Как мы стали айдолами (СИ)

— И еще считается, что в творческой среде наибольшая концентрация геев, — подхватила троллинг Йеджи.
На это утверждение обернулись даже Джунхо и Инсу.
— Это не я придумала, — тут же добавила она.
— К чему вы клоните? То, что мы занимаемся музыкой, делает нас менее мужественными? Посмотри на меня, — Сонджэ поднялся на ноги, выпятил грудь и расправил плечи.
Боми тоже поднялась, потягиваясь, и скептически обвела взглядом фигуру брата.
— Нет, ну что ты! Ты очень мужественный! — тон и выражение лица утверждали обратное. Сонджэ прищурился и начал на нее наступать.
— Особенно сейчас, — прокомментировала Йеджи, глядя, как брат кинулся догонять сестру, пытаясь ее защекотать, дурашливо смеясь и строя рожи.
Сонджэ еще долго переживал слэшные эдиты и ассоциации с женоподобным нарисованным персонажем. С трудом, но старался сохранять лицо, когда во время трансляций натыкался в комментариях на пейринг ИнДжэ в окружении сердечек. Или делал вид, что не услышал, когда это выкрикивали на фансайнах (38) из зала. Почти удавалось.
Другое дело Инсу, который всегда, будто находился внутри воронки урагана. Хаос кружился вокруг него, не задевая. Йеджи завидовала этому умению.
Сейчас она опять пыталась постичь дзен перед выступлением. Организаторы относились явно с предубеждением, давая понять, что они помнят о недавнем скандале. Но отказаться обе стороны не могли.
Их подгоняли. В гримерке все торопились и нервничали, отчего создавался еще больший хаос. Йеджи делали макияж с экстремально быстрой скоростью, несколько раз торопливая рука визажиста с подушечкой на мизинце соскальзывала, оказываясь в угрожающей близости от глаза девушки. Как и всегда на подобных мероприятиях им выделяли только одну гримерку, разделяя смешенный состав группы ширмой. В этот раз стаффа было слишком много, сотрудники сновали туда-сюда, поочередно врезаясь и сдвигая ширму. Но в такой обстановке никто не обращал внимания на такие мелочи. Главное, что фактически приличия соблюдены и разнополые мемберы разведены в разные стороны, а то, что Йеджи может видеть в отражении зеркала, как стафф помогает переодеться Инсу, это мелочи.
Йеджи до этого, следившая за работой мастера над своим лицом, зацепилась за открывшуюся перед ней сцену, и уже не могла отвести глаз. Девушка из стаффа держала в руке две одинаковых футболки в комплекте с жилетами, на весу прикладывая их к груди Инсу, и не могла определиться, какая из них подойдет парню. Иметь запасной размер для Инсу стафф взял за привычку с прошлого года после того, как перед одним из выступлением выяснилось, что концертная рубашка трещит на нем от постоянных тренировок. Костюмы для него шились по индивидуальным размерам или подшивались, так как стандартные, подходящие для его широких плеч и груди висели ниже балахоном. Когда Инсу поднял руки и потянул ткань лонгслива со спины, оголяя часть кожи над ремнем брюк, Йеджи смущенно отвела взгляд. Но лишь на секунду. Не устояв, она как раз успела увидеть, как стафф подававшая ему футболку, застыла, уставившись на голый торс парня. Она даже не подняла взгляд на Инсу, медленно отступила, а затем выскочила за дверь с футболкой в руках.
Йеджи, удивленная ее поведением, обернулась, помешав визажисту наносить тинт на свои губы. Инсу остался на своем месте, а проходивший мимо него стафф сворачивал головы, все так же пялясь на его торс. Парня это нисколько не смущало, как и то, что он остался без одежды. Он повернулся к стулу, где лежали его вещи и встретился взглядом с Йеджи, а Йеджи, наконец, увидела, что так шокировало стафф. Рядом с ней, на своем стуле также развернулась Боми, привлеченная общим гулом.
— Ооо… — лишь протянула она и поспешно отвернулась.
А вот Йеджи не могла оторвать взгляд от черных строчек символов, которые спускались по правому боку Инсу. Он сделал тату. Что это? Это код? Когда только успел? Вопросы роем проносились у нее в голове, пока она заворожено изучала оголенный участок тела парня. Ее нескромный интерес прервало появление Чан Бёнчхоля, следом за которым семенила встревоженная сотрудница с футболкой в руках.
 
