Холодное пламя: Гори! (СИ)

— Мой братец был слишком высокого мнения о своем подходе, — начал говорить он, делая шаг за шагом к мальчишке. — Настолько высокого, что решил, что сможет основать собственное древо. А это значит, что он смог превзойти основателей рода в мудрости. Такое считается возможным, если он побеждает всех ныне живущих мастеров древа.
— Вы были последним? — вытерев нос кулаком спросил парень.
— Да. Я так понимаю он тебе рассказывал?
— Нет. Довольно простая история о мести, составленная по вашим словам, — поднимаясь произнес парень. — Такое я не раз встречал в книгах. Так часто поступали правители Кусарифа, такой прием часто использовали писатели любовных романов.
— У тебя есть время на любовные романы?
— У меня не было других книг. остальные я прочитал. — пожал плечами парень. — А вообще не удивлюсь, если вы, как полагается беспокоющемуся о судьбе рода, устроили все так, чтобы лишить Дога руки. Но даже так вам пришлось ждать, пока он состарится.
— Какой ты информированный парень, — расплылся в улыбке противник. — Теперь убить ученика мне не кажется варварской идеей.
Рус делает резкий выпад вперед и пытается достать противника ударом кулака, но тот, словно ждал этой попытки, нанес удар ногой в живот. Удар прошел и парень согнулся, но вопреки ожиданиям, он не отпустил ногу противника и, сгибаясь пополам зажал ее все телом.
— Вот же пиявка… — рыкнул боец и попытался стряхнуть его с ноги.
Однако тот вцепился словно клещь и не собирался отпускать.
Удар.
Еще один.
И еще.
Набиуру наносил удары в спину и бока, пытаясь достучаться до головы парня, но тот был неумолим и всячески прятал голову, при этом продолжая удерживать ногу противника.
Удар!
Еще!
— Мелкий червь! — рыкнул разошедшийся противник.
Взгляд парня, прятавшего голову зацепился на Дога. Тот так и лежал на боку, не в силах даже подняться. Все, что он мог — хрипеть одно и то же слово:
— Гори!
— Достал! — рыкнул противник и парень услышал звук покидающего ножны клинка.
Тут же он отпустил ногу и нырнул под руку, беря ее на излом. Парень ужом обвился вокруг тела противника и удерживая руку, принялся душить его изо всех сил.
— Гори! — прорычал он, не сводя взгляда с учителя. — ГОРИ!
Пламя объявшее его тело стало для противника неожиданностью. Тот закряхтел и принялся метаться, несмотря на заломленную руку и кисть парня, впившуюся в шею словно кузнечные клещи.
— ГОРИ! — снова взревел парень с безумным усилием направляя свою силу внутрь противника.
Жар заставлял кровь и внутренние органы закипать. Набиуру выпучил глаза и со свистящим звуком от спазмировавшихся бронхов, сделал последний вдох. Затем два шага вперед и его тело выгнуло дугой. Раздался хруст в суставе заломленной руки, затем хруст в спине, а уже после он все таки повалился на землю, окончательно перестав дышать.
— Сука! — сплюнул парень и, вскочив на мертвое тело нанес несколько ударов в лицо противника.
Тот же никак не реагировал, а маска обезумевшей боли и ужаса, застывшая на его лице, словно ушат воды вернула Руса в нормальное состояние.
Парень встал и испуганно уставился на своего противника. Он впервые видел смерть, сделанную его руками. До этого был упырь, но его парень не воспринял всерьез из-за состояния. Сейчас же он смотрел на изуродованный силой труп и впервые почувствовал страх того, что находится внутри него.
Он оглянулся и обнаружил на том же месте Дога. Парень подскочил к нему и обнаружил его уже в состоянии бреда. Избитый калека смотрел на него единственным глазом и едва слышно булькал кровью, стоявшей в горле.
— Сгорел…
Это все, что успел расслышать парень перед тем как учитель начал хватать воздух как рыба, выброшенная на берег.
Парень с ужасом взглянул на тело и обнаружил, что грудь старика вдавлена внутрь, словно в нее пришелся мощнейший таран. Единственная рука висела плетью и имела несколько неестественных изгибов.
Очередная попытка ухватить воздух и Дог по прозвищу «Калека», учитель и самый странный из всех знакомых Руса замер. Взгляд так и остался сфокусированным на небе.
 
