Попаданка. Мама для бастарда (СИ)

– Ты нашу дичь портить вздумал? Ловушки разворовывать повадился, короля своего разорять? Да ты знаешь, что такое смертью карается?
  
Глава 2
 
– Я случайно! – захлебываясь от рыданий, простонал Драго. – Я бежал, споткнулся, упал, а там ловушка-а… и сетка порвалась, и зверек сбежал! Я не нарочно!
– Пощадите, это же ребенок! – сдавленно вскрикнул Милад, который рвался в крепких руках еще нескольких стражников в отдалении.
Они схватили его и не давали приблизиться к мальчику. Только насмешливо переглядывались и тянули время. Я бессильно рыдала, не в силах даже стонать. Держали меня тоже крепко, а за высокими кустами не было видно ни меня, ни моего неприятеля. Бедный Драго! Он думал, что его мама бросила его, и не спасла, не защитила! А я понимала, что если подниму шум, то только взбешу этих гадов еще больше. Решат, что я пряталась, следила?
– Прирежь этого щенка, и дело с концом. Что ты так долго возишься с ним, Невзор? Да пойдем отсюда, нас король заждался! – поморщившись, высказал один из стражников другому.
– Или руку ему отруби, как вору, зачем убивать и вправду, ребенок же!
От ужаса у меня потемнело в глазах. Я едва не лишилась чувств прямо там, в кустах, стиснутая чужими руками. Но в чувство меня привело другое. Громовой голос мужчины, раздавшийся где-то с неба:
– Прочь!
От Драго отшатнулись все. Я оцепенела, услышав знакомый голос. Да это же сам король пожаловал! Стража мигом сгрудилась вокруг него, наперебой ему что-то доказывая, тыкая в Драго. Милад смог наконец вырваться от своих мучителей. Только меня по-прежнему держал крепко незнакомый стражник. Может, потому что я билась в его руках, как сумасшедшая, и он решил, что я хочу навредить Теодору?
– Руки убрали. Быстро. Ненавижу, когда мучают детей. За мной! – недовольно бросил король, отмахнувшись от наклепов личной охраны.
Не глядя ни на кого, он пришпорил коня. Я поняла, что свободна, только через несколько ударов сердца. Поляна опустела. И я в то же мгновение ринулась к Драго.
Мои руки обвили худенькое тельце сына, который оцепенел от ужаса. Милад подскочил к нам и тоже обнял за плечи Драго и меня. Но если я стерпела и не дернулась, то сын всхлипнул и подался ко мне. Я нахмурилась и вперила злобный взгляд в Милада, совершенно не готовая простить его за то, что видела у нас дома. Перед глазами так и встал тот замах из рук Милада и деревянная лавка вместе с сыном. Ух, я ему устрою!
– Руки убрал? Быстро! – рявкнула я, неосознанно копируя интонации Теодора.
Сказалось мое прошлое на Земле. Управлять и командовать людьми я умела. Да и постарше была, когда померла, чем Дана сейчас. Так что грозный взгляд изобразить у меня удалось. Напугались сразу оба. И Драго, и Милад. Бедный сынишка аж задергался в объятиях и отполз к Миладу, считая, наверное, отца уже знакомым злом. Да уж, Дана, судя по всему, той еще терпилой была? Милад тоже дернулся и виновато захлопал ресницами. Длинными ресницами! Блин, зачем мужику такие длинные красивые черные ресницы? Мне бы на Земле такие, я бы по салонам красоты никогда не ходила да не наращивала.
– Дана, ты чего? – Милад даже не разозлился.
А как пес побитый отшатнулся, глядя виновато. Такое ощущение, будто он мой, мой настоящий взгляд увидел, а не Даны – жены своей. Колючий. Непривычный. Не вовремя вспомнила я, как на Земле мне последний мой… хахаль сказал, вот так уползая побитой собакой после очередной ссоры, что я неуживчивая. Неуступчивая. Что я баба-мужик. И что ни один настоящий мужчина жить со мной не захочет. Потому что каждому мужчине нужно… э-э, кажется, чувствовать собственную важность? А иными словами – в рот мужику заглядывать. Так вот. Я этого делать с Миладом не желала! Не Дана я. Пусть привыкает.
– Ничего. Сам нас отправил восвояси, сам и уходи. Не передумаем мы. А если ты решишь нас останавливать или Драго забрать попытаешься, то я к самому королю пойду! – выплюнула я зло, ядовито в ухо Миладу да глазами сверкнула темными так, будто ведьма заправская. Я это умела!
 
