Детективное агентство "Штык" 2 (СИ)

Кабанкин оторвался от покраски, обернулся и посмотрел с высоты крыши.
— С каких это пор цверг Авалин - все подряд?
— Все равно, не нравится он мне, - проворчал Тузов.
— Странно, - ответил Кабанкин, - вы оба - карлики, он мастер артефактов, ты мастер техники, у него длинный нос, у тебя тоже длинный, как ты любишь уверять. Да вы же почти родные братья!
Аллоя так и зашлась в беззвучном смехе, едва не выронила банку краски. Натуральной "эльфийской" краски сочного зеленого цвета, разумеется. Тузов умчался обиженно, а Кабанкин отложил кисть, начал протирать руки.
  
— Просто так он не явился бы, - пояснил Иван Аллое, - значит, случилось что-то крупное. А что касается Тузова, кажется, я знаю причину.
— Да, - легко согласилась дочь капитана Франта. - Ревность к метресс Листве.
Они обменялись понимающими взглядами и пошли встречать Авалина. Тот прибыл с еще двумя цвергами-помощниками, и на мгновение Кабанкин даже решил, что речь пойдет о магии и артефактах. В конце концов, Олеся немало работала с цвергами, варила им какие-то зелья, покупала разные колдовские штуки и котлы.
— От имени владык леса, я уполномочен просить вас о помощи, - церемонно заявил Авалин.
— Нас или метресс Листву? - по неистребимой привычке уточнил Кабанкин.
В конце концов, чем они могли помочь эльфам? Расследованием?
— Вас, владыкам леса потребовались ваши умения в расследовании, - словно услышав его мысли, заявил Авалин.
После такого оставалось только согласиться и узнать детали, но расспросы провалились. Авалин изрек, мол, он лишь передает волю эльфов, а когда те прилетят, то надо спросить их. Кабанкин хмурился, как браться за дело, не зная деталей? Ахмат и Олеся, наоборот, пребывали в странно нервном возбуждении, до самого прилета корабля.
— Метресс Листва, дочь Леса, - торжественно объявил Авалин. - Дети Леса, Идаэль и Амарель, прибыли просить вас о помощи!
Эльфы склонили головы, и Кабанкин вдруг понял, что перед ним эльф и эльфийка. Изящные, стройные, как корабль, с которого они сошли, Идаэль и Амарель изобразили легкий поклон, прошелестели что-то.
— Чем я могу помочь детям Леса? - пафосно вопросила Листва.
— Наш корабль не летает, - мелодично пропел Идаэль.
— Вы же на нем прилетели, - вырвалось у Ахмата.
Его даже не удостоили взглядом, тогда как сам Тузов пожирал их взглядом. Впору было заподозрить какую-то магию, но Кабанкин знал, что Ахмат просто мечтает переспать с эльфийкой. Всегда мечтал, с самого мига прибытия сюда, но впервые эльфы явились сами.
— Другой корабль, - пояснила Амарель. - Никогда такого не было, но и человек никогда не становился дочерью Леса, поэтому наши старейшины решили просить о помощи. Цверг Авалин крайне лестно отзывался о ваших способностях.
— Хорошо, я помогу, - просто ответила Листва.
— Тогда летим, - и эльфы указали на корабль.
Ахмат гикнул и взлетел сразу туда, едва не столкнувшись нос к носу с еще одной эльфийкой. Та посмотрела на него изумленно, сделала жест рукой, словно хотела отодвинуть за борт, но Тузова это никогда не останавливало, и он тут же начал флиртовать, пуская в ход свое самое мощное оружие - коротышечные детские ножки.
— Старейшины знают, дочь Леса, что вы работаете с другими живыми и готовы сделать для них исключение, так как их умения могут пригодиться.
Не прошло и пяти минут, как Олеся, Иван и Аллоя поднялись на палубу корабля, который тут же отцепил корни-ветки, втянул их в себя и взмыл в воздух, возносясь над Либертоном, после чего устремился вглубь архипелага, в те края, которые считались вотчиной эльфов, недоступной обычным живым.
— Я понимаю, ты любишь эльфов, - заметил Ахмат Олесе, - но не стоит доходить до таких крайностей.
Листва, едва взойдя на корабль, распростерлась на палубе, и лежала на ней, словно хотела охватить всем телом. Ветерок колыхал ее одежду, обнажая ноги, и эльфы не обращали особого внимания, мол, это тоже часть природы. Пялился только Ахмат, по правде говоря, цверги просто смотрели бесстрастно, занимаясь своими делами.
