«Битлз» in the USSR, или Иное небо
– Все, – отозвался Ринго. – Ладно, проехали… Вы, кстати, песню не пели?
– Какую? – удивился Пол.
– «And I love her».
– С чего бы вдруг?
– Действительно. А мы сейчас к Виктору едем?
– И что из этого? – надменно поднял бровь Пол.
– Ладно, проехали, – повторил Ринго, махнул рукой и уткнулся носом в стекло, разглядывая заснеженную обочину.
К большому огорчению Пола, Ольга уже ушла. Виктор Дмитриевич и Валентина Александровна уговорили «битлов» остаться позавтракать. Изъяснялись в основном жестами. Ринго и Джон, уплетая пельмени, подносили руки к груди и закатывали глаза. Лактовегетарианцы Джордж и Пол производили те же действия, потрясенные экзотическими сырниками со сметаной. Когда фантаст, с трудом припомнив нужные английские слова, спросил про «эназэ ворлдз», добавив: «Вилен Корнеев», «битлы», радостно улыбаясь, отрицательно завертели головами и забормотали:
– There are no other worlds… Другой ньет…бат здес ест! One… Один!
Зазвонил телефон. Колупаев снял трубку.
– Да? Москва? Здравствуйте. Взаимно… Да, тут они, – удивленно проговорил он и повернулся к музыкантам. – Вепрев, – сказал он и протянул черную трубку Джону.
– Тот самый? – удивилась супруга. – «Правая рука»?
– Видимо, – пожал плечами писатель.
– Алло? – спросил Джон в трубку.
– Джон? – раздался оттуда голос с металлическим призвуком и чудовищным эхом.
– Да, это я.
– Привет, старина! Это Брайан.
– Привет, Брайни! Как ты, как у тебя дела?
– Дел невпроворот, но самое срочное – это вы. Кстати, привет там всем тоже.
– Вам привет от Брайана, – повернулся Джон к остальным, затем вернулся к трубке: – И тебе от них.
– Спасибо.
– Но ты ведь не за приветами звонишь?
– Ты догадлив. – В голосе Бронислава прозвучала усмешка. – У меня к вам очень важное и срочное дело. Про наши политические дела вы, я думаю, уже знаете. А вот о чем еще не знаете. Позавчера начал работу Всемирный Совет – прообраз будущего Всемирного Правительства. И вчера там было сформулировано решение… Точнее, предложение к советскому правительству. И сегодня оно принято. Только не удивляйтесь и постарайтесь сориентироваться быстро. Буквально на днях стартует Всемирный космический марафон. На орбитальную станцию «Салют-6» будут отправляться самые знаменитые музыканты мира, и они будут давать оттуда концерты. Я предложил начать с вас; да это и витало в воздухе. Тем более что вы так удачно оказались в Советском Союзе.
То, что он говорил, было отчетливо слышно всем, и «битлы» переглянулись.
– А зачем это надо? – осторожно спросил Джон.
– Для мира, – сказал Вепрев. – На этой станции уже побывало много иностранцев, но все из соцлагеря, и это были ученые или военные… А тут совсем другое дело. Если вы будете петь для всего мира с советской космической станции, это будет… – В телефоне послышалось кваканье. – Споете «AIL You Need Is Love», и это окончательно перевернет мир, который уже… – Вновь помехи. – А потом полетят американцы…
– Боб Дилан, – уверенно сказал Джон.
– Ну, например, – согласился Вепрев. – Потом французы, японцы… Ну, и русские, конечно…
– Красиво, – покачал головой Пол. – Но почему такая срочность? И как наше турне?
– Это кто там, Пол?
– Макка собственной персоной.
– Передай ему, что этот орбитальный концерт будет, так сказать, рекламной акцией перед вашими настоящими гастролями. Короче. Сегодня мне нужно дать проект на подпись двум генсекам – КПСС и «Союза Молодых». И первые участники марафона должны быть определены железно. Если это вы, то нам надо срочно дооборудовать станцию, потому что вас четверо. Мне необходимо ваше принципиальное согласие. Вы готовы ответить сейчас?
Джон оглядел друзей.
– Мы готовы?
Пол сказал, усмехнувшись:
– Очередной концерт на крыше. Лично я готов.
