Птичка в академии, или Магистры тоже плачут (СИ)
Какой он у меня все-таки, как он сам сказал, умный, смелый, серьезный и со всех сторон привлекательный! Подсказал выход из положения, и он был вполне логичным. Ну, с натяжкой логичным. Все-таки личные комнаты никто так не защищает. От внешнего воздействия — возможно, но не от внутренних. Уж проще провести несколько дней в специальной лаборатории, чем так тратиться из-за разового инцидента. Это нецелесообразно и дорого.
Но лично для меня подобная мера — гарант свободы и сохранности жизни, а потому я все свои личные сбережения пустила на вместительные накопители и специальные ингредиенты для создания мощной защиты. И закупилась всем еще до приезда в Приграничье, потому сейчас и была стеснена в средствах.
Надеюсь, работа патентной комиссии не продлится слишком долго, производство запустится без проволочек и изобретенные мною линзы начнут продаваться и приносить доход. Я ведь их сделала с разными свойствами. Такие линзы и магам, и простым людям пригодятся.
Мне, как создателю, по закону полагалось пятнадцать процентов от выручки первые пять лет. Но так как я представила линзы как свою магистерскую работу и защищала ее в столичной академии, то пять процентов от изобретения заберет себе он. И именно университет сейчас занимается всеми формальностями. Я сама в сложившейся ситуации подобного бы точно не осилила — там ведь еще тьма нюансов. Так что этих пяти процентов мне было не жаль. Даже то, что останется, должно стать неплохим доходом. Вот только когда это будет…
Еще и с наследством нужно разобраться. Может, все-таки получится отсудить хоть что-то? Все-таки дядюшка очень хотел, чтобы мне отошла его усадьба. А ее, как оказалось, жаждут получить негодующие родственники. Хотя это меня не удивляет. Если бы они могли, они бы и мной не погнушались распорядиться, выдав замуж по их усмотрению. Троюродный братец как-то мне на такое развитие событий намекал, после чего у меня ночью случился выброс. Я ведь девушка с богатым воображением, накрутила себя на раз. Но мне недавно крайне неудачно для родственничков исполнился двадцать один год, да еще и официальный магический ранг присвоили. Так что теперь я могу решать свою судьбу сама.
Мысленно даже свернула упомянутым родственничкам неприличную фигуру из пальцев — видела, как такую показывали друг другу деревенские мальчишки. И мне перед собой за это не стыдно! Только удивительно, что я наконец могу думать о смерти дядюшки без всепоглощающей тоски, а со светлым чувством благодарности и любви.
Но что-то я совсем отвлеклась от действительности. И почему магистры так странно на меня смотрят?
— Эйлин… ты уверена, что с тобой все в порядке? — с беспокойством спросил Даниэль. — Не переживай, никто твоего Ё-ё у тебя отбирать не собирается.
— И вообще, ты теперь под нашей защитой. И никто не посмеет тебя обидеть!
— Даже вы? — неловко улыбнулась я, расслабляясь и вдруг осознавая, что вся сжалась, прижимая к себе ежика.
— А мы тем более, — почему-то смутились мужчины.
— И вообще, чего ты стоишь? Садись давай.
— А вы все-таки расскажете, что делали в Пустоши? — решила я перевести тему разговора.
Эль Лавалье и эль Мейр переглянулись, и Марсель тяжело вздохнул. А потом выдал такое, что я не сразу поверила, что расслышала верно:
— Ездили на переговоры.
Глава 20. О новых открытиях
Я смотрела на лист, протянутый моей самой запоминающейся троицей адептов, и не верила глазам. Там было записано целых двадцать девять желающих выступить на бале первокурсников. И если бы это был не бал, а, скажем, какое-нибудь показательное выступление, я бы взяла выступать всех, невзирая ни на что — смелость нужно поощрять! — но нам было необходимо максимум пять номеров, чтобы показать собравшимся, что адепты могут все, и при этом никому не надоесть. Двух-трехчасовое представление мне не простят. Хотя… Может, это выход? Впечатлений точно будет больше, чем от развешенных по залу искусственных внутренних органов тварей. Хотя нет, меня мои же адепты не поймут, а на следующий год введут лимит на номера и точно назначат главной меня.
