Родина зовёт (СИ)

Она томно посмотрела на замершего Кристиана.
— Кто же еще будет защищать твоих рыцарей от такого злюки, как ты? А они у тебя такие милые.
Алексия плавно подошла к Кристиану, покачивая бедрами, и остановилась вплотную к нему.
— Я бы даже сказала — сладкие, так и хочется облизнуть. Вот только сбегают постоянно. А сейчас не получится.
И, вновь рассмеявшись низким, соблазнительным смехом, она поднялась на носочки и легко поцеловала Кристиана в щеку.
Не ожидавший такой выходки, Кристиан резко отпрянул.
— Алексия! Ты совсем с ума сошла? — Изинбек схватил жену за локоть и развернул к себе лицом. — Может, ты еще при всех ему отдашься?
— Прости, прости, медвежонок! — испуганно заморгала она и прильнула к нему. — Это была просто шутка, согласна — неудачная.
Изинбек несколько раз с силой тряхнул жену за плечи.
— Еще раз увижу тебя рядом с Рамиресом, клянусь, я прикончу вас обоих!!!
— Да-да, любимый, я сделаю все, как ты скажешь!
Алексия не на шутку испугалась, впрочем, Кайл её понимал. Тучный, мясистый и высокий Изинбек в гневе напоминал разъяренное чудовище.
Она поспешно выскочила из кабинета, боясь, что муж в порыве ударит ее.
Но его ярость была сосредоточена лишь на противнике.
— Все же твоя провинность слишком серьезна. Нужно преподать урок тебе, — хищно оскалился он, глядя на помрачневшего Кристиана. — И всем остальным. Думаю, прошлое наказание было слишком лояльным для такого проступка, поэтому добавить еще пятьдесят ударов кнутом. Исполнить не на военной, а на центральной площади города.
Губы Кристиана дрогнули. Он со злостью и досадой посмотрел вслед убежавшей Алексии и обреченно опустил голову.
— Увести его, — коротко распорядился Изинбек. — Пока мы будем искать Избранного, пусть посидит в карцере. Через два часа ведите его на площадь. Я хочу лично при этом присутствовать.
Совсем поникший Кристиан удалился в сопровождении двух солдат — крупных, с перекатывающимися под формой бицепсами.
— Тони, иди-ка, сюда! — окликнул маршал одного из них.
Люциан бросил в их сторону настороженный взгляд и нахмурился.
Заметив это, Изинбек вышел вместе с Тони из комнаты, закрыв за собой дверь.
Солдат приблизился к главнокомандующему, с выжиданием глядя на него.
— Вы, уж постарайтесь, чтобы эти два часа, которые наш красавчик проведет в карцере, запомнились ему на всю жизнь, — еле слышно попросил он.
Тони злорадно ухмыльнулся.
— Как прикажете.
Довольный Изинбек вернулся в свой кабинет.
— Маршал, может, Вы все же смягчите наказание? — снова попросил Люциан, с сочувствием глядя вслед уходящему Кристиану. Ему было искренне жаль своего лучшего рыцаря, попавшего в такую нелепую переделку. — Лейтенант действительно в одиночку справился с более чем дюжиной работорговцев. Об этом свидетельствуют бумаги, которые пришли задолго до его приезда. Хотя бы это достойно поощрения.
И пристально посмотрел на маршала.
— Рыцарь-командор, мне кажется, вы забыли, кто здесь решает, кого поощрять, а кого наказывать. Быть может вам это необходимо напомнить? Хотите разделить судьбу лейтенанта?
— Никак нет, — Люциан опустил голову, будто в поклоне, пряча от Изинбека взгляд, полный беспомощного гнева. Его губы сжались в тонкую линию. — Прошу прощения за дерзость.
— Ладно, можете идти, — позволил было маршал, но тут же окликнул его. — Скажите, у вас есть такой медальон?
Кайл показал рисунок.
Скользнув по ней взглядом, Люциан твердо качнул головой.
— Нет. Хотя сам медальон кажется знакомым. Как будто я его уже где-то видел.
— Конечно, видел, — вставил Кайл. — Во всех учебниках истории. Тебе имя Ашандар ничего не говорит?
Люциан настороженно кивнул.
— Само собой. Это исчадие ада чуть не поглотило всю страну. Мой предок сражался против него. А это, по-видимому, медальон Избранного, — и посмотрел на Кайла, изогнув удивленно бровь.
Изинбек с недовольством отметил, что Люциан знает об истории королевства гораздо больше, чем он сам.
— Вот именно, — подтвердил маршал. — А сейчас мы ищем Избранного, лучшего представителя человечества, который, как, оказалось, служит в королевском войске Виека.
 
