Время года — зима (СИ)

Облапав без спросу омегу, поцеловав его, Стив с улыбкой устроился на лавке, прижавшись спиной к нагретым кирпичам. Баки сел рядом, положил голову ему на колени и едва слышно мурлыкнул, стоило пальцам Стива пробраться в его волосы, помассировать за ухом.
— Брок, иди к нам, — позвал Стив омегу.
Они не разговаривали на тему отношений, о том, что между ними, кроме тех жарких ночей течки, и было ли вообще хоть что-то, кроме них, но Стиву было хорошо уже от того, что он мог получить.
Брок ссыпал яблоки в горшок, сел рядом со Стивом, привалился к нему плечом.
— А что, — начал он, — у вас гона вообще не бывает? Что узла нет, я приметил. А гон?
— Гона? — переспросил Стив, не особо поняв новое для себя слово, обнял Брока.
— Это как у животных? — открыв один глаз, поинтересовался Баки.
— Ну вот у омег течка, — хмыкнув, принялся объяснять Брок. — Стив уже знает, как это. А у альф гон. Это как течка, только наоборот. Омеге в течку нужно, чтоб его ебали, а альфе в гон надо омегу ебать. На юге, где солнце, я слышал, омеги в течку беременеют даже, но у нас такого не бывает.
— Ты можешь забеременеть от нас?
Баки аж приподнялся на локте, по-новому глянул сначала на Брока, а потом и на Стива.
— Не бывает у нас гона.
— Ну, пока течки есть, и забеременеть можно, — сказал Брок. — Только у нас тут даже мага-медика нету, чтобы ребёнка принять. Мне под сорок, я ещё ни разу не беременел.
Было над чем задуматься.
Стив не был поборником семейных ценностей, никогда не мечтал о детях, не с его ориентацией и не в сороковые. Ему хватало квартиры под самой крышей, небольшой кровати, как раз для двоих, ленивых пробуждений и ночей, полных жаркой страсти.
— Не здесь об этом рассуждать. На юг переедем, и если Брок захочет, может попытаться.
Брок ничего не сказал, только вздохнул. Они с его альфой копили кристаллы, мечтали податься на юг по летней дороге, да, видно, слишком затянули. Не вернулся его Баки из леса. Лес другого Баки дал, да ещё со Стивом впридачу.
Может, и хорошо, что у них гона не бывает?
— Я тогда подмастерье возьму, Тони давно просился, правда, у него нрав такой, что так и хочется молотом в лоб дать. А то нехорошо Сварту без кузнеца оставлять, — сообщил Брок. — Припасы надо собрать, кристаллов прикопить…
— А продать кузницу можно? — спросил Баки.
— Тони-то можно, он из богатой семьи. Его альфа не поскупится, да и сам он тоже.
Эта идея захватила Стива, он так и сидел у печки, слушал рассуждения своих мужчин о том, как жить дальше, и тихо улыбался.
Они смогут. Брок подготовит кузнеца, тем более кандидат есть. Они с Баки доберутся до гор и выследят неуловимых варанов. Да, страшно и опасно, но где их не пропадала? С Черепом тоже бодаться опасно было, но полезли же. Правда, тогда Стив за Баки недоглядел, потерял его, но теперь-то он такой ошибки не совершит, не позволит себе совершить. Главное, Броку не говорить о своих идеях, не дело его понапрасну волновать, а как вернутся они с добычей — пусть хоть с молотом кидается.
— Пойдёмте-ка мы в постель уже, — предложил Стив, поцеловав обоих своих… мужей. А почему бы и нет?
— И то, — согласился Брок.
В постели он настоял, чтобы Баки лёг посередине, «чтобы стужу из него выгреть».
Стив погладил Баки по голой груди, коснулся губами шрамов на левом плече и подтянул все три одеяла повыше.
— Спите крепко, — пожелал он, всем телом вжавшись в бок Баки, отметил, что с правого точно так же привалился и Брок.
Баки лежал между ними напряжённый, готовый вскочить в любой момент. Под подушкой, набитой крошёной корой, он пристроил нож.
Но минуты шли, справа и слева спокойно дышали во сне Брок и Стив, и Баки сам не заметил, как его утянуло в дрёму.
========== 6. ==========
Ещё через неделю Стив наконец решился. Ждать было нельзя, а пушной зверь не особо пользовался спросом в деревне. Значит, пора было идти к горам.
