Будет больно (СИ)
— Господину не здоровится? — водитель взволнованно покосился на Дже в зеркало заднего вида. — Может, остановиться?
— Все в порядке, — приоткрыв окно, Юнхо мягко погладил помятые пальцы саба. — Нас пригласил Такихиро. Когда я разрешу, ты в очень любезной форме… только не перебарщивай!.. в любезной форме поблагодаришь его. Вряд ли мы появимся в его клубе еще раз.
— Почему?
— Тебе там не понравится.
— Это вы тоже за меня решили, хозяин?
Юнхо улыбнулся. Доброй и понимающей улыбкой старшего брата.
— Тридцать. Ударов. Стеком, малыш.
========== Часть 19 ==========
— А эро-старик кто? Топ?
Такси застряло в пробке. Джеджун успокоился, подышав свежим воздухом и глотнув водички, за которой услужливо заехали в супермаркет. Поглядывая на разношерстную публику, Ким закутался в куртку и начал думать-гадать, что его ожидает. Юнхо копался в телефоне, и, заглянув украдкой, Дже увидел, что тот строчит Нокамуре.
— Свитч*.
— Кто?!
— Детка, учи английский, — пожурил питомца Юнхо, сунув телефон в карман. — Свитчи могут быть как сверху, так и снизу.
— Ого!
— Ну, скажу тебе, это весьма неординарные люди. Мало кто может получить удовольствие от, скажем, плети. Потом отдохнуть, встать и отходить этой же плетью партнера. Обмен властью.
Джеджун задумчиво помолчал, потом выдал гениальную мысль.
— Получается, что это ассимиляция наклонностей доминанта и сабмиссива, мазохизма и садизма, Инь и Янь, два начала, составляющее единую суть. Разве это не гармония «Темы» в самом ярком ее проявлении?
Юнхо с изумлением воззрился на парня, на его лице было написано восхищение.
— Дже, это было потрясно, красиво и вполне зрело! Но знаешь, что самое сложное в умозаключении?
— Что?
— Поверить в него, донести до другого и, в конце концов, не позволить себя переубедить. Ибо я о них противоположного мнения. Лично я считаю, что эти парни просто теряют ориентиры, не знают, что им нужно, поэтому и мечутся туда-сюда. Возможно, они начали с простого любопытства или аппетиты поменяли с возрастом. Не важны причины, в принципе, но с уверенностью могу сказать, тематики не слишком жалуют свитчей.
— Но ведь такой человек лучше знает, как нанести удар, потому что убедился на личном опыте.
— Хороший удар я определяю по голосу моего саба, — хмыкнул Юнхо, потом подразнил Дже. — Уж не захотелось ли тебе поменяться со мной местами?
— Нет, — твердо покачал головой Ким.
— Я бы никогда этого не позволил. Но твоя теория свитча как этакого венца эволюции БДСМ вполне жизненна и интересна.
На пару минут в салоне воцарилась тишина. Заприметив на улице двух девчонок в ультракоротких юбочках, надетых, несмотря на мороз, Ким повернулся к мужчине.
— Хозяин.
— М?
— Тематика можно купить?
— Поясни.
— Ну, снять, как проститутку.
— Каждый зарабатывает, как может, — Юнхо равнодушно оглядел девчонок и отвернулся. — Хотя я не знаю ни одного, кто бы банчил этим. Плеть, каблуки, чулки и латекс сейчас модная атрибутика поп-культуры. Согласись, это сексуально. Многие пытаются играть, совершенно ничего не понимая в «Теме». Пошлепать или завязать глаза, чтобы трахнуть кого-то — это не БДСМ, а всего лишь элементы, робкие и даже жалкие. И ладно, если все благополучно завершится, а то ведь идиотам вздумается связать жертву, а потом бедняге приходится ампутировать конечность из-за гангрены. Слава богу, такие случаи скорее исключение. Когда ваниль в поисках новизны заказывает госпожу или согласного на все сабмиссива, приезжает любитель с дюжиной атрибутов или обычная проститутка, за деньги готовая на фистинг. Все с ума посходили, все ищут умного, богатого, сексуального мистера Грея, который превратит их жизнь в сказку.
— Мистера Грея? — Дже мигом превратился в озорного мальчишку, который ткнул пальцем в мужчину и заулюлюкал. — Вы смотрели «50 оттенков»! Аха-ха-ха-ха!
Юнхо улыбнулся, глядя в окно, а его питомец продолжал заливаться смехом. Наконец, машина подъехала к неприметной коробке здания. Джеджун выбрался на улицу, передернул плечами, ощущая робость перед неизвестным. В отличие от клубов, которые он посещал с корешами, здесь было пустынно, он бы ни в жизнь не догадался, посчитав, что это один из пустующих офисов. Дже огляделся, выдохнул облачко пара.
