Как пятое колесо (СИ)

– Да, кстати, насчёт молока, — словно читая мои мысли заметил Князь. — Тебе 750 литров на три сотни детей не много ли?
Тьфу ты! «Накаркал». Сейчас начнёт с меня стружку снимать. «Нетрудовые доходы», то-сё.
– Нет, не много! — чуточку излишне резко, чем следовало бы, ответил я. Не сдержался. Перепугался. А испуг в последнее время у меня автоматически в агрессию переходит.
  
– Ну-ну, чего ты сразу ощетинился-то? — добродушно усмехнулся Князь, как добрый дедушка Мороз. Усмехнуться-то он усмехнулся, но глаза по прежнему холодные, расчётливые. — Никто тебя твоей доли лишать не собирается. Что твоё, то твоё... Но вот выкупать часть твоей ежедневной доли я готов. По твёрдой цене. За топливо. Ну или за литрики, что одно и то же. И метаться тебе пытаясь найти куда продать не придётся... Ну и этим вот, — косой взгляд в сторону Хряща, — бизнес не будешь перебивать. Всё выкупленное у тебя — пойдёт в Тюмень.
– И сколько даёшь за литр?
– Ну вот, смотри... До того, как вы нашли Мешка, Хрящ продавал молоко по цене литр за литр. То есть, литр молока за литр горючки. Дефицит же. Вы цену сбили. Сейчас за литр топлива дают уже трехлитровую банку молока...
– Не везде, — быстро перебил я, чувствуя к чему он ведет. — Я нахожу варианты литр за два. Ну реже, за два с половиной. За три я никому не продаю.
– Ну так это искать нужно, — чуть заметно поморщился Князь. — А я тебе предлагаю без всякой возни сразу выкупать часть твоей доли. Тебе не придётся даже её с молокозавода забирать. Сразу там отметаем, а тебе только горючку каждый день получать.
– Но за три литра? — мрачно поинтересовался я.
– Ну да. Но ты сам посуди. Ты только на транспортных расходах больше теряешь, да и...
– Два с половиной, — жёстко потребовал я. — И я не торгуюсь. Я озвучил свою цену. Если ты не согласен, то я уж как-нибудь переживу эти «хлопоты с реализацией».
– Хорошо, — чувствовалось, что Князь не очень доволен ценой, но настаивать не стал. Он очень чутко чувствовал ситуацию и давить, выкручивая мне руки, не захотел. Уступил. — И, сколько ты можешь мне продавать?
– Не больше половины, - твёрдо, но уже без того вызова, что раньше, ответил я. — По крайней мере, пока. А вообще... Давай с трети начнем. Как раз 250 литров на сотню литров топлива. А потом видно будет.
– Хорошо, договорились... Карина, подготовь пока документы, — обратился Юра к своей секретарше. — А мы пока ещё поговорим.
Но, вопреки его собственным словам, за столом установилась какая-то чуточку напряжённая тишина. Видать, никто не знал, о чём еще говорить (ну или как начать разговор). Выручил нас скромно молчавший до сей поры Серый.
– А вообще, как там в Тюмени-то? — светским голосом поинтересовался он, - и это... Самого видел? Он прилетал на открытие?
– Прилетал. И да, видел. Не только видел, а говорил с ним.
– И о чём же??? — как-то жадно спросил Серый.
– О важности образования, — тонко усмехнулся Князь, - и о необходимости сохранить технологические цепочки. Иначе все скатимся к кустарщине. Про потоковое производство забудем. Как в средневековье было? Каждое ружьё делалось индивидуально и, даже патроны к одному, не подходили к другому.
– Я где-то читал, что для того, чтоб поддерживать производство всех отраслей производство на должном уровне без закупок за рубежом, нужно иметь население не менее четверти миллиарда... А России куда меньше даже до Беды было. А уж сейчас... Дай Бог миллионов двадцать осталось.
– Меньше. По его данным двадцать-двадцать два миллиона детей пережили эпидемию в феврале. Но за счёт неприспособленности число выживших ежедневно снижается. Сначала просто пугающими темпами за счет зимы и неприспособленности выживших. Потом из-за местных разборок. Сейчас скорость снизилась, но и назвать точную цифру выживших никто не может. Говорят о 14-15 миллионах. Но это так... На глазок.
