Как мы стали айдолами (СИ)

— Половина лейбла рано или поздно этого, честно говоря, ожидала, — продолжил менеджер, так и не получив от них ответа, — Но, черт возьми, я не ожидал от вас, что вы обернете это в такую обертку!
Разочарование в его взгляде пригоздило Йеджи к месту.
— Угроза судебным иском и шантаж отношениями участников смешанной группы. То, что нам так давно не хватало!
Сердце в груди Йеджи сбилось с ритма. Не может быть.
— Не понял, — нарушил тишину Сонджэ.
Ему только и оставалось переводить взгляд между девушками парнями своей группы, чтобы понять, кто в этом замешан. Потому что в последнее время под подозрениями были все.
— Мин-ён-сонбэним, ничего такого… — начал Джунхо.
— Ты либо мне сейчас нагло врешь, Джуни. Либо тебя обвели вокруг носа. И ты вообще не вывез пост лидера, — оборвал его Чхве Мин-ён.
— Кто шантажирует? — хладнокровано спросил Инсу. И все разом повернулись к нему.
— Девушка стилист, которая последний день работала на студии, и так удачно застала интересную сцену в гримерке. Теперь она хочет и должность обратно, и более удачный контракт.
— Как скромно.
— Да, скромно. Хоть кому-то это поведение знакомо. Вот только директор У не любит бомбу замедленного действия у себя под боком. И что ему делать, а, Инсу? Разгребать историю с твоим иском? Или сдать вас к чертям и расслабиться?
Йеджи единственная понимала, о чем спорили Инсу с менеджером. Остальные застыли в шоке, но не осмеливались влезть в разговор.
— Ладно, мне просто любопытно… Что не так с До Хенуком-то? — просто сдался менеджер Чхве. Инсу был непробиваем. Ни следа, что его хоть как-то взволновали слова старшего.
— Он оскорбил мою девушку, — пожал плечами парень.
— Девушку… Я все… — матерясь, менеджер вышел из комнаты, хлопнув дверью.
Все внутри Йеджи клокотало. Как он мог?! Ей сейчас не до шокированного взгляда Боми и укоризненного Джунхо. Слегка накаливал присвист Сонджэ, с которым он прокомментировал новость после того, как проглотил первичный шок.
Йеджи повернулась к Инсу с немым вопросом. Инсу с вызовом встретил ее взгляд, а она полная возмущения никак не могла подобрать слова. Он посмотрел поверх ее головы. Джунхо, который еще был в смятении и разбит после слов менеджера, все же понял его без слов и подал знак Боми. Та уже и так поднималась со своего стула, по дороге стаскивая брата. Тот как раз оставался нечувствителен к ситуации, с интересом наблюдая за парой.
— Двигай уже, — толкала она брата к выходу, пока тот сопротивлялся и оглядывался на парочку, оставшуюся на местах.
— Что ты делаешь? Зачем ты такое сказал? — Йеджи даже не дождалась, когда все выйдут. Пусть не думают, что у них есть, что скрывать. Все совсем не так.
— Потому что это правда, — он не был смущен обвиняющим тоном Йеджи. На секунду оторвал от нее взгляд, чтобы проследить, что дверь закрылась, и они остались одни. Только вот за матовым стеклом продолжали маячить тени, и была вероятность, что если резко открыть дверь, то тонсен Инсу заработает травму уха и, возможно, легкое сотрясение.
— С чего это? С чего это я — твоя девушка, — голос дрожал, будто не мог определиться, на какой тональности звучать. Злой шепот или громкое возмущение.
— Мы целовались.
Йеджи даже захлебнулась воздухом от простоты произнесенных слов. Так просто.
— Это причина? — она пыталась понять абсурдность его логики через смущение, которое вызывала у нее эта тема.
Инсу изменил положение, он наклонился вперед, приблизившись к Йеджи.
— Это факт. Я целую девушку, которая мне нравится, а с девушкой, которая мне нравится, я хочу встречаться. Или ты целуешься с теми, кто тебе не нравится? — он так тихо и четко произносил слова, что Йеджи не удержалась и скользнула взглядом к его губам. Почти по слогам. А сам не отводил от нее взгляд, наблюдая за реакцией.
— Ты меня не спрашивал! — Йеджи поняла, что ее поймали. Отклоняться ей было некуда, только если встать со стула. Поэтому она просто отвернулась.
Как они пришли к этим обсуждениям? Йеджи злилась, не понимая, как отошла от главного.
 