— Ничего ты не понимаешь, - отозвалась Олеся, все же поднимаясь. - Я может с детства об этом мечтала!
— Ты?!
— Я. Мечтала, как лечу вот по воздуху, а затем..., - Олеся покосилась на эльфов. - Мечтала, в общем!
Кабанкин только хмыкнул, без труда достроив недостающее. Обитатели магических общин, как правило, никого не считали за "людей", только себя, и в мечтах Олеся, почти наверняка, жгла эльфов и выбрасывала за борт. Потом, в период своего бунта и бегства из общины, она вполне могла мечтать, как тут же переимела бы всех эльфов вокруг, просто назло родителям.
Сейчас же просто сдержалась, чтобы не задеть эльфов.
— А куда мы летим, если это не секрет? - спросил он у Авалина.
— На остров, где рождаются летучие корабли владык леса, - ответил цверг, почтительно понижая голос. - Это великая честь, ступить туда, не отдав вначале свое сердце лесу и великому дереву. Ради дочери Леса, метресс Листвы, и ваших умений в расследовании, владыки леса сделали исключение.
Кабанкин смотрел на него задумчиво, переваривая услышанное. Уже второй или третий раз он слышал про исключение и это ему не особо нравилось. С другой стороны, Олеся вроде как спасла всех эльфов от того паразита, почему бы им и не открыться навстречу?
— Мы должны будем расследовать, почему корабль не летает?
— Именно так, - донесся голос Амарель и Авалин отступил, с почтительным поклоном. - Мы не можем понять причину, почему наш корабль не летает, и старейшины решили пригласить тех, кто умеет доискиваться до причины, даже если она скрыта.
Взгляд ее перешел на Аллою и Амарель улыбнулась сдержанно.
— Ты много страдала, дитя, - произнесла она, - и, если захочешь, Лес откроет тебе свои объятия.
— Мне?! - пораженно воскликнула Аллоя.
— Наша цель помогать жизни и уменьшать страдания, и если ты откроешься навстречу Лесу, то обретешь новую семью.
С этими словами Амарель отошла, и Кабанкин озадаченно потер подбородок. Разобраться, почему корабль не летает? Звучало, как работа для Листвы, но расследование? К ним присоединился Ахмат, тоже принявший озадаченный вид, мол, как так, его отвергли?
Зато Листва прямо лучилась радостью.
— Сбылась детская мечта?
— В каком-то смысле, - пожала та могучими плечами. - Никто не мог понять, как летают их корабли.
— На магии! - перебил ее Ахмат и тут же увернулся от удара посоха.
— Маги в общинах ставили эксперименты с волшебной древесиной, но все это выходило слишком неуклюже, громоздко, требовало огромного расхода магии. Ковры - самолеты и просто личные полеты выходили экономичнее, дешевле. Твое кресло и летающие метлы, вот плоды исследований кораблей эльфов, - провозгласила Олеся.
— Дирижабли, понятно, не в счет, а летающие корабли союза? - спросил Кабанкин.
— Это повторение технологий Прежних с добавкой магии, работа на мяу, это другое, - покачала головой Олеся и подбородки ее тряслись, словно в предвкушении. - Теперь же, наконец, стало понятно, в чем тут дело.
— Поэтому ты лежала на палубе, - догадался Иван.
— Разумеется, - фыркнула Листва. - Не потому, что мне так не терпелось отдохнуть!
Но в чем там дело, так и не сказала, проворчала что-то про умелых коротышек, но не Ахмата и достала бумажные листья и карандаш, и весь полет провела в каком-то ожесточенном рисовании и записывании, перечеркивании и снова рисовании. Один лист Олеся даже съела, похоже сама того не заметив. Ахмат попытался подтрунивать над ней, но Листва его не замечала и даже не пыталась выбросить за борт.
— Скажите, мастер Авалин, - повторно обратился он к цвергу, - что там случилось?
— Честное слово, я и сам не знаю подробностей! После недавних событий, владыки леса обратили на вас внимание.
За бортом мелькали облака и в прорехах между ними море и острова, но на свою беду "Штык" слишком часто летал среди островов на ковре-самолете и привык к подобным видам. Сидеть и лежать на палубе (по которой практически никто не бегал) было почему-то комфортнее, чем на ковре-самолете, то ли эльфийская магия, то ли Олеся просто экономила на защите в своих полетах.