  
Глава 5
 
Айзу сел в свое кресло и с каменной маской спросил:
— Что, уважаемый Дог, привело вас в наши края?
— Смерть моего сына, — произнес старичок сидевший у его стола.
Одет он был в просторную одежду белого цвета и опирался на мощную трость с рукоятью из резной кости.
— Смерть вашего сына, — повторил мэр, задумчиво смотря на старика.
Сомнений о каком именно сыне говорит старик у него не было.
— К сожалению, я не предоставлю вам информации о его смерти, — спокойно ответил Айзу. — Эта информация засекречена в интересах города.
— Засекречена? — уточнил старичок. — То есть вы даже не пытаетесь отрицать, что она у вас есть?
— Нет. Не отрицаем. Но и делится с вами о ней не будем. По крайней мере ближайшие двадцать лет.
Брови старика поползли вверх.
— Тогда, для начала, я хотел бы получить тело своего сына, — произнес старик, стараясь скрыть свое удивление от такого поворота разговора.
— Это так же невозможно, — ответил Айзу. — Мы с удовольствием избавились бы от этого тела, но в качестве доброй воли так же накладываем «вето» на право его осмотра.
Старик откинулся на спинку кресла и непонимающе уставился на мэра свободного городишки. Смятение и непонимание ситуации бурлило внутри, и он спросил:
— Вы понимаете с кем разговариваете? Нам ведь не надо даже объявлять общего сбора. Достаточно будет десятка слаженных групп из наших школ, чтобы вырезать этот городишко подчистую. Вы осознаете с кем разговариваете?
— Осознаю, — кивнул мужчина и открыл ящик стола.
Оттуда он извлек небольшую шкатулку. Из нее он извлек золотую монету с глянцевым искусным изображением на одной стороне. Кулак в обрамлении двух лавровых ветвей.
— Откуда? — окаменев от увиденного произнес старик.
— Лет десять один калека пришел ко мне и попросил разрешения поселиться в городе. Деньги у него были, но он нес за собой такой ворох проблем, что нахождение его в городе ставило под удар всех жителей. — начал рассказ Айзу. — Монету рода Дог он принес с собой и рассказал, откуда она у него взялась.
Собеседник заинтересовано поднял одну бровь.
— Он добыл ее у мага земли, который отобрал у него руку. Маг земли получил ее в качестве платы за его жизнь, — закончил мэр и спокойно принялся наблюдать как меняется лицо старика.
— Это очень опасные слова, — в итоге произнес он, с трудом удерживая маску.
— Да. Именно поэтому я ими ни с кем не делился, — кивнул мэр. — Но монету долга рода Дог я готов вам вернуть. Информацию и тело вашего сына я так же передам вам, но только через двадцать лет. Поверьте — это жизненно важно для нашего города.
— Я могу забрать монету силой, — спокойно ответил старичок.
— Никто не будет вам противиться. Можете забирать ее просто так и прийти в наши края с боевыми отрядами. Это ведь просто монета. Пусть и называют ее «Момента долга».
Старик поднялся, взял монету со стола и спрятал внутри своей одежды. Он молча развернулся, но все же спросил:
— Симу Дог жив?
— Нет. Погиб.
— Ученики? — уточнил старик и видя как молчит Айзу, кивнул. — Двадцать лет. Род Дог умеет ждать.
Как только старик вышел из кабинета глава города вздохнул и опустил плечи. Из него словно выдернули.
— Большие цели достигаются большими играми, — прошептал Айзу и достал трубку и кисет с табаком. Набивая его в трубку дрожащими пальцами, он пробормотал под нос: — Большие игры выигрываются с большими рисками. Только достигается это маленькими людьми…
 
***