Палочники (ЛП)

- Дождь. Грязь. Следы.
- Вы поняли, сэр. Это было идеальное место преступления, если говорить об остаточных доказательствах. Преступник оставил идеальные скрытые следы, ведущие в склад и из него. Но знаете, что нашли наши специалисты, агент Одентон?
- Я почти боюсь спрашивать, - ответил Гарретт.
- Они нашли рисунок подошвы обуви, выпускаемый американским производителем теннисной обуви под названием Stompers. Хотите узнать кое-что еще?
  
Гарретт пристально посмотрел на майора.
- Размер обуви был шесть с половиной, - закончил Шоу.
Гарретт был ошеломлен этой шокирующей информацией.
- Шесть с половиной, - пробормотал он. - Господи Иисусе. Это размер детской обуви...
 ГЛАВА 10 
Сон...
Но вся жизнь была сном.
Его настоящее имя было Сандерс, хотя на протяжении всей своей карьеры он использовал множество псевдонимов. И он был известен в самых темных лабиринтах тайных операций под таким же количеством "шифров": SR / POINTER, TP STOLE, MH CHAOS. Его последний шифр, ровер, был тем, который закрепился: QJ / WYN.
Во сне он убивал детей, потому что дети в Юго-Восточной Азии были такими же смертоносными, как Вьетминь и Вьетконг. Он рубил их примерно с пятидесяти ярдов из старинного немецкого пулемета MG-42, части инвентаря Ваффен СС, который был предоставлен Сталину после Второй мировой войны. Советы использовали это старое, но всегда надежное оружие, чтобы скрытно вооружить коммунистических повстанцев во Вьетнаме, когда Хо Ши Мин похоронил французов в Дьенбьенфу. Оружие за силу.
Но это был не Вьетнам, это был Лаос 1961 года. Подразделению Сандерса не нужно было ждать еще восемь лет секретного разрешения Никсона на бомбардировки и вторжения через границу Лаоса. Сандерс получал приказы от Управления операций в Восточной Азии ЦРУ. Тогда он был молод и патриотичен, и его приказы были его миссией. Кеннеди и МакНамара отказались увеличить военную помощь, поэтому задачей Сандерса было найти эту помощь где-то еще. Сохраняя открытыми маршруты поставок героина из Лаоса в Сайгон, десять процентов валовой прибыли компании покупали много оружия и боеприпасов для Армии Республики Вьетнам.
Остановить угрозу мирового коммунизма было важнее, чем несколько горсток крестьянских детей, многие из которых и так были саперами для вьетконговцев. Сандерс видел это слишком много раз. Кроме того, обрабатывать детей как беженцев было бы слишком рискованно. Слишком много вопросов будет задано и слишком много ответов дано.
На войне люди гибнут. Дети гибли. Сандерс не виноват, что мир был таким несовершенным.
Поток пуль, выпущенных ловкими очередями по шесть патронов, разорвал шеренгу детей вместе с их тремя взрослыми учителями. В деревне не было мужчин; все они теперь были в поле, помогая вьетконговцам прятаться. Когда дым рассеялся, большинство детей лежали мертвыми, взорвавшимися, как маленькие мешочки с кровью. Но некоторые все еще дергались жизнью.
Вот тогда Сандерс приказал остальной части своей команды добить раненых и сжечь деревню, и...
И когда он проснулся, он был почти на сорок лет старше. Он вел в основном ночной образ жизни, он спал днем. Теперь он лежал без сна в кровати мотеля, зарегистрированный под вымышленным именем, которое было невозможно отследить. Два часа сна дважды в день - все, что требовалось его тренированному метаболизму, даже после всех этих десятилетий.
И после всех этих десятилетий принципы жизни на самом деле не изменились. Когда что-то угрожало помешать или осквернить эти принципы, люди должны были умереть.
Иногда и дети.
* * *
Гарретт наконец нашел пачку сигарет в военном магазине, но едва ли почувствовал пикантный удар никотина, когда сделал первую затяжку.
"Детский размер, - думал он снова и снова. - Отпечаток детской кроссовки..."