– Вот-вот, — терпеливо дождался конца тирады Князя Серый, и продолжил свою мысль, словно его и не перебивали. — Вместо двухсот-трёхсот миллионов всего пятнадцать... Причём, большая часть из которых, совсем мелкие дети... Как в такой ситуации говорить о сохранении технологических цепочек? Откат неизбежен.
– Согласен. И Сам точно так же сказал. Откат неизбежен. Но, если сохранить хотя бы основополагающие отрасли... Энергетику, металлургию, химическую промышленность, сельское хозяйство... То появится шанс откатиться не в десятый-пятнадцатый век, а остановиться, хотя бы, на уровне начала-середины двадцатого.
– Сложная задача, — покрутил головой Серый, явно сомневаясь в возможности реализации подобного сценария.
– Сложная, — охотно согласился Князь. — Но не сказать, что так уж невыполнимая. И Он именно об этом и говорил. Но для реализации этого проекта нам нужны все оставшиеся миллионы детей. Причём, не дикари, едва-едва освоившие молоток и зубило, а образованные и умелые. И для этого обучение становится самым важнейшим из направлений. Без образования мы скатимся в средневековье гораздо раньше, чем можно подумать. Какое там «в течении жизни одного поколения». Достаточно лет пять без доступа к благам цивилизации, и дичать начнут самые умные.
– Но мы же и так, вроде, образованием озаботились? — полувопросительно заметил Серый. — Марго такую активность развила, что мама не горюй. Будем честны, сам по себе её анклав не выживет. Не в физическом плане, ни в материальном. У неё ни армии толковой, ни продовольственной безопасности. Убыточный анклав. Только на нашем обеспечении и живёт. Да, сейчас, с вступлением её в молочный картель, её зависимость чуть-чуть снизилась. Где-то на пятую часть. Но до полной автономности ещё ой как далеко.
– Ничего, прокормим, — отмахнулся Князь. — Ты же сам понимаешь как важно иметь специалистов по всем направлениям. А где их взять? Обучать самим. Кто что может делать лучше соседа — пусть научит других. Нельзя допустить, чтоб с гибелью одного человека прерывались и его порой уникальные навыки.
– Что скажешь на этот счет ты? — резко повернулся ко мне Юра. - Согласен со сказанным?
– Абсолютно, — серьёзно кивнул я. — Даже и не буду думать спорить.
– Тогда почему ты Марго не помогаешь? Нет, не снабжением, — он вытянул вперёд руку, прерывая меня и не давая возможности возразить. — Прокормить-то мы её прокормим... Почему своих спецов зажимаешь? Да и сам... Я же не требую у тебя их отдать. А вот несколько часов в неделю «почитать лекции» в её «университете», я, думаю, можно выкроить... Как занятия проводить — это уже с ней самой говорить нужно, но я думаю, одной теории мало, нужна и практика.
– А чего бы ты хотел выучить и кого? — слегка недоумённо переспросил я
– Всё и всему! Всё, что знаете! Ты сам, вон, строитель, как говоришь, и Старик подтверждает. Твои бригады лучше других подготовлены для этой работы. Так учи этому! Сварочные работы, опять же. Ты же взялся тогда моих ребят учить и теперь они варят. Да, криво, косо и ненадёжно... Но, главное, варят. А навык с опытом придёт. Вот и ещё один предмет... Да и своих спецов... Оплату преподавания я беру на свой счет. И, можешь мне поверить, за ценой не постою... Да и тебе самому неужели не охота ничего нового изучить? Да, пусть не сам, я же прекрасно понимаю, что у тебя времени нет свободного, но своих людей послать учиться?
– А чему?
– Всему! Всему, что может пригодиться! От военного дела до... Вон у меня паренёк один в травах разбирается. Так он преподаёт у Марго тоже. Что ты будешь делать, когда запасы чая закончатся? А он собирает сборы. Так что пусть травяной, но у меня чай будет. Или вон у Кота на Просвете сапожник нашёлся! Настоящий! Понятно, что пока он только самое простое может. Но он при мне с нуля раскроил и сшил сапоги! Из кожи, между прочим. Про современные материалы и речи не идет. Приноси ему четыре пары изношенных кроссовок, он тебе из них три новых сделает.