Снегурка для опера Морозова

Опять с Коноваловым сцепились на ровном месте. Сука, не успокоится, пока меня совсем из органов не выпрут. Но хрен ему! Мы еще посмотрим, товарищ подполковник, кто кого и в какой позе нагнет. Так что девочку я заказывал под настроение, а прислали, выходит, эту. Заняты все что ли? У шлюх тоже бывает предпраздничный ажиотаж? Перед Новым Годом все хотят натрахаться как в последний раз?
  
Я, собственно, ничем не лучше. Хочу много, грубо, грязно и без тормозов. С недавних пор предпочитаю именно такой вид секса – за бабки. По крайней мере все честно. Никто лицемерно не врет тебе в лицо о высоких чувствах. Заплатил, отымел, отпустил и живешь дальше. Опцию «ролевые игры» я не заказывал, но пусть будет. Надеюсь, у нее под блестящим голубым нарядом снегурочки портупея и кожаное белье.
Скользнув взглядом по стройным ножкам, обтянутым белыми колготками, делаю шаг в сторону.
– Заходи, – киваю Снегурке.
– А-а-а, Дениска здесь живет? Я п-правильно п-пришла? – запинаясь, спрашивает она.
Криво усмехнувшись, киваю и даже распахиваю дверь шире. Из подъезда в квартиру тянет холодом, а на мне из одежды только спортивные штаны на голое тело.
– Ну чего ты мнешься, как в первый раз? Заходи, – начинаю раздражаться.
Переступив с ноги на ногу, Снегурка все же решается шагнуть через порог. Захлопываю дверь за ее спиной. Девчонка вздрагивает, капюшон с нее слетает. Облизываясь, как моя животная банда на молоко. Рассматриваю симпатяжку еще раз со всех сторон. Хорошенькая, молоденькая еще совсем, а уже шлюха. Жаль…
И пахнет от нее вкусно. Ноздри вздрагивают как у голодного хищника, вышедшего на охоту, улавливая запах зимы, карамели и мандаринов. Елки только не хватает и будет настоящий Новый год.
– А где Дениска? – Снегурка с волнением пытается заглянуть мне через плечо. Даже на цыпочки встает, но во мне два десять роста. Куда уж ей! – Мальчик маленький, Дениска, – испуганно лепечет она. – Точно здесь живет?
– Дениска? Маленький? – едва сдерживаю смех. – Дениска есть, но точно не маленький! Так себе твоя игра, Снегурка, проходи и просто раздевайся.
– А-а, где он? – то ли дурочка, то ли первый день работает и растерялась.
Ну хер с тобой, может я сценарий сбиваю? Решаю поиграть в эту странную ролевую игру еще некоторое время.
– Да здесь, здесь… – растягиваю слова, – не стой на пороге, проходи.
Расстегнув верхние пуговички на шубке, Снегурка нерешительно проходит в гостиную. У меня журнальный столик накрыт прямо у дивана. Удивленно моргнув, смотрит на единственный бокал с недопитым коньяком и тарелки с нарезкой. Все, что было в холодильнике пожертвовано на закуску.
– Налить? – спрашиваю я. Ну может ей и правда надо, для храбрости. Но как-то настроения это пока не добавляет. Жестко и грязно не будет?
– Н-не надо, – крутит головой.
– Ну тогда приступим сразу к делу, – хлопнув в ладоши, шагаю к ней и обнимаю за талию.
Тоненькая такая, будто не кормили ее пару месяцев. Пополам бы не сломать с голодухи. Член оттягивает тонкую ткань спортивных штанов, демонстрируя боеготовность, несмотря на сидящий во мне коньяк.
– Что вы делаете? – пищит Снегурка.
– Не переигрывай! – бесить начинает люто. В паху ломит от возбуждения. Хочется как можно быстрее ворваться в горячее женское и сломать к чертям тормоза.
Разворачиваю девушку спиной к себе, толкаю к дивану и загибаю на мягкую покатую спинку. Задираю искусственную шубку, костюм снегурки, шлепаю по ледяной заднице, облепленной синтетикой колготок. Снегурка вскрикивает, вырывается.
– Ччч, все, не буду больше так. Лежи смирно. Дядя опер тебя не обидит.
Дядя опер тебя трахнет, а потом сходит и накажет один частный притон за некачественно выполненный заказ. Я, мать вашу, кого просил?!
– Я пришла к Дениске! – истерично хнычет Снегурка.
– Ты его нашла, – хмыкаю я.
– К-кого?
– Дениску, – усмехаюсь. – Это я. Так что ты пришла по адресу, детка.
И где-то в этом моменте до пьяного мозга начинает доходить, что имени то я не называл, когда бабу себе заказывал. И плачет она уж больно натурально.
Встряхнувшись, делаю шаг от нее, едва не спотыкаясь о собственные спущенные до колена штаны.
Голубоглазая Снегурочка отлепляется от спинки дивана, нервно поправляет одежду и застывает с широко распахнутыми глазами, уставившись на мой стояк со вздувшимися темными венами. Ее щеки приобретают цвет спелого астраханского томата. Девчонка крепко зажмуривается и поджимает губы.
– Да брось, не такой уж он и страшный, – криво улыбнувшись, натягиваю штаны.
У меня мобильник звонит. Стянув с тарелки с закусками кусочек сыра, иду вглубь квартиры в поисках своей трубки. Нахожу ее в прихожей, в кармане форменной куртки.
– Капитан Морозов, – дергает меня от этого звания. Снова передаю большой нецензурный привет Коновалову, посылая ему острый понос на ближайшие три дня.
– Как тебе подарок? – ржет Шаман. – Стишок Деду Морозу рассказал? А желание загадал? Ну помнишь, как в детстве? Раз, два, три…
На заднем фоне громко угорает остальная команда. До истерики, блять! Сам невольно улыбаюсь.
Кошусь на Снегурку. Она вот-вот рухнет в обморок. Бледная, под цвет собственных колготок.
– Идиоты! – рявкаю на свою группу, но все же уже не злюсь.
– Да хорош, Дэн, не рычи. Мы ж тебе настроение после Коновала поднять решили, – оправдывается друг. – Новый год все-таки.
– Дебилы! – продолжаю ворчать. – Я девчонку из-за вас чуть не изнасиловал!
– Ооо… эээ… Ни хрена ты даешь! – очень красноречиво вещает Шаман и вновь закатывается смехом. – Деда Мороза хоть не тронул? А то как оформлять будем?
– Ой все, – лишь бы скалиться. Сбрасываю звонок и кидаю телефон на тумбу.
Ощупываю карманы куртки в поисках сигарет. Если я сейчас не затянусь, точно кого-нибудь придушу. Не хотелось бы Снегурочку. Она, походу, настоящая.
Девчонка вдруг как завизжит! Меня аж контузит на несколько секунд. Дернув головой до хруста шейных позвонков, бросаюсь туда и начинаю дико ржать.
 
