Главный наследник НЕ скрывает свою силу. Том 4 (СИ)

Он нервно усмехнулся.
— Похитить королеву? Я почти не удивился, услышав это. Когда говоришь с Йошидой, чего-то такого и нужно ожидать.
Великолепно. Вульф опёрся о стену; в голове зияла полная пустота.
— Так ты предлагаешь просто торчать здесь и ждать его? А если эта королева появится раньше, что тогда?
— Не-а, — отозвался Данко. — Я предлагаю двигаться дальше и делать то, зачем пришли.
— Что?!!
— Просто представил, — хмыкнул тот. — Представил, как Йошида появится здесь, вернувшись оттуда, где бы он ни был — не знаю, может, верхом на жирафе, а может, в костюме аквалангиста, это он может — и недовольно заметит, что мы в его отсутствие просто время зря теряли, хотя могли бы и делом заняться.
— Предлагаешь идти… туда? Без него?
— Дорогу мы знаем, — Данко кивнул на последний портал — тот, который, по словам Игната, вёл в подвал основной резиденции британской королевы.
— С ума сошёл? — Вульф еле удержался от того, чтобы покрутить пальцем у виска. — Без Йошиды, крохотным отрядом… ты планируешь обойти всю охрану и похитить английскую королеву из её собственного дворца?
— Так сделал бы Йошида, — заметил Данко; на его лице играло какое-то странное выражение, будто он сам хотел узнать, способен ли он на то, что предлагает. — «Не защищаться, а атаковать первым».
Это что для него, игра какая-то?
— Ты не Йошида! — Вульф взмахнул руками. — И я не он!
— Ну, он ведь взял нас с собой для этой миссии? — Данко снова пожал плечами.
Чёрт. Похоже, безумие заразно…
— У тебя есть какой-то план? — сердито уточнил Вульф. — Или ты просто собираешься поиграть в сорвиголову, рискуя всем?
— Ну, — отозвался Данко, решительно подходя к нужному порталу и останавливаясь в двух шагах от него, — для начала разведаем обстановку, так?
…Боже, как хочется вернуться в цирк. Настоящий, с клоунами, фокусниками и злыми, голодными тиграми.
* * *
Наверное, это смотрелось даже комично — суровые дюжие парни с автоматами, одетые в красную форму с логотипом лапшичной, подмигивающим мультяшным самураем. Нет, правда, почему они так одеты?
К сожалению, ответить мне бравые азиатские официанты не пожелали; им понадобилось секунд десять, чтобы осознать произошедшее, но они уже взяли себя в руки. Миг — и зазвучали автоматные очереди.
…наверное, если и существует самая идиотская тактика, которую можно придумать, то вот эта — встать полукругом и стрелять в одинокую цель. Судите сами. Слабый враг не нуждается в таких ухищрениях — ему хватит и чего попроще. А сильный враг… Ну, здесь лучше продемонстрировать наглядно.
Щупальца замелькали в воздухе с невероятной быстротой, не останавливаясь; я и сам не стоял на месте, уклоняясь от пуль. Конечно, стоя под массированным обстрелом, невозможно полностью укрыться от попаданий, но мне это и не требовалось. Вертящиеся, как лопасти, теневые щупальца ловили пули — и с той же силой запускали их обратно.
Извините, у меня возврат.
Очередная пуля чиркнула у меня над самой головой; я пригнулся и поймал ещё десяток. Со стороны японских автоматчиков-лапшеедов зазвучали крики боли; тактика работала. Я старался запускать пули обратно таким образом, чтобы не убивать их, а лишь надёжно выводить из строя…
А, кого я обманываю. При таком темпе и с таким количеством врагов я не задумывался о том, куда именно полетят пули. Ну да если кого и прибьёт насмерть, то потеря невелика.
В какой-то момент я вспомнил, что в помещении, кроме меня, есть ещё Голицын, и понадеялся, что ему хватит ума и навыков защититься от шальной пули. Я обернулся проверить, что с толстяком; щупальца продолжали вертеться вокруг меня.
Что ж, пули в Голицына действительно не попали, но вот всё ли с ним было в порядке?.. Тёмный Мастер привстал на цыпочки, округлил глаза, и вообще взирал на происходящее с таким видом, что, казалось, вот-вот начнёт восторженно хлопать в ладоши. Как будто ребёнок на ёлке.
Как всё-таки легко обрадовать некоторых.
