Я тебя купил (СИ)

— То, что он выжил — чистая случайность, — я не собиралась сдаваться, не собиралась верить человеку, который так просто вычеркнул меня из своей жизни, а сейчас решил вернуться, потому что ему что-то не понравилось. Саша на мои слова никак не реагировал, лишь сильнее прижимал к себе, всем видом давая понять, что плевать он хотел на мнение Графа, относительно наших с ним отношений.
— Случайность? — он перевел взгляд на Сашу, — в тот день я послал за тобой Аида, скажи, как часто выживали те, по чью душу он приходил?
Саша заметно напрягся, я не понимала, что имеет в виду брат, но Саша, кажется, понимал. Еще в больнице я поняла, что у Аидом с Сашей общее прошлое, впрочем, как и с Громом. Вспомнила, как Аид обращался к Саше, называл его командиром, так его зовет только Гром. Аид стоял позади Графа, словно верный пес готовый разорвать любого, кто посмеет приблизиться к хозяину, отчего-то я была в этом уверенна. Было в его взгляде что-то угрожающее.
— К чему ты клонишь? — спросил Саша.
— Я приказал лишь припугнуть, — продолжил брат, — во время перестрелки ведь никто не пострадал, не так ли? — усмехнулся он.
— Пуля пролетела в нескольких сантиметрах от моей башки, — рявкнул Саша.
— Но она тебя не задела, — теперь уже в диалог вступил Аид, — я знал, куда стреляю, ты ведь помнишь, что я не промахиваюсь.
Саша кивнул.
— А джип, что вышвырнул меня на встречку? — поинтересовался Саша, так спокойно, будто действительно поверил в то, что говорил брат.
— Это не мы, — ответил Аид, — джипы вообще не наши были, тут мы облажались.
Саша напрягся еще сильнее, рука, покоившаяся у меня на талии, ощутимо ее сжала. Весь этот диалог казался каким-то театром абсурда. Что значит — это не они? А кто?
  
Глава 31
 
— Допустим, но если в том доме сегодня были не твои люди, то чьи? — глядя прямо в глаза брату, задал вопрос Саша, правильный вопрос. Если сегодня по мою душу пришли не по приказу Графа, то из этого следовало только одно — за мной охотится кто-то еще.
— Она нужна Забарскому, — с нескрываемой ненавистью выплюнул брат, его тон отчетливо говорил о том, что с этим Забарским у него свои счеты.
— Забарский? — за все это время, Демин впервые подал голос, ему эта фамилия была известна, а вот на лице Саше было явное недоумение, он не понимал о ком идет речь, впрочем, как и я, — я думал он давно свинтил за кордон.
— Все так думают, — усмехнулся брат, — никуда он не уезжал, но хорошо прячется, я его больше года найти не могу.
— Может мне кто-нибудь объяснить, кто такой Забарский? — спросила я.
— Очередной авторитет в преступных кругах, — высказался Аид, — мой бывший начальник и редкостная мразь, — он поморщился от отвращения, будто сама мысль об этом человеке была ему крайне противна.
— И что ему от нее нужно? — Саша продолжал говорить с Графом.
— Я обо всем расскажу, — пообещал брат.
— Думаю, нам стоит все это обсудить в более удобной обстановке, — Дима покосился на толпу людей в доме, — предлагаю проследовать в мой кабинет.
Никто не возражал, охрана с обеих сторон осталась ждать внизу, лишь Аид неизбежно последовал за своим хозяином. Даже в кабинете Аид предпочел кожаному дивану, холодную стену, облокотившись на нее и скрестив руки на груду, он встал точно за спиной Графа, который тем временем удобно расположился в кресле. В кабинете стояла тишина, никто не решался заговорить первым. Возникшее молчание давило и угнетало, в конце концов я не выдержала.
— Может начнешь говорить? — обратилась я к брату сверля его взглядом.
Я все еще была зла на него, да что там, я была в бешенстве. Он даже не смотрел на меня больше, будто я совершенно ничего для него не значу, я, его родная сестра. За столько времени он ни разу не появился, не дал о себе знать, оставил меня с отцом, который умудрился меня продать, а теперь объявился, зачем?
Леша перевел на меня потухший взгляд, на лице снова возникла усмешка.
— Почему за мной охотятся, Леша? — уже спокойнее спросила я, — что им от меня нужно?
 