Пока солнце припекало его спину, Гарретт сидел и курил на выступе цементной стены, которая опоясывала батальон передислокации арсенала Эджвуда: ряд дешевых, но блестящих хижин Квонсета, расположенных на западном краю поста. Здесь не хранилось никакого оборудования, только файлы обработки и местонахождения, сотни тысяч, без сомнения.
Гарретт ждал человека, отвечающего за всю эту бумажную работу.
Он посмотрел на фотографию персонала из файлов, которые ему дал Свенсон. Удивительно молодой парень с сияющими глазами и сердечной улыбкой. Старший уорент-офицер третьего класса.
Очевидно, Свенсон передавал факел протектората молодым людям, поскольку старые члены "Великолепной дюжины" умирали от естественных и не очень естественных причин. Гарретт задавался вопросом, сколько еще таких факелов было передано?
Как раз когда Гарретт затушил третью сигарету ботинком, человек, которого он искал, быстро вышел из здания, направляясь на парковку.
Гарретт подошел сзади.
- Вы старший уорент-офицер Убель?
Убель повернулся, сразу же заметив гражданскую одежду Гарретта.
- Верно, если только меня просто понизили в должности, и мне никто не сказал. Кто вы?
- Вы знаете, что Урслиг, Фаррелл и генерал Свенсон мертвы? - спросил Гарретт.
Лицо Убеля потемнело.
- Извините, сэр. Я никогда не слышал о людях, о которых вы говорите.
- Вы уверены? Все они были убиты в течение последних нескольких дней. Их застрелили.
Убель продолжал необходимый метод-акт неподтверждения.
- Извините, сэр. Вы, должно быть, принимаете меня за кого-то другого. Я не знаю никого с такими именами.
- Ну, может быть, вот имя, которое вы знаете. Икар.
Убель запнулся.
- На самом деле, я понятия не имею, о чем вы...
Гарретт схватил Убеля за руку.
- Позвольте мне кое-что рассказать, мистер Убель. Там, в Вашингтоне, у меня есть друг, который сейчас кое-что исследует. Это то, что мне дал мой дорогой друг генерал Свенсон. Хотите узнать, что это такое?
Убель уставился на него, и краска с его лица сбежала.
- Это часть скелета инопланетянина, который был найден в апреле 1962 года недалеко от авиабазы ​​Неллис, - закончил Гарретт.
Убель потер лицо, его начало терзать беспокойство.
- Пойдем. Нам лучше отправится в безопасное место, чтобы поговорить.
* * *
- Так ты тот парень, которого послал Свенсон?
- Да, - ответил Гарретт, закуривая сигарету.
- Но ты же не военный. Что, из ФБР, как Урслиг?
- Не спрашивай, - сказал Гарретт, выдыхая дым.
Что он мог сказать?
"Я журналист таблоидов. Я пишу для журналов для дураков".
Гарретт сидел на пассажирском сиденье машины Убеля, оливково-зеленого армейского седана. Убель вывез их из служебных секторов базы, довольно далеко, и припарковался на отдаленной грунтовой дороге, на вершине склона возле леса. Солнце наконец начало садиться, оранжевый расплавленный свет капал за деревьями.
- Свенсон знал, что теперь, когда Урслиг и Фаррелл исчезли из виду, вам понадобится помощь, - объяснил Гарретт.
- Тогда ты также должен знать о Сандерсе, - предположил Убель.
- Ублюдок даже не был настолько любезен, чтобы позволить раку забрать Свенсона. Но я знаю только часть истории. Разве Сандерс не был частью группы?
Убель тупо смотрел на деревья.
- Что-то вроде того. Изначально группа состояла из нескольких человек из "Великолепной дюжины".
- Но когда они вымерли, Свенсон набрал замену, - подумал и сказал Гарретт.
- Правильно. Например, Фаррелл, судья. И Джек Урслиг, - подтвердил Убель. - Я тоже был заменой. Парень передо мной, хочешь верь, хочешь нет, был бывшим председателем Совета национальной безопасности. Свенсон лично подбирал замену.
  
- Так что же случилось с Сандерсом? - спросил Гарретт. - Почему он стал ренегатом? Он сошел с ума?
- Нет, ничего подобного. И он не стал ренегатом. Он тоже был первоначальным членом, своего рода офицером безопасности. Он просто перешел на другую сторону, и мы даже не знаем, кто другая сторона.