Рожденный, чтобы жечь! (СИ)

— У меня к тебе серьезный вопрос, — произнес Борис. — Что думаешь насчет того, чтобы забрать малого с собой?
— Ты такой смешной, Боренька, — искренне улыбнулась Лена. — Наташа была права, когда говорила про твоё чувство юмора.
Расстроенный Борис отвернулся от этой парочки. Надежда на то, что ему удастся избавиться от малыша, угасала с каждой секундой.
Но нет. Ему придётся дальше мучиться с ним, усложнять и без того сложную жизнь и мешать делать дела.
  
Когда пришла очередь укладывать карапуза, началась новая череда проблем.
— В корзинку? — Лена была искренне удивлена услышанному. — Что, неужели у твоего племянника нет своей кроватки? Борь, так нельзя!
— Подкидыш, — парировал он. — А что не так-то?
— Так это для спинки вредно. Да и ребенку нужно пространство. У меня есть знакомая, если вам нужно…
— И что она? — Заинтересовался Борис. — Ребенка ищет?
— Да нет же! — Снова рассмеялась Лена. — Кроватку продает. За дешево.
Борис не хотел тратиться на такую ерунду. Денег и так было в обрез, а тут ещё непредвиденные траты. Но Наташа встала на сторону Лены. А значит её уже не переубедить…
— Борь, ну что тебе стоит? Это же для ребёнка! Тем более Лена вон сама предлагает связи. Не будь таким букой, а? — наседала Сестра.
Боря скривился, но спорить не стал. В конце концов, если кроватка действительно почти даром, то можно и посмотреть. Лишь бы этот спиногрыз перестал орать и дал ему нормально жить.
Да и потом, когда он найдет способ избавиться от малого, кроватку можно будет продать подороже. Деньги вернутся в родной карман.
Лена пробыла у них до вечера. Играла с малышом, рассказывала о книгах, о библиотеке, о своей любви к чтению.
Боря слушал вполуха, больше залипая в одну точку и даже немного подремал с открытыми глазами.
Когда Лена ушла, он, обрадовавшись, тут же рванул в свою комнату, но был перехвачен сестрой.
— Кровать, Боря, — холодно произнесла Наташа, — потом сон. Не думай, что я забыла.
Боря вздохнул, понимая, что от Наташи так просто не отделаться. Скрепя сердцем, он позвонил знакомой Лены и договорился подойти по адресу через полчаса.
— Мелкий террорист, — бубнил себе под нос Борис, шагая по улице. — Надеюсь, я хоть высплюсь завтра. Но если что, — он посмотрел на спящего младенца, — я выставлю тебя на балкон вместе с этой кроваткой!
Зайдя в обшарпанный подъезд по нужному адресу, Боря поднялся на третий этаж. Дверь открыла полная женщина с уставшим взглядом, копной неубранных волос и огромной родинкой на подбородке.
Она представилась Ольгой и сразу провела его в детскую комнату. Там, в углу, стояла кроватка, покрытая слоем пыли.
— Вот, смотрите, — Ольга махнула рукой в сторону кроватки. — Состояние, конечно, не ахти, но для малыша, сойдет. Матрас есть, но его лучше выкинуть, честно говоря.
Боря осмотрел кроватку. Дерево было местами потрескавшимся, краска болотного цвета облупилась, а на бортиках виднелись следы зубов. Но в целом конструкция казалась крепкой.
— Ладно, берем, — вздохнул Боря. — Сколько с меня?
Ольга назвала смешную цену, почти символическую. Боря заплатил и…
— И как мне её тащить?
Пришлось её полностью разбирать, чтобы хоть как-то утащить в одной руке. Во второй-то была корзинка.
* * *
Ещё сквозь сон я слышал, как Борис недовольно ворчал, мол, устал тащить корзину и разобранную кроватку в обеих руках. Меня подняли, я открыл глаза и увидел это убожество…
Кровать, купленная для меня, была безвкусным исчадием! Цвет — болотный, с какими-то коричневыми крапинками. Всё в пятнах! Не сложно было догадаться, чьих.
Я попытался вырваться, но мои конечности были ещё слишком слабыми и неуклюжими. Всё, что я мог, это вертеть головой и разглядывать этот кошмар.
Неужели это моё пристанище на ближайшее время? — подумал я с ужасом. — Неужели мне придётся провести здесь месяцы, а может, и годы?
Боря, видимо, заметил моё недовольство:
— Хорош дёргаться. А то скотчем обмотаю.
Он попытался меня уложить в эту жуткую кроватку, но я, протестуя, начал кричать. Мой крик был, конечно, ещё не таким мощным, как у взрослых, но вполне достаточным, чтобы выразить своё негодование.
Боря сделал вид, что не слышит меня, а потом еле слышно пробормотал.
— Спать пора. Ума не приложу, как я с тобой в школу в понедельник пойду…
  