— Какого… — цепочка крепких словечек заставила еще больше смутиться стафф, а вот Инсу остался равнодушным к привычной брани старшего менеджера. Пока мужчина прожигал взглядом его тату, Инсу шагнул в стаффу и забрал из ее рук футболку. Затем также неспеша оделся. Как только причина волнений скрылась из глаз, менеджер пришел в себя, — Заклейте, — бросил он стаффу, а затем зло посмотрел на безучастного Инсу. — С тобой поговорим после выступления, — и выскочил из гримерки.
— Я тоже хочу тату, — из-за ширмы появился Сонджэ, который бесцеремонно поднял край футболки хёна, чтобы полюбоваться на тату, пока не получил по рукам от Инсу. Девушка-стафф судорожно копошилась в сумке в поисках телесного пластыря, которым заклеивали все, что не должно оскорбить взгляд фанатов и разрушить идеальный образ айдола — от сосков и шрамов до татуировок.
— Давай сразу на лбу, — сказала Боми брату, — могу подсказать фразу.
Привычное подтрунивание сестры и брата Пак будто запустило время вновь, и стафф вновь засуетился и заспешил, отпустив ситуацию.
***
На следующий день Инсу вызвали к руководству. Менеджер Чан с самодовольным видом сорвал его прямо с тренировки. И сам конвоировал до продюсера.
Ли Джэён еще полчаса пытался их гонять, а потом махнул рукой на какой-то там по счету ошибке Джунхо. Все переживали. Инсу не первый раз ходил на грани. А градус кипения приблежался к температуре адового котла.
— Что у него за тату? Что это за символы? — спросила Йеджи у Сонджэ.
Они сидели на полу, прислонившись к зеркальной стене. Сонджэ, убивая время, подкидывал бутылку так, чтобы она приземлялась стоя.
— Это что-то, пипец как, бессмысляще выглядящее, но… с глубоким смыслом, — все внимание парня было направлено на бутылочную миссию, поэтому Йеджи могла задавать внезапные вопросы. — Так как это похоже на что-то из Матрицы, то, наверное, что-то айтишное.
Йеджи нахмурилась. Ее память хорошо запечатлила чернила на теле Инсу. Пока она полезла в карман за телефоном, чтобы проверить версию Сонджэ, тот продолжил.
— Вот, потому что он такой хакерный на всю голову, поэтому и не переживает, что ему срубят проценты.
Инсу ушел от вопросов, как его наказали. Только Чжу Семи поделилась шепотом, что оштрафовали, сделали выговор и запретили делать новые тату.
— Как будто это поможет, — вздохнул Джунхо. Он всегда очень стойко переносил выкрутасы друга, но в этот раз заметно нервничал.
Йеджи тоже сомневалась, что Инсу остановят их угрозы. Она пролистывала сайты, чтобы найти похожий код, но ничего не выходило. Не только ей было любопытно, что означало тату, Сонджэ уже раз десять успел спросить у хёна и каждый раз она прислушивалась к ответу. Тот, конечно, просто отмахивался от младшего. Как-то неожиданно у нее появилась новая маленькая цель — разгадать этот код.
Теперь в свободное время все разбегались — слишком долго они отсиживались в общежитии. Йеджи должна была ехать в общежитие вместе с Боми, но вспомнила, что оставила блокнот с текстами в студии Санты. Отпустив машину, она вернулась в здание. Еще в коридоре она услышала звук гитары. Она в первый раз слышала, как Джунхо на ней играет. И он опять забыл закрыть дверь в студию. Йеджи уже хотела поймать лидера за игрой, но, когда услышала его голос, затормозила у дверей.
— Друг, пусть тебя хоть немного волнует, что другие переживали, — сказал Джунхо.
Игра на секунду прекратилась, но затем пальцы вновь начали перебирать струны.
 
— Думаешь, они выгонят меня?
Йеджи замерла. С Джунхо был Инсу.
— Кстати, могут. Но я и, думаю, ребята просто боимся, что ты сам психанешь и уйдешь.
Пальцы забарабанили по деке.
— Не сейчас. Ты знаешь, — уже более серьезно ответил Инсу.
— Не сейчас… А мне хоть стоит ждать, что ты предупредишь, когда настанет это сейчас? — Йеджи услышала, как колесики кресла проехались по полу, а затем стук.