— Потому что я облажался и показал, что даже у Графа есть слабость, — он отвел взгляд и некоторое время просто молчал, — ты нужна Забарскому, чтобы надавить на меня или окончательно сломать, — холодно добавил брат.
— Что. что значит окончательно сломать? — слишком странно звучала эта фраза, непохож был Граф на того, кого могли сломать, мне даже братом его сложно было называть, не Лешка сейчас передо мной, а именно Граф.
— Ты последнее, что осталось в моей никчемной жизни, — признался он и мне стало мне по себе. Он продолжал смотреть куда-то в пустоту, будто находился где-то далеко отсюда, — я старался уберечь тебя, как мог, Лисенок, но сам в результате и подставил под удар.
-Я ничего не понимаю, Леша, — выдохнула и снова вперилась взглядом в брата, — что вообще с тобой произошло?
— Я полюбил, — как-то надрывно произнес он, будто сама мысль об этом причиняла ему адскую боль, сейчас я видела в его голубых глазах тоску.
— Она тебя бросила, и ты решил податься во все тяжкие? — съязвил Саша, которого, казалось, вся эта ситуация уже порядком раздражала. С одной стороны, я его понимала, он несколько недель гонялся за Графом, а сейчас Леша сидит перед ним и не спешит объясняться, а с другой, я видела, как сложно брату давались слова и что-то мне подсказывает, что дела обстоят намного хуже, чем просто разбитое сердце.
— Она умерла, — сухо ответил Леша, не реагируя на выпад Саши, — ее убили.
— Значит, это действительно месть? — спросил Дима. Я перевела на него непонимающий взгляд. Какая еще месть, о чем он вообще?
— Месть, — кивнул брат, в отличие от меня он прекрасно понимал, что Дима имеет в виду.
— Весьма жестокая, — заметил Дима.
— Недостаточно, — гневно выплюнул брат, — просто сдохли раньше, чем я планировал.
После этих слов я окончательно перестала понимать, о чем говорят эти двое, взглянула на Сашу, тот растерянным не выглядел, видимо, я единственная, кто ничего не понимал в этом разговоре. Какая месть? Кто сдох?
— Может ты начнешь с самого начала, — не выдержала я и гаркнула на брата, — потому что я ни черта не понимаю! Ты появляешься спустя столько времени, живой и здоровый, а потом выясняется, что ты ко всему еще и один из самых опасных головорезов города.
Леша слегка поморщился, кажется, я сама не заметила, как перешла на крик.
— Четыре года назад я встретил девушку, — начал он, — влюбился, жениться на ней хотел, только я был не единственным претендентом, — усмехнулся Леша, вынул из кармана пачку сигарет и посмотрел на Демина, будто спрашивая разрешения, тот в свою очередь кивнул и подвинул ближе пепельницу. Было странно видеть Лешу таким, раньше он на дух не переносил запах табака и от сигарет, как от огня шарахался.
— Ее захотел один очень влиятельный криминальный авторитет, — продолжил Леша, — захотел и взял, как вещь, женой своей сделал и запер в золотой клетке.
— Я так понимаю, речь о бывшей жене Забарского, погибшей почти три года назад? — спросил Дима и Леша кивнул.
— Она моей была и меня любила, — снова заговорил Леша, затушив сигарету, — я пообещал ей, что вытащу ее, — он снова тяжело вздохнул, — когда он вынудил ее стать его женой, я поклялся себе, что заберу ее. Три с половиной года назад я сменил имя, стер все существующие данные об Алексее Стрельцове, избавился ото всех документов, в которых хоть как-то фигурировало мое имя и создал себе две новые личности.
— Две? — переспросила я.
— Две, — кивнул Леша, — Воронцова я создал, чтобы беспрепятственно уехать из страны, когда заберу Леру, а под вторым именем устроился работать к Забарскому, люди с моими навыками в его деле были на вес золота, естественно его служба безопасности не нашла ничего, что препятствовало бы моему трудоустройству, — ухмыльнулся Леша и вынул из пачки второю сигарету, — я втерся к нему в доверие, был вхож в его дом, так я мог быть ближе к Лере, так мы могли быть вместе. Я полгода готовил план, создал ей новую личность, подготовил новые паспорта для тебя и Леры.