Душа неприкаянная (СИ)
И очень скоро мои подозрения подтвердились. На полу в убежище-лаборатории Аль-Хашима, в самом дальнем и темном углу обнаружился интересный рисунок. Геометрическая фигура, которую так и хотелось назвать пентаграммой… кабы лучей у нее было пять, а не девять. А внутри каждого из лучей — символы: то ли руны, то ли иероглифы. Что едва ли относились хоть к одному из известных земных языков.
Те же руны-иероглифы окружали фигуру, располагаясь то над концами лучей, то между лучами. Все разные — и в тоже время в чем-то неуловимо похожие.
Предназначение фигуры недолго оставалось для меня тайной. Уже после первого ограбления с моим участием Аль-Хашим поспешил перевести свою долю наличности в ювелирные изделия. Бусы, кольца. И вернувшись в убежище-лабораторию, он с этим добром ступил в центр фигуры. После чего произнес фразу на незнакомом языке и… исчез.
«А ты слукавил, старый хрыч, — было первой моей мыслью на этот счет, — все-таки колдун, раз заклинаниями пользуешься. Хотя, наверное, слабенький».
Это потом, когда алхимик вернулся, и уже без колец и бус, меня осенило. Я понял, что старый пройдоха готовится к отбытию на родину. В некое место или время, где бумажные деньги не имеют хождения. Зато те же бусы вполне можно с выгодой перепродать. За этим, собственно, Аль-Хашим и переправлял туда свой заработок. Повторив данную процедуру еще несколько раз.
А когда поймет, что заработал достаточно — наверняка свалит и сам.
Но если подобные перемещения доступны одному, то почему бы не воспользоваться оными и мне тоже? С поправкой, понятно, на мою бесплотность и зависимость от Кристалла Душ. Главное ведь, что Бурый и компания в родном мире Аль-Хашима меня уже не достанут. А там, чем черт не шутит, попробую поискать волшебника посильнее. Способного даже вернуть меня к жизни.
Эта задумка придала моему существованию какой ни на есть смысл. Так что в промежутках между налетами я стал регулярно и самовольно покидать Кристалл Душ. Делал я это тем же способом, что и в первый раз. Но времени на каждую вылазку тратил совсем немного. Ровно столько, чтоб дойти до заветной фигуры, сличить какую-нибудь деталь рисунка, а по возвращении в Кристалл — воспроизвести. На скрипучем полу старинного заброшенного дома.
С инструментом для рисования тоже проблем не возникло. Если уж подсознание мое смогло породить целый дом, то самый обычный маркер хватило и просто вообразить. Сложнее оказалось водить им по неровному полу. Скрупулезно воспроизводя детали магического рисунка.
Наконец, что касается фразы-заклинания, то ее я запомнил уже со второго раза. Благо, произносил оную Аль-Хашим громко и четко. Без этого, наверное, заклинание и не сработало бы.
Свои вылазки я осуществлял по ночам. На мое счастье, спал алхимик здесь же, в убежище-лаборатории. Скупился, видно, жилье снимать. А запретить ночевки в нежилом помещении было некому. Банде Бурого сие было до лампочки; посторонним людям — тем более. Да и не было почти посторонних людей в этом подвале, скрывающемся за вывеской «школы-семинара по проблемам уринотерапии». Тех же, кто все-таки подходил, не пускали дальше порога.
При первых своих самоволках я побаивался. Ибо с Кристаллом Душ Аль-Хашим расставался редко. Даже по ночам. Но спал старый алхимик достаточно крепко. В силу чего о моих ночных вылазках едва ли догадывался.
Но однажды вечером, когда фигура была почти закончена, произошло непредвиденное. С ближайшего ко мне окна в старинном доме самопроизвольно сорвало занавесь. Как всякий раз, когда выходить из Кристалла надлежало не по собственной воле, а по приказу. Комнату затопило слепящим светом; мгновение — и я снова оказался в лаборатории-убежище.
«Ну что опять? Всех денег не заработаешь… и не украдешь», — подумал я с досадой. А вслух молвил, дурашливо раскланиваясь и складывая ладони в молитвенном жесте:
— Слушаюсь и повинуюсь, о, хозяин!
Вот только ни Аль-Хашим, ни стоявший рядом Алик Бурый моей иронии не разделяли. Но алхимик по крайней мере сохранял угодливую улыбку… на заметно побледневшем лице. Тогда как Бурый взирал на меня совсем уж по-зверски. Да и выглядел каким-то затравленным. Словно испуган был чем-то, мысленно отметил я с удовлетворением.
