Мы на тракте взяли две телеги, — решил признаться кузнец. — Но товар в них…
— Ограбили, вы хотели сказать, — поправил Рус.
— Так оно. Лихое дело, оно вроде и денег принести может, да вот товар нам попался… — кузнец вздохнул и добавил: — В том товаре сахар да специи разные мешков десять. На торжище — сокровища. Только тот товар редкий, и если с ним на торжище придешь…
— Не надо быть дураком, чтобы знать, откуда оно взялось, — кивнул парень. — Только вот что мне толку с тех специй? Сам я их не ем. Да и путешествую…
— Мы тебе коня дадим, — начал уговаривать его третий мужик. — Не боевого скакуна, но кобылка справная! Специй отдадим, сколько скажешь.
— Серебрушки две тоже отдадим, — кинвул седой старик. — Ты только поля упаси от плесени.
Рус оглядел селян, жизнь которых толкнула на лихое дело и кивнул.
 
— Хорошо, — заявил он. — Но сначало надо специи оглядеть.
***
— Смотри, что вытворил мой ученик, — с гордостью заявил упырь и протянул под нос черта наскоро выпрямленную подкову.
— И чей-то? — спросил Хойсо, принюхиваясь к железяке. — Огонь чувствую… сложный огонь.
— Смотри! — упырь слегка надавил на железку силой, и над ней тут же проявилось огромное сложное плетение из оранжевых нитей.
— Это точно он сделал? — спросил черт.
— Он! Я подглядывал, — гордо кивнул Роуль. — Смотри! Вот тут контур на испепеление. Причем вот тут видишь? Петля температуры вывернута вот так! Это значит, что тепла не будет, а цель превратится в пепел мгновенно…
— Кого это он собрался в пепел мгновенно?
— Не перебивай! Вот тут он узел накопитель сплел, а вот тут у него… — Роуль гордо перевернул заготовку и продемонстрировал семь рун. — Видишь?
— Руны, и что?
— Он смог руны и плетение совместить! — довольно оскалился упырь. — Это настоящий прогресс!
— Подумаешь, — вздохнул Хойсо. — Демоны с этими рунами! Как он сам?
— Не перебивай! — фыркнул на друга упырь. — Смотри, что он придумал. Вот эту штуку надо заряжать в очаге. Чем больше она лежит в огне, тем сильнее заряжается. Когда ты ее приносишь на заряженное поле, то надо собрать плесень и натереть ей вот эти руны. Эти руны — ключ для уничтожения. Затем вот эти плетения активируют поиск и испепеление. Все. За час эта железка способна очистить средненько поле. Только потом два дня надо будет заряжать в печи, но не суть. Главное — принцип!
— Он хотя бы улыбнулся? — спросил черт с кислой физиономией.
— Кто?
— Ученик твой. Он хотя бы улыбнулся от проделанной работы?
— В первую ночь ему подложили девку, — произнес Роуль. — Он ее оприходовал, а потом на три дня в артефакте этом завяз. Ну, а после первого очищенного поля…
— Что?
— Он всех незамужних перебрал, — пожал плечами упырь. — Ну, ладно не всех. Была пара девственниц. Может мелкие еще, а может страшные, я в людях не разбираюсь.
— В смысле перебрал?
— В смысле использовал в процессе репродуктивного акта, но с прерыванием на самом интересном месте, дабы не плодить сущностей и лишних отпрысков.
— Ну, может пара девушек поднимет ему настроение, и он придет в себя, — вздохнул Хойсо.
— Не пара, а семнадцать.
— Сколько?
— Семнадцать, — повторил упырь и расплылся в довольной улыбке. — Мне кажется, он специально затянул испытания, чтобы оприходовать всех, но суть не в этом. Главное сейчас то, что он взял в качестве оплаты.
— Погоди, он оприходовал семнадцать девиц и еще плату взял?
— До-о-о-о, — протянул Роуль. — Малец знал, что деревенским некуда деваться, и они примут все условия, даже если он всех замужних оприходует.
— Что он в оплату взял.
— Не знаю, откуда у этих крестьян оно взялось, но-о-о-о-о…
— Не не тяни уже!
— Осла, специй и два мешка сахара!
Улыбка упыря растянулась настолько сильно, что Хойсо ненароком подумал, что лицо упыря сейчас треснет.
— Ты думаешь о том же, о чем и я? — довольно потирая руки, спросил черт.
— Не знаю, о чем думают черти, но я думаю об…
Тут он вздохнул и, облизнувшись, произнес с придыханием:
— Экле-е-еры…
— Ты запомнил их название?
— Специально учил, — кивнул упырь и оглянулся. На горизонте появилось несколько приближающихся огоньков. — Так. И кто из этих деревенщин полез на поле посреди ночи?
— У деревенских есть магические лампы? — спросил черт, с прищуром всматриваясь в огоньки. Он втянул носом воздух, пытаясь уловить аромат магии, и тихо добавил: — От них ветром несет. Моя вторая стихия…
 
— Пойдем-ка глянем, кому тут не спится.
Роуль обратился в тень и метнулся в сторону незнакомцев.