Попаданка. Мама для бастарда (СИ)

– Отведи меня к хозяину своему! – взмолился Милад, но змейка махнула хвостом, и ее и след простыл.
Милад уже был готов впасть в отчаяние, когда раздались шаги, и из-за деревьев вышел Камил.
– Камил! – бросился к нему Милад, хватая за рукав. – Беда у меня! Сердцем чувствую, случилось что-то с Драго! Камень твой волшебный светом ярким засиял, а потом, потом…
Милад тараторил это, как напуганный ребенок. Едва не дрожал от страха за сына. Камил перехватил его за плечо, готовый встряхнуть, как дурного щенка.
– Говори толком, Милад! Что после света было?
– Трещины черные по нему пошли, и он р-раз – и в пыль рассыпался… – после этих слов Милад похолодел, ведь повисло тяжелое молчание. – Почему ты молчишь, колдун? Плохо дело?
– Плохо, – не стал врать Камил. – Значит, другое колдовство твоего сына коснулось. Темное, страшное. Со свету свести его кто-то хочет, между жизнью и смертью мальчонка!
– Разве не помогут ему лекари и маги во дворце? Наверняка, Теодор при себе лучших из лучших держит!
– Не помогут, – качнул головой Камил. – Магия их, нынешняя, ученая, – это одно, а колдовство древнее – совсем другое. Как волк с лисой – разное зверье, хоть и то, и то на четырех лапах. Я их правилам и премудростям, пасам боевым не учен, заклятий сложных не знаю. А их маги по камням читать не умеют, кости жабьи не заговаривают, след вынимать и по нему врага портить не могут… В общем, помочь сможет только тот, кто и сам колдовство ведает! Пойдем скорее! Во дворец нам нужно! Пока не стало слишком поздно.
***
Я сидела у постели Драго, не отходя от него ни на минуту. В покоях горело несколько свечей. Их свет ложился на побледневшее личико сына. Теодор мучительно хотел быть рядом – это было видно по глазам. Но кто-то должен бороться, сражаться, действовать. Так что он мотался, подняв на уши всю стражу для поимки Анисьи, всех магов и лекарей для лечения Драго. Но кто бы ни заходил к нам, отходил от его постели, разводя руками. Мол, колдовство это древнее, страшное, обычному магу неподвластное. Нужно было искать колдуна хорошего. Да не шарлатана ярмарочного, а настоящего, секреты из глубины веков ведающего! А где его искать-то? Еще и среди ночи! Но Теодор пытался. А я… я была рядом с нашим малышом.
Я помнила, как на Земле говорили про тех, кто лежит в коме. Что с ними нужно разговаривать, держать за руку, что где-то там, далеко от нас, они чувствуют нашу любовь и заботу.
Я вздохнула. Хотелось бы мне вылечить Драго самой! Но моя магия распространялась только на животных – это мы с наставником, которого выделил мне Теодор, выяснили четко.
Вдруг в коридоре раздались голоса. Я встрепенулась, даже сначала не поверив своим ушам. Милад?! Его-то сюда какие черти принесли? Через минуту дверь распахнулась. На пороге оказался Теодор в компании Милада и какого-то незнакомого мужчины, молодого, почти паренька. А может, так казалось из-за его тонкой и гибкой, как у змея, фигуры? Черные волосы были схвачены на затылке, а глаза, пронзительно синие, смотрели так пристально, будто насквозь.
– Колдуна Милад выискал, настоящего, Камилом звать! – сказал Теодор в ответ на мой вопросительный взгляд. – И привел, чтобы Драго нашего спасти.
Я встала перед постелью Драго, словно пытаясь загородить собой его от мужчин. И с подозрением спросила:
– Точно настоящего?
– В жабу тебя, девица, превратить? Чтобы вопросов глупых не задавала! Расколдует тебя тогда ненаглядный твой, поцелует или век квакать будешь? – смешливо поинтересовался Камил и покосился лукаво на Теодора, отчего я вспыхнула. – Отойди да не бойся, не обижу я дитя малое. Посмотреть мне нужно, что с ним.
Я неохотно отошла в сторону. Теодор подошел ближе. Камил расспрашивал его обо всем, он рассказывал о ягодах и прочем. А мне оставалось стоять в сторонке с Миладом. Достаточно далеко в просторной комнате, чтобы я смогла шикнуть ему на ухо:
– Где ты нашел его?
– В лесу, на болотах, – беспечно махнул рукой Милад. – Хотел Теодора твоего я со свету сжить!
 
– Только попробуй! – сверкнула глазами я.