— Мы с Баки в лес на два дня уйдём, — сказал Стив, поймав Брока у самой двери.
Он прекрасно слышал, как с улицы возмущался замерзающий Тони, как Баки шерудил на кухне, собирая припасы с собой, но самому сейчас хотелось получить хоть чуточку тепла, хотя бы лёгкие объятия не привыкшего к нежности омеги.
 
— Заночуем в берлоге, где Баки жил. И уже послезавтра к ночи дома будем.
— Я хочу знать, куда вы идёте? — спросил Брок и покачал головой. — Не хочу. Идите, и убережёт вас Солнце.
Он похлопал Стива по груди, а потом прильнул к нему, быстро поцеловал и ушёл вглубь дома.
Стив вздохнул, улыбнулся теплу, разлившемуся в груди, и крикнул:
— Бак, выдвигаемся.
Баки молча возник в дверях, накинул котомку на плечи и кивнул.
Столкнувшись во дворе с растрёпанным и явно недовольным такими ранними побудками Тони, хлопнул его по плечу и двинулся к калитке. У всезнающего скорняка Стив выспросил о варанах всё, что сумел: как они охотятся, где проходят их тропы, как обнаружить логово. Но все знания сводились к тому, что ходить в горы — самоубийство.
Баки заточил все свои ножи и две рогатины. До гор был день пути, так что заночевать им придётся в лесу. Варанов Баки не боялся. Он вообще не верил, что есть зверь, кроме бегемота, с которым он не справится. Но бегемоты здесь не водились.
Из деревни они вышли по основной тропе, как бы поддерживая озвученную теорию об обычной, просто очень долгой охоте, а едва дома скрылись из виду, повернули севернее.
Броку Стив намеренно ничего не говорил, хоть обманывать было тошно, но потерявший на охоте мужа омега не должен ещё и из-за них себе нервы тратить, потому и была озвучена байка о берлоге. Идти-то они собирались совершенно в другом направлении.
Баки уверенно топтал снегоступами глубокий рыхлый снег. Вокруг стояли голые деревья, постукивали мёртвыми ветками, с которых полосами сползала кора. Птиц не было, только изредка путь пересекали звериные тропы, протоптанные в снегу.
Этот мир удивлял Стива контрастом живого и мёртвого. Вроде бы такой мороз должен был выстудить землю, убить всех, кто не умел разводить огонь и прятаться за толстыми стенами, но живности и здесь хватало. При том складывалось впечатление, что именно звери устроились лучше всего.
— Баки, как ты оказался здесь? — задал давно мучивший его вопрос Стив, оглянулся через плечо.
— Упал, — ответил Баки. — Ты упал в воду. Я прыгнул за тобой. Хотел вытащить. А оказался здесь. Ушёл до земли в большой сугроб.
— Как мы вообще сюда попали, непонятно. Зачем? — Стив вздохнул, поправил котомку на плече.
Если говорить открыто, он был даже рад, что дело обернулось именно таким образом. Сил больше не было тянуть на себе всё то, что другие называли всеобщим благом, не получалось закрывать глаза, смиряться, а здесь, Стив снова обернулся, он действительно кому-то нужен.
— Потому что, — с недоумением сказал Баки.
— А хороший ответ, — усмехнулся Стив и… провалился в снег по самую грудь. — Баки, помоги.
Он протянул руки, чувствуя, что ещё движение — и уйдёт глубже, по крайней мере, под ногами опора не ощущалась.
Баки выдернул Стива из снежной ловушки, отвёл в сторону, обхлопал ладонями, стряхивая снег.
— Совсем на снегоступах ходить не умеешь? — спросил он.
— Никак не могу приноровиться, — солнечно улыбнулся Стив, чмокнул Баки в покрасневший на морозе нос и снова пошёл вперёд.
Баки оглянулся на разворошённую снежную яму, в которую с почти неслышным шелестом стекали струйки перемёрзшего снега, догнал Стива и велел:
— Иди вторым.
— Вот значит как?
Стоило Баки его обогнать, Стив наклонился, быстро слепил снежок, подышал на него, чтобы сухой из-за мороза снег склеился, и зарядил в спину впереди идущего.
Баки легко и грациозно увернулся, так, что снежок пролетел у него над плечом. Можно подумать, что у него были глаза на затылке. За первым полетел второй, третий, четвёртый. В груди Стива сделалось тепло-тепло, слишком хорошо ему было, радостно.