Мои палачи (СИ

Двигаю в бар. Все таки бухну.
Выбираю бутылку. Колеблюсь между люксовой водкой и "Джим Бим". Лучше бурбон. Хотя…Взгляд натыкается на изящную бутылку "Гран Патрон". Секс два раза в день — она серьезно, это не спектакль для подружек?
Вместе с текилой возвращаемся в номер.
Две комнаты, и в ванной есть джакузи. Включаю телевизор. На экране ужастик — симпатичный фон для пьянки в стиле декаданс.
С сигаретами выхожу на балкон.
— Ты опять куришь? — с балкона по правую сторону долетает голос Артура.
— Я последнюю, — заверяет киса.
Они молчат. Не решаюсь щёлкнуть зажигалкой, дышу слабыми струйками дыма ее сигареты. Артур говорит:
— Кстати. Так и не понял, куда ты дела машину.
— Я объясняла, — она вздыхает. — Когда едешь — там что-то стучит. Я отогнала ее в сервис.
— Я был сегодня в сервисе. И машины твоей не наблюдал.
— А что, в городе один разъединственный сервис?
— Нет. Но мы всегда ремонтировались у моего одноклассника.
— Мало ли где мы ремонтировались.
— Юля.
— Что, Артур?
— Хорошо. Ладно. Отец в бар звал.
— Давай, веселись. Я спать.
— Сигареты отдай только, — за ними тихо хлопает дверь.
Дымлю. Возвращаюсь в номер. Открываю текилу. Значит, все таки спектакль. Никакого секса в джакузи.
Бездумно смотрю фильм. Дракула что ли? Какая-то муть. Надо добавить звук.
А еще лучше встать. Выйти на балкон. Перелезть на соседний. И проверить.
Закрыта ли у нее дверь.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
Глава 44
Понедельник день тяжёлый.
Для кого-то.
У меня все отлично. Хорошая погода. На дорогах нет пробок. Загранпаспорт будет готов на следующей неделе.
Понравится Артуру или нет — я всё решила. Потому, что тайком рыться в его дипломате, чтобы выкрасть собственные документы — это тушите свет, и лампы, и фонари.
Паркуюсь во дворе и выхожу. Со всех сторон оглядываю машину. Только что на мойке ее комплексно помыли, и даже покрыли воском, и теперь черный кузов блестит на солнце.
Какая красавица. Как мне жаль расставаться.
Делаю несколько фото с разных ракурсов. Любуюсь. Машина новая, очень надеюсь выручить за нее миллион с плюсом.
В идеале полтора.
Но мне нужно срочно. И я не обольщаюсь. Вариантов-то все равно нет.
Артур предельно ясно отрубил: все наладится.
А я не понимаю, как налаживать то, чего уже нет. В жизни рядом с ним у меня даже подруг не осталось. И Артур не виноват, что у Насти с Мариной не все дома.
Точнее, не дома только я.
Но оказывается, так легко можно выгнать человека из семьи. Как домино, с их подачи за одной костяшкой повалились все остальные.
Так, а вот эта фотка смазалась, для объявления не годится.
— Юля! — возмущенный голос за спиной заставляет резко обернуться.
Несколько секунд смотрю на недовольную женщину. На губах расцветает улыбка, подаюсь к ней в объятия.
— Черте что, — она причитает на весь двор и ощупывает мою спину. — На звонки не отвечаешь, в гости не приезжаешь, а худая какая, господи, одни кости. Ну, Артур, ну я с ним поговорю, он не видит что ли, Юля?
Она отстраняется. Отбрасывает со лба чёлку. Мелированую. Действительно, давно не виделись, в последнюю нашу встречу мама была каштановая.
— Здорово выглядишь, — отвешиваю комплимент. — Сразу помолодела.
— Ты давай мне зубы не заговаривай, — она отмахивается. Теребит ремешок сумки. — Трубку, спрашиваю, почему не берёшь? Я уже извелась вся.
Ещё не придумала, что врать. Вот и не беру. Вслух говорю:
— Замоталась. Пошли к нам. На чай. Есть кекс. С орехами.
Идём к подъезду, поднимаемся в квартиру, слушаю последние новости.
Купили новую кухню. Хорошую. У папы на носу командировка. Заграничная. У сестры выпускной класс, а она не хочет учиться. Каждый вечер летит на танцульки с подружками. Кажется, они там пьют тайком эти их алкогольные коктейли. Что с ней делать…Дома ее запирать?