– Если все «за», то я тоже, – покивал Ринго.
– Это здорово, – кивнул Джордж. – Чертовски здорово… Вот, правда… Джон, помнишь, как нас трясло в лайнере?
– Если рванет, тогда нас точно долго не забудут, – легкомысленно сказал Пол.
– Вот это довод, – засмеялся Джордж.
– Ну, ты же сам рассказывал мне про Хокинга, – напомнил Джон. – Если будет суждено, нас найдут и в собственных постелях.
– Ладно, – кивнул Джордж, – тогда я тоже «за».
– Ты слышал, Брайни? – спросил Джон в трубку.
– Да, но не все разобрал.
– Мы летим.
– Отлично. Тогда мы начинаем подготовку. Поскорее появляйтесь в Москве. Постарайтесь вылететь сегодня, в крайнем случае – завтра. А я похлопочу, чтобы «АН You Need Is Love» была официально признана гимном человечества.
– Что? – не понял Джон.
– Это так, в качестве бреда. Всё, пока!
В трубке раздались громкие короткие гудки.
– Допрыгались, – сказал Джон, усмехнувшись, и положил ее на телефон.
В большом двухкомнатном номере люкс гостиницы «Сибирь» уснули все, кроме Джона. Что-то не давало ему покоя. Что-то он должен был сделать. Чего он не сделал из того, что собирался? Ну например, вот эту мелочь…
Он вытащил из дорожной сумки изрядно уже потрепанную тетрадку, несмотря на то что исписано в ней было всего несколько страничек, немного подумал и написал:
«Что ж, здравствуй, читатель „Глупостного дневника". Наконец-то и я, очковый жук Джонни, забрался сюда с довольствием. Вот мы, значит, и додрыгались. До самых звезд-перезвезд…»
Он остановился и почесал ручкой за ухом. Странно. Он ведь уже придумал, что писать, но вдруг расхотел. Он четко осознал, что после сегодняшней ночи ему перестало быть интересным кривляться, ерничать и врать. А вместе с этим исчезла и его глухая привязанность к Йоко. Осталась симпатия, осталась благодарность за прожитое и пережитое, и, кто знает, возможно, эти чувства когда-нибудь станут основой для новых отношений между ними. А может, и нет. Но то, что уже давно не окрыляло, а унижало их обоих, исчезло.
И каково ему будет житься теперь, с этой легкостью, с этой сияющей пустотой в груди?
– Посмотрим, – сказал он себе вполголоса. – Посмотрим.
Он покачал головой и закончил в тетрадке:
«Нет, не буду я сейчас ничего писать. Напишу там, наверху. Ведь, если вдуматься, что может быть глупее, чем концерт „Битлз" на крыше мира? Разве что „Битлз", спрятанные на чердаке. Не будь я морж, ку-ку-ру-ку-чу».
Он положил тетрадь и ручку на тумбочку, улегся и вытянулся – от затылка до пальцев ног, как бы натягивая внутри себя струну, золотую струну энергии, на которой еще предстоит исполнить так много новых, великих, песен. Затем расслабился и наконец-то провалился в глубокий-глубокий сон.
Томск-Нюрнберг, 2014-2015
СПАСИБО:
Александру РУБАНУ за помощь в разработке сюжета и ряда эпизодов.
Константину Фадееву за умные и своевременные советы.
Сюзанне и Дэну Ридеру (Susanne and Dan Reeder) за помощь в «обратном переводе» песен.
Таисии Филипповой за творческий импульс.
Николаю Кузнецову за конструктивную критику.
А также:
Андрею Лазарчуку за то, что не был против нашего названия, несмотря на то что у него самого есть роман под названием «Иное небо».
Дмитрию Скирюку за разрешение использовать найденное нами в его ЖЖ четверостишие в качестве «приветствия Барбары Бах».
Евгении Исаковой, Вячеславу Антонову, Татьяне Литвиновой, Александру Токунову, Владимиру Миткевичу, Евгению Пермя-кову и Павлу Костюку за помощь в издании книги.
Содержание
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Красный таракан
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. Резонансы
Литературно-художественное издание
Большанин Алексей Анатольевич, Буркин Юлий Сергеевич
«БИТЛЗ» IN THE USSR, ИЛИ ИНОЕ НЕБО