— На нас наехали, — сказал он как рубанул.
— На нас или на вас? — не удержался я от ма-а-аленькой дерзости.
Хозяин вздрогнул, как от удара, стиснул зубы. На миг мне показалось, что он вот-вот зарычит. Или взревет как медведь. А то и вовсе попробует вцепиться зубами мне в горло. Укусить бесплотного духа, ага! Но к чести Бурого, он неплохо владел собой.
— Считайте, что на нас всех троих, — молвил он вполголоса, — в лучшем случае вы двое будете пахать не только на меня. Но и на кое-кого еще. Причем на него — бесплатно.
На последних словах лицо алхимика побледнело еще больше. Меня они, правда, не тронули — и без того работал задарма. Однако перспектива обслуживать еще какую-то банду тоже отнюдь не прельщала.
А хозяин наш продолжал:
— В худшем… меня зароют. Тебя, волшебник, посадят в подвал… но в другой: темный и тесный. На хлеб и воду. Что до тебя, призрак хренов… то тебя эти недоноски могут вообще погубить. Ну так, по дурости. С Кристаллом вместе.
— Он очень хрупкий, — поддакнул на этот счет Аль-Хашим и зачем-то склонился над Кристаллом Душ. Чуть ли не обнял. Ни дать ни взять, наседка с яйцом!
— И что теперь делать? — поинтересовался я, тоже пытаясь изобразить растерянность и испуг, — сами-то что-нибудь предлагаете, Алексей Федорович? Или только помолиться нам осталось?
Не следовало давать ни малейшего намека на то, что у меня есть план бегства. А значит, вышеупомянутый наезд меня не так уж и пугает.
— Помолиться? Почему же, — отвечал Бурый, — просто кое-кому следует поступиться принципами. Вернее, одним из них.
— Никакой мокрухи, — произнес я, догадавшись.
— Именно, — не преминул подтвердить хозяин, — признаю его право на существование… но не на этот раз. Потому что без трупов по любому не обойдется. Так что, давай, хотя бы сведем их число до минимума.
— Понятно, — я вздохнул, смирившись, — и кто тот счастливчик?
— Жорж у него погоняло, — с брезгливой ненавистью ответил Алик Бурый, — ну и еще есть тот кондом из наших… который ему стукнул. Но с этим мы уж сами как-нибудь разберемся. Что еще? Средство исполнения на твой выбор. Риска… лично для тебя — как всегда. То есть, никакого. Вопросы?
— Ну хоть где живет этот Жорж скажете? — молвил я, — и приметы?
* * *Естественно, риска для меня никакого! Ведь всем, что у меня было, я рискнул еще месяц назад. Вот уж точно, преуспеть в черном юморе проще простого…
Впрочем, к чести Бурого, он не только сообщил мне адрес этого Жоржа. Но и решил сопроводить меня лично. С доставкой в тот район моей бестелесной сущности. Для того, вероятно, чтобы я не тратил драгоценное время пребывания вне Кристалла.
Сама доставка осуществлялась отнюдь не на джипе Бурого. Боялся он что ли, что подручные Жоржа по машине узнают его? А может, просто не хотел подвергать свое авто чрезмерному риску. Хрен поймешь этих заядлых автомобилистов! С их своеобразным отношением к любимой машине.
Так или иначе, а для поездки до вражьей цитадели требовалось нечто нейтральное. А что может быть нейтральнее в ночной час, чем такси? Да с повторяющимися цифрами на капоте.
Прежде чем отправиться в путь, Бурый с помощью мобильного телефона показал мне фотографию супостата. Снимок был черно-белый, низкого качества. Ибо ничего лучшего в Сети не нашлось.
Лицо на фотографии напомнило мне Лизуна из мультсериала «Охотники за привидениями». Только было оно серым, а не зеленым. И, конечно, не излучало того добродушия, за которое мне полюбился тот домашний монстрик. А с ним и весь сериал.
По прибытии единственный живой пассажир выходить из такси не стал. Предоставив мне эту честь, ну-ну. А сам велел водителю заглушить мотор и ждать. Естественно, не объясняя причин. Таксист на данное требование только пожал плечами и не сказал ни слова против. Зачем? Счетчик включен, денежки капают, а коль клиенту вздумалось просто сидеть с газетой в руках — то это его клиентское дело. С дураками спорить себе дороже.