Мама жалуется, я наливаю чай.
Это тупик. Расскажу ей, почему ухожу от Артура и она сляжет прямо тут. Из двух детей гордое звание проблемного ребенка носит моя сестра. А мне досталась репутация отличницы, родительской гордости.
— Ну вроде все, — она забирает кружку. — У тебя что? Почему замоталась? Работу ищешь? Ты о здоровье-то не забывай, — она встаёт и порывается открыть холодильник.
— Есть там еда, мам, успокойся, — морщусь и тяну ее за руку. — Сядь, кое-что скажу.
Она садится. Кладет на тарелку кусочек кекса. Ломает вилкой. Наблюдаю за ее размеренными действиями и набираюсь смелости.
— В общем, я встретила мужчину, — ляпаю.
Момент неудачный, мама давится кексом. Она кашляет, я вскакиваю, хочу похлопать ее по спине. Она бьёт меня по руке.
— Ты с ума сошла, Юля! Какого ещё мужчину?
— Чудесного, — несёт меня. — Мы встречаемся. Полгода. И хотим вместе слетать отдохнуть.
— Ты же только с юга вернулась, — она растерянно моргает. — С Артуром.
Она смотрит на меня, словно впервые видит, и мне на секундочку становится стыдно. Но я не имею понятия, как иначе объяснить наше с Артуром расставание. И мой отъезд.
Я ведь всё продумала. Бросаться в другой город нет смысла, меня быстро вычислят, мне даже номер в гостинице не снять. Другой город — это слишком близко. А если я отлучусь из страны месяца на два…
За это время он поймет.
Что ничего "не наладится". Остынет. И я смогу вернуться и спокойно обустроиться где-нибудь не очень недалеко. Развестись.
Денег с машины мне хватит, чтобы забраться подальше и отсидеться. Потом устроюсь на работу. А сейчас главное — по-тихому смотаться. Чтобы он не узнал.
Иначе план мой, и меня саму — шлёпнет на месте, останется мелкая лужица.
— Юля, сядь и внятно мне все расскажи, — приказывает мама. — Живо. Артура дома нет? — она запоздало понижает голос и косится в коридор.
Качаю головой. С неохотой пью чай и сочиняю небылицу о несуществующем прекрасном принце. Не так уж и вру, мужчину я встретила, и не одного, а двух, только они не прекрасные, и не принцы, и быстро отбили у меня охоту верить в сказочки.
Реальность такова, Юля, что люди иногда совершают ошибки, но разреши мне все исправить, кафе-бар на углу возле твоего дома, в тринадцать ноль-ноль, каждый день, жду — пришло мне на телефон вчера утром.
Если не врет, то сегодня второй раз зря меня прождал.
— Извини, дорогая моя, — после паузы нарушает молчание мама. — Но твоя байка о художнике, на которого ты налетела на набережной и случайно проткнула рукой его картину, — пересказ моей романтичной истории в ее исполнении наполнен язвительностью, — Юля. Это не выдерживает никакой критики. Ты что несёшь? Какой к чертям художник?
— Мам…
— У тебя муж. Любит без ума. Вы же летом первую годовщину отмечали. Мы с тобой ещё обсуждали. Про бабушку. Ну, вспоминай. У нее были двойняшки, и ты тоже надеялась. Что сразу мальчик и девочка получатся. Королевская парочка, — помолчав, она отрезает. — Ни про каких художников и речи не было, — обеими руками отодвигает блюдце с угощением. — В себя приди. И выкинь дурь из головы.
Размешиваю чай. Пялюсь в кружку. Я плохо вру. Но слово не воробей, буду опираться на эту версию.
— Мам, ты просто… — конец моей фразы отрезает хлопнувшая в коридоре дверь.
Переглядываемся. Слушаем веселое насвистывание Артура. Смотрю на часы. Прикатил с работы чуть ли не в обед. Проверяет меня.
Ладно. Всего несколько дней. Нужно не подавать вида, и всё получится.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 45
перечитываю сообщение от Марины и сверяюсь со временем.
Подскочу.
Есть соблазн написать, что нет, не получится, развлекайтесь без меня. Мне на их лживые рожи смотреть не хочется.
Но.
Прошлое надо оставлять в прошлом, скоро я исчезну и мы вряд ли когда-нибудь снова встретимся, и хорошо бы перед этим выяснить, почему они такие суки.