– А что, не вернешься ко мне, Данка? – он попытался приобнять меня за талию, видимо, по привычке, но потом поднял руки и скис. – Ладно. Давно понял, что не вернешься. Хорошо тебе с ним, с Теодором твоим?
– Я хочу, чтобы ты знал… – тихо проговорила я. – Нет у меня с ним ничего. Хотя и любим мы друг друга, но... я помню, что чужая жена. Пока не отпустил ты меня, не дал развод, я не посмею ложиться в постель с другим.
– Спасибо… Хотя бы за честность, если не за любовь, – невесело улыбнулся Милад. – Я не буду стоять у вас на пути. И тайну насчет Драго сохраню. Пусть все думают, что он королевский сын. Я правду и так знаю, а у него так жизнь другая будет, не коровам хвосты крутить в деревне нашей.
– Спасибо тебе, Милад, что на развод соглашаешься. Теодор поспособствует, быстро все сделают.
Он кивнул. Но пока нам всем было не до этого. Мы с волнением смотрели на Драго, который едва-едва, почти незаметно дышал, лежа на мягких подушках. И всех нас беспокоил только один вопрос. Очнется ли наш мальчик?
Камил какое-то время суетился вокруг Драго. То шептал что-то тихо-тихо, то брал его за руку, то водил ладонями над его телом. Даже взял ягоды от Теодора, внимательно их осмотрев и сжав в кулаке так, что едва не раздавил. После этого Камил подошел к нам.
– Мне нужно будет провести с ним ритуал, – сказал он, оглядываясь на Драго. – Очень серьезный и… непросто это будет.
– Ты спасешь моего сына, колдун? – с волнением шагнул ближе Теодор.
Камил удивленно приподнял брови, посмотрев на Милада. Похоже, тот ему уже растрепал про то, что Теодор в курсе о том, кто настоящий отец Драго. Вот Камил и удивился. Милад поспешил заверить его:
– Все в порядке, я не собираюсь забирать Драго у Теодора, если ему здесь нравится. Если он… хочет другого называть отцом.
– Вот в чем загадка… – вдруг задумался Камил. – Метка у Драго настоящая, магическая, королевская.
– А я о чем! Мой он ребенок! – гордо приосанился Теодор, злорадно глянув на Милада.
– Но и кристалл мой врать не мог, – продолжил Камил так же озадаченно.
– То-то и оно! – прошипел Милад на Теодора с таким видом, будто сейчас сунет ему под нос фигу, как деревенщина на базаре.
– А ну, угомонились оба! – прикрикнула я на обоих, уперев руки в боки. – Нам Драго спасти нужно, а вы тут дележку устроили.
– Правильно, – поддакнул Милад, неожиданно приняв мою сторону. – Нечего делить шкуру неубитого медведя.
Его сравнение никому не понравилось: и я, и Теодор посмотрели испепеляюще. А Камил перевел разговор в более важное русло:
– В этом ритуале правду я и узнаю. Когда с духами потусторонними свяжусь, помощи у них для Драго попрошу. Мне нужна комната большая, пустая, без мебели, свечи да мел с углем, а еще травы, но их я с собой принес.
Подготовили все, не прошло и четверти часа. Камил разрешил нам присутствовать, но только стоять под стеночкой и не лезть. «Не лезть» он повторил трижды, с нажимом глядя на Милада. Но к ритуалу все отнеслись серьезно. Понимали, что иначе у Драго нет никаких шансов.
Теодор принес сына на руках, опуская на пол в центре зала. Хотел принести одеяло какое-нибудь, подушку, но в ритуале не должно быть ничего лишнего. Так что Теодор с волнением погладил Драго по волосам, после отходя к нам. Оставляя мальчика среди знаков, нарисованных углем и мелом, среди горящих свеч.
Камил подошел ближе. Его глаза были закрыты, сам он ступал босиком и медленно-медленно, будто по тонкому льду. Губы беспрестанно шевелились, но мы не могли разобрать ни звука. Лишь под конец Камил сорвался, выкрикнув конец какого-то слова и резко закружился на месте, выбрасывая перед собой руку.
Из горсти полетели сушеные травы. Едва долетев до пола, они засверкали золотом. И на их месте начали подниматься молодые побеги: тонкие росточки травы, робкие бутоны лесных цветочков. Я ахнула, понимая, что в центре ритуальных символов появилась буквально лесная поляна! Драго теперь лежал не на полу, а на мягкой траве. Или на ее иллюзии? Ведь в полутьме, в слабом свете свечей, были видны силуэты деревьев, полупрозрачные, как привидения.