— Воплощение Силы — королевский рыцарь? — задумчиво протянул Люциан. — А у Кристиана вы спрашивали?
Изинбек смерил его взглядом, полным презрения.
— Мы ищем лучшего представителя человечества, а не безмозглого самовлюбленного полудурка.
В кабинет Изинбека вошел Кант и отвесил низкий поклон.
— Маршал, все войско уже в сборе. Ждут только Вас.
Все направились к командному пункту.
На военной площади к тому времени собрались все королевские рыцари, находящиеся в столице.
Шеренги по десять воинов в ряду, уходили далеко за пределы площади. Теряясь из виду.
Вначале каждой из них были поставлены столы. За которыми командиры полков принимали рыцарей и осматривали их личные медальоны.
Маршал в сопровождении Кайла прошел перед войском.
— Смииииирноооо! — Раздались голоса командующих. И рыцари синхронно вытянулись в струну, напряженно вскинув головы.
Изинбек пробежав взглядом по своей армии — вышколенной, дисциплинированной, готовой отразить любую опасность, довольно хмыкнул.
***
Кристиан следовал за Тони и Полом, закипая от гнева. Он проделал тяжелейшую и опасную работу. Только путь в Ладенберг занял около недели, неговоря уже о выслеживании и сражении с организованной охраной работорговцев. Вернувшись в Виек, Кристиан рассчитывал, как минимум, на предоставление выходного, а возможно даже на денежную премию.
"Что ж, премию мне действительно выпишут. По первое число," — хмуро усмехнулся он своим мыслям.
Его спина уже предательски гудела, ожидая раскаленную сотню ударов кнутом.
Как их можно было выдержать, Кристиан с трудом себе представлял. Он знал, что некоторые солдаты после пятидесяти плетей две недели не могли встать. А сто…
Но хуже всего был публичный позор, который ему предстоял.
"Хоть бы я отключился пораньше. Все равно унижаться, так хоть ничьих злорадных лиц видеть не буду.
И что эта дура Алексия вытворила?!" — продолжал беситься Кристиан. — У нее, видимо, мозговнет от природы. Уберегло же меня равновесие спутаться с ней. Да только толку? Без вины виновен".
— Пошевеливайся! — Тони бесцеремонно толкнул его в спину, когда они вошли во двор тюрьмы.
— Я и так иду впереди вас, — огрызнулся Кристиан. — Если бы не приказ, уже давно смылся бы.
— Поговори мне еще.
Тони с усилием отворил проржавевшую железную дверь, ведущую в камеру.
Это было темное, сырое помещение с высоким потолком. С него капала странная темная жидкость на холодный пол, выложенный серой каменной плиткой. У стены валялась алюминиевая миска с остатками заплесневелой каши. Рядом висели кандалы, вбитые в стену и потолок.
Кристиана грубо подтолкнули к ним.
— Э, стоять, — обернулся он, выставив предупредительно руки. — Я не слышал распоряжения, чтобы меня приковывали.
— Это твои проблемы. Мы отчетливо поняли распоряжение главнокомандующего.
Кристиан недолго сопротивлялся, скорее из-за задетого самолюбия. Он отлично знал, чем может обернуться неповиновение — куда более худшим наказанием. Его заковали в кандалы, которые располагались так высоко, что он лишь слегка касался ногами пола — учитывая его высокий рост.
— Еще ноги пристегни на всякий случай, — посоветовал Пол своему напарнику. — Сам знаешь, на что он способен.
— Взламывать замки пальцами ног я не умею. Если вы об этом, — съязвил Кристиан сквозь зубы.
Тони злорадно улыбнулся, защелкивая кандалы у него на щиколотках.
 
— Можешь выделываться, как обычно еще целое мгновение. Наслаждайся.
Закончив с замками, Тони выпрямился, тяжело вздыхая.
— А ведь и вправду говорят, что всех красивых природа умом обделила. Посмотри, Пол, он даже не понимает, насколько серьезно влип.