— Голицын! — крикнул я. — Уйди с позиции и не стой столбом! Прикройся каким-нибудь магическим щитом!
 
Прыжок — и щупальца резко подняли меня вверх; здесь даже перенаправлять ничего не пришлось — стоявшие с двух сторон от меня японцы попали друг в друга.
— Я… я в порядке! — завопил в ответ Голицын. — Просто я потрясён тем, что вы делаете! Это подлинное удовольствие — наблюдать вживе мастерство такого уровня. Конечно, я не сомневался в вас, Великий Мастер, но то, что вы делаете, это даже прекраснее самых смелых моих ожиданий!
— Кхм-кхм, — заметил я, щёлкая пальцами. — Спасибо, конечно, я тронут и всё такое, но, может быть, ты всё же закроешься от пуль?
На какое-то мгновение мой костюм завибрировал от щелчка; затем из множества карманов начали вылетать, один за другим, столовые приборы из проклятого набора. Ложки, вилки, ножики — все они изголодались по крови и чуть дрожали от переполнявшей их тёмной энергии. Взмахнув рукой на манер дирижёра, я отправил их вперёд, в сторону врагов, которых, хоть и поубавилось, всё равно оставалось достаточно много.
— Спасибо за заботу, Великий Мастер, я уже! — с совершеннейшей беспечностью отозвался Голицын. — От этих лапшичных якудза из «Саму-рамена» закрыться несложно, они со своим обычным огнестрелом не угроза для кого-нибудь вроде меня, я уже не говорю про вас. Но просто… само то, как вы это делаете, не может не восхищать меня, честное слово. Безупречный стиль, шикарное исполнение, безукоризненная чистота мастерства…
Ладно-ладно, согласен, посмотреть толстяку было на что. Ложки и вилки кружились вокруг в подобии броуновского движения, и каждая находила свою цель. Одна за другой, автоматные очереди стихали — вот один японец отлетел к стене, сбитый десертной ложечкой; вот нож для салата воткнулся в голень другому. Вот…
Расширив глаза в благоговейном изумлении, Голицын протянул руку — и выхватил одну из ложек из стремительного, сверкающего металлом вихря.
— …о, Тьма! — прошептал он, не веря самому себе. — Но… почему?
Он поглядел на меня с какой-то поистине детской верой в чудо.
— Великий Мастер… Я чувствую заключённую в этом предмете Тьму, я буквально ощущаю, как она течёт сквозь меня. Чистая, необработанная сила, способная на необычайные свершения… но, Великий Мастер, почему же она заключена в такое, ээээ, неожиданное вместилище?
Я задумчиво поглядел на дёргающуюся ложку в его руках; до меня дошли три важных момента, не сразу осознанные в неразберихе драки.
Первая. Голицын достаточно силён, чтобы выдернуть ложку из потока и удержать её в руке, а это, знаете ли, далеко не каждому под силу.
Вторая. Голицын, кажется, назвал этих ребят как-то… лапшичные якудза из «Саму-Рамена», так, вроде? Просто прочитал на коробке с лапшой, или знает о них чуть больше?
И третья. Голицын, по сути, прав: эти ребята в красных нарядах официантов лапшичной — не те, с кем можно сражаться долго, красочно и эпично. Зачем я вообще это делаю?..
Зачем-зачем. Затем. Будем честны: я делаю это потому, что мне это нравится.
Но, в целом, повеселились и хватит.
Я взмахнул сразу двумя руками; ложки и вилки, рванувшись вперёд, каждая к своей цели, нанесли по одному синхронному оглушающему удару, помещение огласилось мелодичным металлическим перезвоном… и всё стихло.
Нет, не всё; один из врагов ещё слабо шевелился, постанывая. Последний удар крохотной чайной ложечкой успокоил и его.
Вот теперь — действительно тишина.
— …это. Было. Нечто.
Голицын не дал тишине застояться, выдохнув свои восторги мне прямо в лиц.
— Великий Мастер! — он глядел на меня буквально влюблёнными глазами. — Простите мне мою несдержанность, недостойную опытного мага…
— Кхм, — кивнул я.
— …но такая фантазия в решениях, такое изящество исполнения…
Он вгляделся в ложечку, которую всё ещё держал в руке.
— Как ты понял, что это именно тёмный артефакт? — уточнил я. — Это ведь могли быть обычные столовые приборы, зачарованные на один раз.