— Ну что? Мы молодцы? — радостно улыбался Кайл, заглядывая мне в лицо. — Просмотр вечером?
— Вот, оказывается, на что способны замотивированные оболтусы-пф, — фыркнул на моем плече Ё-ё, глядя в листок в моих руках.
— Конечно! Ведь наш любимый магистр обязательно отблагодарит нас лично сделанными памятными подарками, — хитро блеснул глазами Леон.
— А я и без подарков готов сделать для нашего магистра Эйлин все что угодно! — вставил Рэй и тут же удостоился недовольных взглядов друзей.
— Я тоже, — тут же заверил меня Леон. — Это так, к слову пришлось. Но из ваших рук — хоть яд!
Я улыбнулась и покачала головой, разглядывая парней.
— Сегодня, если вы не забыли, у нас вечером с вами и с группой лекарей факультатив.
— Пожалейте вашего бедного любимого магистра, — раздалось рядом укоризненное. Я обернулась и увидела, что вслед за мной из столовой, а именно около нее меня и подловили адепты, вышла Лайза эль Штоль. — Ей тоже нужно отдыхать.
Парни, кажется, смутились.
— Доброе утро, магистр эль Штоль, — нестройно поздоровались они.
А я вздохнула и пообещала:
— Завтра. Собирайте всех завтра часа в четыре. Будем выбирать пять номеров.
— Пять?! Так мало?!
— Можно оставить все, но тогда бал и праздничный фуршет отодвинутся часа на три. Если вас это устраивает…
— Пять так пять! Так всем и скажем. Пусть готовятся к прослушиванию получше! — И, быстро распрощавшись, парни скрылись.
Мы же с Лайзой переглянулись и пошли по коридору.
— Я вам завидую, — призналась я, глядя на ее задумчивый профиль.
— Мне?! — искренне удивилась она. — Это чему же?
— Вы умудрились так провести культурную часть бала, что никто не смог придраться, но вам эту честь больше никто и не подумал поручить.
Магистр внезапно смутилась, а ее бледные щеки порозовели.
— Признаться, я вовсе не добивалась такого эффекта. — Я встретилась с ней взглядом и удивилась яркости ее зеленых глаз. — Мне показалось, что такое убранство зала расширит кругозор адептов, заставит их с большим интересом отнестись к лекарскому искусству и внесет некую… м-м-м… — подбирала она слова, — перчинку в скучный вечер.
— С перцем вы явно переборщили, — хмыкнул на моем плече Ё-ё.
— Что есть, то есть, — посмотрела она на ежа с улыбкой, совершенно не обидевшись на его слова.
— То есть вы были бы не против заняться организацией бала? — удивилась я.
— Нет, не против, — пожала она плечами и грустно вздохнула. — Вернее… Я с детства помогала матери в таких делах, но она всегда говорила, что я немного рассеянна, а мои идеи подчас слишком экстравагантны и мне не стоит заниматься такими вещами одной. И я с ней соглашусь. Мои идеи не всегда понятны окружающим…
— Если вы хотите… — Я удивленно смотрела на девушку. — То есть если у вас есть желание поучаствовать в организации бала, то я буду рада, если вы мне поможете. У меня опыта как раз и нет, и я очень боюсь сделать что-то не так и чего-то не учесть. Тем более в проведении бала в академии есть свои нюансы.
Дядюшка всегда говорил, что если чего-то не умеешь, то не бойся попробовать это сделать. Не получится первый раз — ничего, второй — тоже. Ошибаются все. Ну а в третий или четвертый раз все обязательно получится. Но если есть человек, который может тебе в чем-то помочь, не бойся ему признаться в своих затруднениях и попросить помощи. Все равно ответов, по сути, всего два: да или нет. Зато скольких проблем можно избежать!
Вот я и решилась вот так с ходу озвучить этой странноватой девушке свои опасения и предложение. Вариантов, как говорил дядюшка, два: она мне поможет или откажется. В первом случае я буду несказанно рада. Во втором — для меня ничего не изменится, зато можно будет чуть больше расспросить об организации бала в академии.