– Король… не послушает тебя! – попытался взъерепениться Милад, еще не поняв, насколько я серьезна.
Я усмехнулась нехорошо и вдруг вспомнила одну штуку. Что у меня на шее, так странно, после переноса из мира в мир, даже в чужое тело, осталась моя цепочка с кулончиком из дутого стекла, в котором переливалась волчица. Я резко, рывком достала этот кулон и выдохнула Миладу на ухо:
– Не боишься, что ведьма я? Уже что однажды короля приворожила… и снова приворожу! Тогда запытает он тебя, если ты хоть пальцем мальчонку или меня тронешь.
Милад уставился на мой кулон, который в лучах солнца выглядел и впрямь магически, хотя я понимала, что это просто стекляшка, и часто задышал. Я усилила нажим. Подлезла к Миладу ближе, ухватила неожиданно сильными, хоть и тонкими пальцами, его за подбородок. И в глаза заглянула.
– Не веришь, Милад, что короля приворожу? Так может, мне тебя лучше проклясть? Ты прав, магии особой, которая у князей и королей обычно, нет у меня, ведьмы они травами да артефактами балуются больше, этот мне кулон от бабки достался, она та еще травница была… Не говорила я тебе. Жалела я тебя, пока жила с тобой… хотела, чтобы отец был у сына… Но сейчас иначе все. Уходи, Милад, подобру-поздорову. Пока не скрючило тебя прямо на этой лесной поляне. И пока ты не умер в муках, не в силах даже доползти до дома.
Врала я отменно. Глаза горели, щеки раскраснелись, аж самой понравилось. Повезло мне в том, что Драго хоть бреда этого не слышал. Он, как только мы ссориться начали, сразу в кусты уполз, наверное, чтобы не прилетело. Мне стало жаль мальчика на секунду, что у него такой негативный опыт общения двух родителей между собой. Но так лучше будет. Может, и Милада обмануть смогу?
– Не верю я тебе, Дана! – тряхнул длинными золотыми волосами Милад, будто чары мои стряхнул.
Я погрустнела. Ну, вот, даже убедить, обмануть не смогла! Зря, что ли, на курсы ходила по нейролингвистическому программированию, где обещали, что я смогу продать абсолютно все, даже мышиные экскременты в бумажке красивой. Врали, все врали!
– Не ведьма ты! А гулена! Поэтому ни у тебя, ни у меня сил магических нет, да и в травах ты не разбираешься, только Драго у тебя этот… двинутый.
Последние слова Милада прозвучали даже обиженно. Наверное, он тоже мечтал о том, чтобы иметь магию?
– Не двинутый, а магически одаренный, – поправила автоматически Милада я. – Но неважно, веришь ты мне или нет, тебе страшно… вдруг к королю пойду. И ноги перед ним раздвину, чтобы сына защитить. И на тебя наклепы наведу. Что ты короля убить захотел. Думаешь, не запытают?
Милад нахмурился. Посмотрел неуверенно в сторону кустов, где прятался Драго.
– Ладно. Погорячился я. Не испугался я твоих чар ведьминских. И короля не боюсь с его пытками. Просто… идите уже. Своей дорогой. Раз меня видеть не желаете больше, – такая обида прозвучала в голосе Милада, что я изумилась его тупости.
«Эй, мужик, ты нас только несколько часов назад избить хотел с сыном, забыл? Странный способ налаживания сыновьей любви и любви жены к тебе!» – хмыкнула я про себя, но промолчала.
Пока настроение Милада сменилось на виноватое, нужно воспользоваться моментом, и слинять по-тихому. Но я не успела. Он вскинул голову и прорычал зло:
– Но прежде у Драго спросим! С кем он остаться хочет! Может… он со мной домой вернется? – Милад угрожающе стиснул кулаки.
У меня перед глазами потемнело от страха. Неужели Милад сейчас шантажом запугает Драго до такой степени, что сын с ним пойдет?! Я же… я же… отбить Драго никак не смогу! Милад меня сильнее в три раза! А одного с ним Драго оставлять нельзя! Милад навредит, побьет, напугает мальчика! Мое сердце почти остановилось, когда он, не обращая больше внимания на меня, направился к кустам.
– Ну, что, Драго, со мной пойдешь или с мамой останешься? – грозно вопрошал Милад, нависнув над Драго, упирая руки в бока.