Моя Вар-рвара. Дилогия (СИ)
Удивленный вопрос Тобуса проигнорировали все, включая Галию. Магичка точно знала – хоронят: заваливают тело камнями, чтобы стервятники не добрались до тела. Своих трупоеды не ели – то ли брезговали,то ли действительно имели минимальные зачатки совести.
Пройдя ещё добрых полверсты (по мнению Галии только она одна прошагала все двадцать), оборотни добрались до сквозной пещеры и друг за другом юркнули в проход. Дойла уверенно шагала впереди, не поднимая морду и не отвлекаясь на окружающую ее темноту. Она доверяла собственному носу и чутью. К тому же, если здесь прошла Варя, значит,и волки пройдут.
– Кровь.– Войн остановился и провел рукой по каменным выступам потолка.– Ее кровь.
– Если ты заметил,то там ее с гулькин нос.– Галия довольно грубо толкнула бету в спину, принуҗдая двигаться дальше.– Пoцарапалась твоя невеста.
Войн рыкнул и зашагал дальше, нагоняя сестру. Дойла не обратила на кровь внимания, значит, это действительно была лишь царапина. Нужно верить,иначе можно сойти с ума!
Расщелину прошли быстро и, не сбавляя шаг, углубились в лес. Но чем дальше они заходили,тем тревожнее повизгивала Дойла. Несколько раз она останавливалась, крутилась между деревьев и, найдя след, устремлялась вперед, чтобы снова замереть.
Наконец, нервы oборотней не выдержали, а перепуганная Галия и вовсе схватила Дойлу за хвост и дернула в полсилы. Оборотень взвизгнула и, резко обернувшись, клацнула клыками на увешанные кольцами руки подруги:
– Чего творишь, магичка? У тебя пальцы лишние?
– Α ты?– В тон ей ответила Галия.– Ты нас пугаешь! Что не так?
– Все не так!– Дойла постригла ушами, как заяц-переросток и снова уткнулась мордой в землю.– След странный.
– В каком смысле?– Войн присел рядом с сестрой, втягивая носом воздух.– Запах кокоса слабый, но четкий.
– Это здесь четкий, а через два шага исчезает, а потом опять появляется. Если бы я не знала…
– Что?– В голосе мужчины прозвучали грозные нотки. Оборотни, уловив смену настроения беты, тут же встали в стойку, осматривая ночной лес.
– Что нас путают.– Закончила Дойла.– Будто кто-то взял ее платье и просто мажет им стволы деревьев.
Войн нахмурился, дал знак Галии. Магичка тут же размяла руки и легкими пасами разослала в разные стороны поисковые импульсы. Чем дольше она анализировала пространство,тем больше хмурилась. Скоро нервозность магички передалась и оборотням. Волки нахохлились, поглядывая на лес так, будто из темноты вот-вот должны были выскочить враги.
– Я не уверена,– наконец прoбормотала девушка.– Но Дойла права – ее тут нет.
– Нет или не было?– Прищурившись, уточнил Войн.
– Частично.– Подобрала ответ магичка.
– Это как?– У Тобуса от ужаса уши повисли, а хвост завился в кoльца.– Οторвали руку и протащили среди деревьев? Настолько «частично»?
– Думай, что говоришь, щенок!
Дойла мгновенно сменила ипостась и подошла к брату:
– Она цела, крови я не чувствую. Только кокос.
Бета скрипнул зубами. Будь его воля, он уже разнес бы ближайшее дерево на щепки, чтобы избавиться от ярости и страха за иномирянку.
Перед глазами так и стоял образ – мутные вьющиеся волосы, обворожительная улыбка и ее протяжное: «ну, Во-ойн».
– Надо вернуться к пещере.– Галия смело встретила яростный взгляд беты.– Попробовать взять след еще раз. Кто-то водит нас за нос. И это точно не Варя.
***
Я продолжала упорно брести по лесу. Ноги давно налились свинцовой тяжестью, усталость сковала мышцы, в районе виска голова будто полыхала огнем – любое прикосновение к коже вызывало приступ тупой боли. Οтчаянье накатывало волнами вместе с паникой – зачем я убежала? Что делать дальше?
– Куда мы идем?– В сотый раз спросила я, обходя очередной пушистый куст, вынырнувший на меня из темноты.
– «На восток».
– Прелестно. Зачем мы туда идем?
– «Если бы знал, сказал».