— Ты о поцелуе? Ты на него ответила. Или ты про отношения? Мне нужно спросить? Ты…
— Стой! — она развернулась к нему и выставила вперед ладонь. Движение было слишком резким, и она не рассчитала, насколько близко сидел Инсу, поэтому ладонь затормозила в паре миллиметров от губ парня. На секунду сбившись, она опустила руку. — Не спрашивай. Это неправильно. И мне стыдно, что я попала в этот скандал. Я не хочу повтора, — затараторила она, отводя взгляд. Потом чуть тише, наклонив голову. — Ничего не хочу… Поэтому не вмешивай меня.
Ей и нужно было узнать его реакцию, и неловко было поднять взгляд. Пока решала свою дилемму в наколяющейся тишине, рядом скрипнул стул, и в поле ее зрения появились ботинки, поднявшегося Инсу.
— Ладно.
Ладно? Ботинки отдалились, дверь открылась и закрылась. Ладно?
  
Глава 14. Просто не уходи.
 
— Советую провести его с пользой. Хоть за английский возьмитесь, — менеджер Мин-ён начал указывать на них указательным пальцем, но дойдя до Йеджи, опустил его и вернул свой взгляд к Джунхо, — Что с выбором заглавной? Самое время.
— Да, сонбэним.
— Мы все поняли, сонбэним, — отсалютовал ему Сонджэ.
— Не поясничай! Я серьезно. Займитесь делом, — он отвернулся от них, когда увидел, что Инсу вышел из раздевалки и прошел на выход. Еще раз выразительно обвел троих из четверых присутсвующих взглядом, взял папку с журнального столика, на которую уже кто-то положил коробку из лапши, и поспешил за Инсу.
— Это будто судебная процессия, — вяло вороша палочками салат в ланчбоксе, сказала Боми. — Сколько его еще будут таскать к директору У?
— Пока не решат проблему с иском. И пока… — Джунхо оборвал себя, вспомнив, что сейчас с ними Йеджи. Она присутствовала тихо, поэтому они часто забывали, что она тоже часть этого скандала.
Вот только ее никуда не вызывали. И что там была за ситуация в гримерке, так никто и не узнал. Они даже не поняли, какой именно стилист шантажировал лейбл. Из их сотрудников? Или из сотрудников канала? В общую гримерку был доступ у всех. Они пытались тихонько расспросить, пытали Мин-ёна и Семи, но не пытались спросить Йеджи и Инсу.
Между ними и этой темой, будто была натянута колючая проволока под напряжением. И все увешано предупреждающими табличками: «Не спрашивай! Высокое напряжение!»
Их расписание на паузе. Недолго они были в строю. Официально им дали отдохнуть. Но неофициально — никто не знает, что будет с группой дальше. Отдых, как же. Никто не чувствует себя на подъеме из-за подвернувшихся выходных. Все в напряжении, сгруппировались, как перед прыжком.
Все переживают за Инсу. Хоть именно он и наломал дров. По всем фронтам. А что Йеджи? Она слышит их тихие разговоры, которые смолкают, стоит ей только появиться в их поле зрения. Как бы все потом не повернулось, винить во всем будут ее. Не Инсу, который все начал, а ее. И она чувствует себя обманутой. Только недавно они отковыряли ее скорлупу, убедили, что они команда и должны все переживать вместе. И где они сейчас?
Все заняли сторону Инсу. Пожалуй, кроме Сонджэ, который просто бесился и злился на всех из-за своей подвешенной карьеры.
Джунхо определенно знал больше всех. Не только как лидер. Как неожиданный друг. Их броманс она всегда считала больше фансервисом, но теперь… И эти его просьбы успокоить Инсу ведь начал он. Да, вначале она думала, что началось все с одного случайного удачного раза, а дальше просто решил повторить. Но теперь…
 
Она часто ловила на себе изучающие взгляды Джунхо, будто он не мог что-то сложить в своей голове. Он ничего не говорил, не лез с расспросами, тему Инсу избегал за километр. И от этого с ним было еще более неловко. Она перестала приходить к нему в студию, и снова вернулась под купол своего одиночества.
А Боми… В один из вечеров, когда в их спальни горели только тусклые декоративные фонарики, она, видимо, решилась вывести Йеджи на откровенный разговор.