Заячье бегство / Rabbit's run (СИ)

Из-за угла ей навстречу вырулила компания парней. Некоторых из них она видела впервые, некоторые казались ей знакомыми. По всей видимости они были пьяны. Они громко разговаривали и смеялись, совершенно не беспокоясь о сохранности общественного порядка. Сара обхватила локти, опустила взгляд и ускорила шаг, надеясь проскочить мимо них незамеченной.
— Buenas noches! — насмешливо бросил ей один из парней, когда она проходила мимо.
Сара едва заметно кивнула ему и продолжила свой путь, пока не налетела на другого, внезапно оказавшегося у неё на пути.
— Привет, Сара, — сказал ей парень, хватая её за предплечье.
Она подняла глаза и узнала в нём старшего брата одного из своих одноклассников. Или это был просто его приятель, навещавший того в школе. Она уже точно не помнила, как и не помнила его имени.
— Привет, — едва слышно поздоровалась она и попыталась высвободиться.
— Куда спешишь? — он не отпускал, и от этого Сара всё больше начинала нервничать.
От него несло сигаретами и алкоголем, а глаза были какие-то странные.
— Домой, — Сара огляделась по сторонам, надеясь отыскать путь к отступлению. Страх змеиными кольцами начал сковывать её от ног всё выше и выше.
— Хочешь, провожу тебя? — парень загадочно улыбнулся. — Опасно одной так поздно гулять.
— Опасно в основном из-за таких, как ты, Уикер! — воскликнул кто-то из его друзей у Сары за спиной. И она не могла с ним не согласиться.
— Всё хорошо, — сказала она и резко дёрнулась в сторону. На сей раз она готова была сбежать любой ценой.
— Постой, — Уикер вцепился ей в рукав и потянул.
— Отпусти! — прорычала Сара отчаянно.
Уикер собрался что-то сказать, но не успел. Улица озарилась дальним светом фар, ослепляя его и Сару. Спустя пару мгновений, рядом с ними на обочине припарковался тёмный флитвуд. Кто-то из парней с шумом выдохнул и присвистнул. Не заглушив мотор, лишь переключившись вновь на ближний, водитель вышел из машины и крикнул в их сторону:
— Эй, сестрёнка! Наконец-то я нашёл тебя. Полгорода объездил. Живо садись в машину! Ох, и влетит тебе от предков.
Он выжидающе уставился на компанию. В тусклом свете фар и уличного освещения Саре плохо удалось рассмотреть его лицо, но отчего-то она была уверена, что видит этого человека впервые. Она незаметно огляделась по сторонам. Вокруг не было никого, кроме нее и парней.
— Ты его знаешь? — спросил Уикер, отпуская ее руку.
— Конечно, — нервно отозвалась Сара. — Еще бы мне не знать своего старшего.
— А тачила у него один в один, как у старика Джо, — заметил один из друзей Уикера.
— Кого? — не понял другой.
— Да есть тут один старый хер, — пояснил парень. — Старые тачки реставрирует.
— Сис, я здесь всю ночь торчать не собираюсь! — раздраженно рявкнул незнакомец. — Быстро в машину!
Сара несмело шагнула в сторону автомобиля. Водитель при ближайшем рассмотрении оказался чуть старше тех ребят, что остались позади. Он был одет совершенно обычно, в рубашку и джинсы, аккуратно подстрижен и, в целом, показался ей вполне нормальным. Хотя мысль, пришедшая ей в голову вслед за этим, была о том, что именно так и выглядят самые опасные маньяки.
Незнакомец открыл перед ней дверь и усадил на пассажирское сиденье, затем сел на своё место и опустил рычаг ручного тормоза.
— Да не трясись ты так, — сказал он ей, улыбнувшись, когда они тронулись. — Я — не маньяк какой-нибудь.
Сара подумала про себя, что именно так маньяки и ведут себя, чтобы втереться в доверие. Она была напряжена от макушки до кончиков пальцев на ногах, будто всё её тело внезапно стало большим комком нервов.
— Меня зовут Джим, — беспечно продолжил парень, и по его говору Сара поняла, что он — не местный. — Я тут по работе. Остановился ответить на звонок и увидел тебя. Пока болтал по телефону, понял, что у тебя неприятности.
От его объяснений стало чуть легче, но она всё ещё до онемения в пальцах сжимала ручку двери.