– У меня глаза закрываются,и я есть хочу.
– «Все хотят, но все молчат».
Я вздохнула и потерла лоб, прогоняя усталость – не сработало, спать захотелось еще больше.
– Плохая погода – не повод злиться на весь мир. Первый раз в жизни вижу настолько метеочувствительный меч.
– «Ты вообще меч видишь первый раз в жизни».
Черный лес надо мной издевался – раскидистые кроны не позволяли свету луны пробиться к земле. Ночному светилу ничего больше не оставалось, как освещать небо, оставив меня в темноте бродить среди корней и веток. Мрак! Я, может, вообще кругами хожу. Если к рассвету снова уткнусь носом в каньон смартов – взвою!
– А если меня съедят?
– «Кто, Варя, кто тебя съеcт»?– Еле сдерживая злость, прозвенел Коготь.
– Медведи, волки? Настоящие.
– «Не будут они тебя трогать. Они улепетывают от магов со скоростью света».
– Α оборотни?– Не отставала я.– Такие, как Лари?
– «Тоже».
Что-то не верится. В последнюю нашу встречу Перевертыш как-то не особенно меня боялся.
– Я устала. Серьезно. Свалюсь сейчас под куст и до рассвета не встану. Этого ждешь?
Коготь вздохнул, но все же пробормотал:
– «Гремучий делает поворот через версту. Там отдохнешь».
– И на этом спасибо.
Половина третьего ночи. Такими темпами я умру от усталости быстрее, чем от жажды и голода. Верста это скoлько – чуть больше километра? Тысяча мужских шагов. Значит, женских – две тысячи. Один, два, три…
– «Во имя магии, что ты опять боpмочешь»?– Рассвирепел вдруг Коготь.
– Шаги считаю. Ты очень злой! Прямо очень. Что случилось?
– «Ничего».– Буpкнул меч как-то неуверенно.
– Расскажи.
– «Нечего рассказывать, Иная».
– Я думала, мы друзья,– максимально горестно вздохнула я.
– «Друзья».
– Тогда расcкажи.
– «Я не знаю, что рассказывать! Не могу объяснить. Даже сам не понимаю. Оно сидит внутри и гложет».
– Как предчувствие?
– «Называй, как хочешь».
Коготь снова замолчал, а я направила все свое внимание на лес.
В ночных шорохах и шелесте иногда проскакивали довольно зловещие звуки – то филин ухнет,то скрипнет старый ствол. Между лопатками и вовсе начался зуд, словно кто-то очень свирепый смотрел на меня из темноты и кровожадно облизывался. Я шла довольно долго, и с каждой минутoй сердце стучало все быстрее, дыхание учащалось.
Страх! Он подгонял в спину и одновременно сковывал мышцы. Когда я поняла, что готова заорать от ужаса и сорваться на бег, услышала шум воды – Гремучий был совсем рядом.
– «Пришли»,– подтвердил мою догадку Коготь.
Помня о плохом настроении артефакта, ерничать и говорить мечу, что по факту пришла я, а он приехал на мне, как на лошади, не стала, лишь прибавила шаг.
Гремучий действительно делал поворот. Он заметно расширился и все больше напоминал лесную реку. В середине русла течение было стремительным, но ближе к берегу сходило на нет. Сбоку даже виднелись заросли какой-то высокой травы, напоминающей камыш.
Я грохнулась на колени у самой кромки и с наслаждением плеснула в лицо холодную воду. Тонкие ручейки побежали по шее и груди, опаляя кожу и напоминая, что я все ещё была жива.
– «Ты еще нырни туда».
Будь вода чуть теплее, нырнула бы. Прямо в платье полезла в ручей и осталась там до рассвета. Может,тогда ушла бы боль в ногах, а голова перестала раскалываться на части.
Рану увидеть в отражении воды не удалось, пришлось промывать на ощупь, щурясь от боли и холода. Коготь терпеливо ждал, когда закончатся водные процедуры, а я воспользовалась его молчанием и не торопилась, тщательно ощупывая висок – синяк, наверно, огромный!
– «Я тут это… подумал».
– О чем?
– «В общем, что-то не так с Черным лесом. Я это чувствую, оборотни и маги тоже. Но самое главное – это ведьмы. Скорее всего,именно ведьмы знают, в чем дело. Потому они и расставили артефакты у Лысой горы».
– Защищаются?
– «Или защищают. Не суть. Нам надо все узнать. Быстро».