Глава 6
 
Воскресенье выдалось спокойным. Несмотря на то что мне не нравилась кроватка, запах от неё, а больше всего — я нашел во всем этом свои плюсы. Для меня это была дополнительная мотивация для кача и развития.
Я напрягал мышцы до изнеможения, а после этого пытался переместить предмет силой мысли. И, кстати, получилось. Не всегда, но получалось.
Хоть тело младенца всё равно было непригодным для моих планов, я не оставил попытки пользоваться тем, что уже выучил. Огонь, кстати, так больше и не получился, но вот погремушки над собой можно было подергать.
Сосредотачиваясь на раздражающем зеленом орке, на тонкой веревочке, я пытался его расплавить. Понимая, что ничего не получается, начал покачивать его.
Игрушка была жуткой. Она напоминала мне Борю. Даже, я бы сказал, что они очень похожи. Так что, я вымещал на нём всю злобу.
После удачной попытки тут же вырубился. Силы покинули моё маленькое тельце.
Когда я вновь открыл глаза. Мир вокруг оставался прежним: раздражающая кроватка, мерзкий запах и этот зелёный урод, болтающийся над головой.
Сон не принёс облегчения, лишь оставил ощущение бессилия и раздражения. Я вспомнил, что-то о своей прошлой жизни. Только вот… блин, что?
Фрагменты памяти вроде всплывали в каждый мой отдых, но вот запомнить что-то конкретное не всегда удавалось.
Я снова сосредоточился на орке. Нужно было хоть что-то делать. Беспомощность сводила с ума.
Медленно, очень медленно, я начал раскачивать игрушку, разгоняя амплитуду. Маленькие ручки дрожали от напряжения, но я не сдавался.
Злость подпитывала меня, давала силы. Не получилось. Я пукнул от досады, и снова провалился в сон.
Проснулся от громкого плача. Голос был противным и настойчивым. Я не сразу понял, что это я сам.
Голод? Отчаяние? Не знаю. Но звук, который я издавал, меня раздражал. Я затих, пытаясь понять, чего именно хочу. Хотелось тишины. Хотелось… контроля.
Собрав остатки сил, я попытался перевернуться на бок. Получилось. Медленно, с трудом, но получилось. Увеличенное пространство в кроватке, видимо, тоже пошло на пользу. Права была Лена.
Я закрыл глаза и представил себя снова взрослым. Сильным. Властным. И эта мысль придала мне сил. После чего я уснул.
Проснувшись, качался дальше. Дважды описался, как бы это ни было неприятно. Три раза обкакался. Видимо от натуги. Попил молока, рыгнул и продолжил дальше раскачивать магию в себе.
В какой-то момент я почувствовал легкое покалывание в кончиках пальцев. Сосредоточился на этом ощущении, пытаясь его усилить, направить.
Представил, как крошечные искорки энергии сплетаются в нити, тянутся от меня к зеленому орку. Веревочка дрогнула, едва заметно, но я это почувствовал. А потом раздался тихий щелчок, и игрушка упала мне на лицо.
Ошарашенный, я уставился на нее. Внутри что-то ликовало.
Получилось! Пусть это всего лишь порванная веревочка, пусть мелочь, но это был первый реальный успех. Я снова посмотрел на веревочку, теперь уже валяющуюся рядом, и снова попытался.
Ничего. Полный ноль. Видимо, магия работает как-то импульсивно, непостоянно. Нужно было разобраться.
Но я не успел. В комнату вернулась Наташа. И увидев моё озадаченное лицо, вдруг решила, что я расстроен падением игрушки.
  
Вернула её, блин, обратно!
Спасибо…
Вечер подкрался незаметно. Я продолжал свои упражнения, стараясь не обращать внимания на липкое ощущение подгузника. Зеленый орк, все еще висевший надо мной, стал своего рода спарринг-партнером.