— Если так боишься меня, могу высадить за углом, — обеспокоенно глядя на неё, сказал он. Но взглянув в зеркало заднего вида, передумал. — Хотя нет, не вариант, подброшу лучше до дома.
 
— Мне нельзя домой, — она, как ребенок, замотала головой.
Джим изучающе взглянул на нее, затем вновь вернулся к дороге. Они повернули на Шестую улицу и проехали еще сотню ярдов. После он включил поворотник и припарковался у тротуара.
— Слушай, я понимаю, подростковые проблемы и всё такое. Но дом есть дом, твои родители, наверное, волнуются сейчас и…
— Сожитель моей мамы домогался меня, — зажмурившись, выдавила из себя Сара. Она не знала, почему призналась именно сейчас. Возможно, потому, что с незнакомцем о таких вещах говорить было легче, чем с кем-то, кто тебя знает.
— Ох, — он сочувственно вздохнул.
— Мама не верит мне, — прошептала Сара, обхватив голову руками. — Думает, я его провоцирую.
— А ты провоцируешь? — с недоверием спросил он.
— А сам-то как думаешь?! — воскликнула Сара с горечью.
Джим окинул ее оценивающим взглядом и покачал головой.
— Никогда не думал, что скажу подобное. Но, может, тебе обратиться в полицию? — неуверенно проговорил он.
— Я боюсь. Вдруг у мамы из-за этого будут неприятности. Мне ведь придется рассказать обо всём. Я не хочу, чтобы она возненавидела меня ещё больше.
— И что ты собираешься делать? Станешь бездомной, лишь бы она не злилась?
— Мой отец живёт в Нормане. У него новая семья, но, возможно, он сможет принять меня или хотя бы найти мне школу с интернатом.
Повисло продолжительное молчание.
— Значит, едем в Оклахому, — подытожил Джим.
— Что? — Сара бросила на него растерянный взгляд.
— Что?
— Ты отвезешь меня? — с недоверием спросила она.
— А почему бы и нет? — он равнодушно пожал плечами. — Мне по пути. И это лучше, чем вариант с полицией.
— Ты прав, — согласилась Сара.
— А звать-то тебя как?
— Сара. Сара О’Нил.
Джим усмехнулся.
— Имя у тебя в духе «Унесённых ветром», — бросил он.
Она уставилась на него в недоумении.
— «Унесённые ветром» — фильм есть такой, — пояснил Джим в ответ на её немой вопрос. — Не смотрела?
— Просто удивлена, что ты смотрел, — сказала Сара с сомнением в голосе.
Джим поднял правую руку вверх и задрал подбородок.
— «…Бог мне свидетель, — чуть повысив тон голоса, произнес он. — Я не дам вам, проклятые янки, сломать меня! Я пройду через всё и всё выдержу. Я солгу, украду, убью, но больше никогда не буду голодать!»
Он покосился на слегка ошарашенную Сару и ухмыльнулся. Она с полминуты хлопала глазами, а затем рассмеялась.
— Я раньше в видеопрокате работал, так что много всего посмотрел. Диалоги из некоторых фильмов помню наизусть.
— В видеопрокате? — удивилась она. — Тебе лет-то сколько?
— Двадцать три, — ответил Джим. — Да, вы, новое поколение, избалованы интернетом и не осознаёте всей прелести старых добрых видеопрокатов. Знаешь, когда я был в твоём возрасте…
— Эй! Мне почти семнадцать, вообще-то. Не такая уж у нас большая разница.
— Блин, серьёзно? Ты выглядишь как тринадцатилетка! Ещё и пижама эта твоя с единорогами.
— А что в ней такого? — Сара погладила себя по животу. — Она мне нравится. В ней тепло.
— Ты в курсе, что сейчас лето?
— Ну, извини. Что поделать, если дома холодно?
Сара вспомнила про дом и приуныла. Некоторое время они ехали молча. Снизив скорость, Джим открыл бардачок и пошарил в нем рукой.
— Так, что тут у нас? — сказал он, достав компакт-диск и повертев его перед носом. — Видавшая виды болваночка.
Он небрежно отбросил диск на заднее сиденье и разочарованно вздохнул. Затем, видимо, смирившись с таким положением дел, включил радио. Салон заполнился раздающимся из динамиков шипением. Джим покрутил тюнер и нашёл годную, на его взгляд, волну.Знакомые строки, что раньше поднимали Саре настроение, сейчас лишь подпитывали её беспокойство.