Глава 3
 
 Анастасия 
Божечки, меня почти что избили и чуть не изнасиловали? До сих пор колотит от пережитого шока и слезы текут по щекам. Торопливо вытираю их и всхлипываю. В ужасе смотрю на обнаженного мужчину, а взгляд сам по себе опускается на его огромный отросток со вздувшимися темными венам. Дышу через раз и не могу пошевелиться. Это что, то самое…? То, которое…? Даже мысленно не могу произнести, но невольно рассматриваю. Мамочки, какой большой… я всегда думала оно меньше. Как же он… нет, я не хочу знать!
Щеки предательски вспыхивают и очень быстро становятся пунцовыми. Ужас какой. Как это развидеть? Зажмуриваюсь и поджимаю губы. Фу-фу-фу, уберите. Можно, пожалуйста, все окажется страшным сном. Я открою глаза и окажусь дома. Рядом с Мишей. Он не позволяет себе расхаживать по дому без трусов и светить хозяйством. И вообще бережет меня. Мы решили, что до свадьбы никакого интима и меня это полностью устраивает.
– Да брось, не такой уж он и страшный, – слышу голос насильника.
Не страшный? Да ничего себе. Если у Миши такой же, то интима у нас не будет ни-ког-да!
На заднем фоне раздается мелодию мобильного. Мужчина чертыхается себе под нос и выходит из комнаты, а я, наконец, начинаю дышать. Вдох и выдох. Щеки пылают, а в голове только одна обескураживающая мысль. Что же я Мише скажу? Как рассказать о том, что произошло? Вот знала же, что нельзя одной идти. Как чувствовала. Божечки-кошечки. А еще непонятно, как же выбраться отсюда?
Из коридора разносится недовольный мужской голос. Но слова разобрать сложно. Прохожусь по комнате и останавливаюсь около журнального столика, на котором коньяк и нарезка. Алкоголь меня не интересует совсем, а вот колбаса и сыр… Попробую кусочек, чего голодать если хочется?
  
А если это чудовище задумало что-то ужасное? Как в фильмах ужасов. Что я могу сделать? Он вон какой огромный. Мне срочно нужен гениальный план. Перепрыгиваю от одной бредовой идеи к другой и жую не переставая. Сама не замечаю, как беру следующий кусочек. Это нервы. Я когда волнуюсь, всегда жую без остановки. Кстати, очень вкусно.