— Замерз? — расплатившись с таксистом, к нему подошел Чон.
— Нет.
— Нет?
— Нет, хозяин.
— Малыш, помнишь, что я тебе говорил? Я ожидаю от тебя абсолютного послушания и подчинения. В свою очередь гарантирую твою безопасность и анонимность. — Дже с удивлением ахнул, когда ему на лицо опустилась маска, практически такая же, как та, что скрывала его личность в галерее Накамуры. Единственным отличием было то, что рот и подбородок не были прикрыты, оставляя возможность покушать или выпить. Следом за маской из объемного кармана парки мужчины появилась цепь. Юнхо неторопливо расстегнул куртку парня, потом рубашку, добрался до ошейника и пристегнул Дже. — Ни шагу в сторону, ни звука, глаза — строго в пол. Не оборачивайся, даже если тебя кто-то заденет. Твои слова?
— Красный, чтобы притормозить, Сеул, чтобы остановиться, — торопливо ответил Дже.
— За мной.
Юнхо развернулся и пошел в темный переулок, дернув цепью. Ким поспешил следом. Миновав здание, парочка пошла дальше. Джеджун вертел головой, оглядываясь и не понимая, куда они идут и как далеко вообще этот таинственный клуб. Он начинал чувствовать себя идиотом, бегающим на поводке и в маске посреди города.
— Хозяин?
— Ни звука.
Здание, у которого они вышли из такси, осталось далеко позади. Тишину нарушал только хруст снега под ногами и дыхание. Юнхо шестым чувством ощущал нарастающую нервозность питомца, ускорил шаг. Навстречу прошли несколько человек, быстро и молча, хотя Дже показалось, что они с любопытством оглядели его.
— Хозяин! Умоляю, снимите цепь.
— Это моя защита, детка. И символ того, что ты уже принадлежишь кому-то. Иначе тебя посчитают свободным сабом. Боюсь, облапанный, ты быстро забудешь вежливость и наживешь крупные неприятности. Но если тебе совсем не по себе, помни, все в твоих руках. Ты можешь остановить меня одним словом.
Джеджун стиснул зубы, молясь, чтобы они уже поскорее прибыли. И мольбы были услышаны. За ближайшим поворотом показалась железная дверь. Как в каком-то боевике на требовательный стук Чона выглянул квадратный амбал. Отвесив поклон и вежливое приветствие, он пропустил парочку внутрь. Оставив верхнюю одежду, они прошли дальше по коридору. Стены, пол и потолок покрывало одинаковое красное покрытие, напоминающее вельвет. По пути Дже приподнял мордочку, пользуясь тем, что в маске несильно заметно было, оглядывал огромные постеры с БДСМ моделями. Дальше они очутились в небольшом зале, где на двух столах распростерлись молодые японки. Любой желающий мог подойти и поиграть с ними, разнообразные инструменты висели здесь же на стене. Джеджун споткнулся, заглядевшись на них, пискнул, ощутив болезненный рывок цепи. И он поспешил дальше за хозяином.
Постеры сменили то ли гипсовые, то ли пластиковые ноги, торчащие из стены в самой пикантной позе — рогатки. Тут были и мужские и женские прелести, белые, мулаты и чернокожие. Дже рот открыл от шока, глядя на такой вот антураж. Почему-то он был уверен, что где-то дальше из стен торчат уже настоящие задницы, ожидающие наказания. Юнхо тем временем подвел его к лестнице. Уши уловили глухие биты музыки, раздававшиеся где-то из-под пола. Прежде чем спуститься вниз, доминант обернулся к Киму.
— Когда нас проводят к столу, встанешь за моим стулом.
— Слушаюсь, хозяин.
— Сегодня у них поркопати, но мы там присутствовать не будем. Если почувствуешь себя плохо, дай знать.
— Да, хозяин.
Ступенька за ступенькой оставалась позади, а сердце молодого человека прыгало, как сумасшедшее. Очутившись в огромном зале, Джеджун против воли уставился на феерию страсти, творящейся на сцене. Четыре девушки извивались в огромных стеклянных колбах, наполненных белесыми клубами дыма. Все были затянуты в черное, на головах их были противогазы. Столы, большие и маленькие, заполняли зал. Судя по одежде, среди гостей преобладали доминанты. У многих Дже видел треугольнички платков разного цвета, торчащие из нагрудных карманов. Из литературы, любезно предоставленной Юнхо, он знал, что каждый цвет соответствовал фетишу. Потому с гадливостью покосился на обладателей золотых и коричневых тряпок**.