Академия для дур (СИ)

— Много ты Драконов видела, — буркнула я, — вот увидеть хоть одного было бы для меня интересней всякого сокровища. Но по легенде Драконы ушли за Бурное море. Не захотели общаться с людьми. Они суеты не любят…
— Ой, — отмахнулась Эш, — ты про них знаешь ровно столько же сколько и я. В нашей библиотеке про них написано только в одной методичке про легендарные расы. А вот наш призрак…
— А что ваш призрак? — склочным голосом прервал её, проявившийся в воздухе принц, — даже если бы у меня и были сокровища, я не обязан тебе их отдавать. Каждый приличный призрак должен охранять хоть какой-то клад.
— Так клад всё таки есть?! — возмутилась Эш, — и тебе, — жадина, жалко даже дать нам посмотреть на настоящие сокровища. Я же не прошу тебя их отдать. Просто скучно и хочется приключений.
— Да никакое это не сокровище. Просто, когда меня наказали и сделали Хранителем нового королевского дворца, я на всех был страшно зол. А на Архимага больше всех. У него была собственная "сокровищница". В ней он хранил всякие магические штучки. И книги, которые считал опасными. Я хотел пролезть в эту тайную комнату, но он поставил там ловушку на призрака и я попался. Он держал меня в ней до тех пор, пока я не дал клятву больше не пытаться покуситься на его добро. Клятву я дал. Потому что мне его добро и даром не надо. Как я могу им воспользоваться? Разве только заклинания из книг мог выучить. Страницы-то магией я могу переворачивать. Но старая жаба меня боялся. А я ему за это дорогу в хранилище заговорил. Меня когда-то этому леший в нашем поместье этому заклинанию научил. Бабка моя была земляная. Таких как она ведьмами называли. Она хотела, что бы я с лешим дружил, вокруг поместья был лес, а я был непоседой. Мог заблудиться и к зверю попасть. И на змею напороться. А леший бы оберёг. Я ему молоко носил и сладости. И никогда в лесу не свистел. Мы с ним часто болтали. Он детей любит. Если они гнёзда птичьи не дерут. Я не драл. А вот песни птичьи любил. Особенно дроздов. Вот он меня и научил как путь закружить.
— Понятно, — с некоторой насмешкой в голосе сказала я, — то есть ты не жадина, тебе просто не хотелось признаваться, что ты попался в ловушку Архимага и он вынудил тебя дать ему магическую клятву?
— Умная, да? — обиделся призрак, — тогда тебе должно быть понятно почему я не могу вас отвести в хранилище. Старый параноик внутри мог наставить ловушек куда как больше, чем снаружи. Думаю там каждая вещь со своим сюрпризом. А он Архимаг, понимаешь. Высшая степень магического искусства. И, если бы я на тот момент не был так зол… никогда бы не дал клятву. Мои эмоции в то время были ещё совсем человеческими. Вот я и не выдержал. Убить меня второй раз невозможно, сама понимаешь. Вот я и решил, что мне ничего не угрожает. Ведь развоплотить меня тоже нет резона. На меня, как на хранителя завязали и защиту, и многие другие магические функции замка. Только хитрющий дед просто посадил меня на цепь, как собаку. Со своей привязи я мог продолжать осуществлять свои обязанности. Отказаться от них мне мешала привязка. А с такой бурей эмоций, что бушевала во мне тогда, я просто не мог находиться в ловушке. Понимаешь, я был обижен, что меня не только лишили жизни, совсем молодым. Я как маг мог ещё жить и жить. Но это моя родня даже не учла как наказание. Они решили добавить мне дополнительное. Ты думаешь я не понимал, что уже на цепи. Только она чуть длиннее…
— Тогда почему ты согласился на клятву? Мой отец тоже строгий, но я думая, зная, что его сын, хоть и в виде призрака, рядом, он рано или поздно удивился бы, что не может с тобой пообщаться. Насколько я поняла натуру этого Архимага, ссориться в открытую с королём он не желал.
— Говорю же, нервы не выдержали. Плюс ко всему, мне добавили магии как Хранителю, что бы я мог исполнять своё предназначение. А поскольку привязку делал сам Архимаг, у меня получилось, на эмоциях, отхватить у него хороший кусок резерва. Так что в последствии многие заклинания на которые он был способен раньше, ему уже не давались. Как и заклинание лешего. Вы уже, наверное, все заметили, что на заклинания, которые не касаются твоего раскрытого дара, тратится столько энергии, что, хоть теоретически ты можешь их воспроизвести, практически у тебя просто не хватит на это резерва. Тогда как тому, для кого эта магия родная, понадобится на активацию совсем не много энергии. Магия лешего вообще особенная. Ближе всего она к земляной, но и для этой стихии требует максимального напряжения. Или дозволения хозяина.
 
— Интересно. А я хотела попросить тебя научить этому заклинанию. А впрочем, всё равно научи. А вдруг я тоже когда-нибудь с лешим познакомлюсь и смогу ему понравиться. Вот и попрошу дозволения пользоваться заклинанием.
— Ну, так у него и попросишь, — буркнул, всё ещё обиженный призрак.
— Ну, не будь таким букой, — попросила я, — мне больше нравится, когда ты шутишь и смеёшься. А попросить я могу ещё какое-нибудь заклинание. И попрошу просто разрешения пользоваться магией леса. Не уточняя для какого заклинания конкретно. Вот и будет их у меня два.
— Да уж, любимое твоё занятие — строить стратегические планы. У моего отца был маг-интуит. Любимый помощник. У него была специальная профессия — сидеть и выдумывать идеи. Строить всяческие планы.
— Твой отец был умный правитель, — восхитилась я.
— А ты думаешь другому удалось бы объединить людей, создать королевство и стать во главе первой династии? Конечно он был мудрый. И представляю, как ему было обидно иметь такого непутёвого наследника. Вот он и наказал меня, что бы я ума набрался за века. Только вот использовать жизненный опыт будучи не живым как-то не логично. Но вот что я могу сказать точно, что вести вас, малявок, в комнату-склад Архимага, совсем уж не умно.
— А давай мы попробуем просто потренировать нашего пёсика, — хитрой лисичкой приластилась к призраку наша рыжуля, — ты же все ловушки там знаешь. Подстрахуешь его. А он столькому научится. И мы заодно поймём работает он на опасность или нет. Пока в Академии он ещё ни разу не сработал. Уже в Академии даже мы, первокурсницы, не делаем никаких бомб из бытовых заклинаний. Все научились разжигать плиту и смешивать зелье для удаления пятен без опасности взрыва. Так наш пёсик ничему не научится. Кстати, Диля, почему Марсен дал его испытывать именно нам, а не военным?
— Наверное потому что знал, что ты сумеешь найти для него какую-нибудь задницу с опасным пуком, — выдал чёрную шуточку призрак.
Эш показала ему язык, а Диля предположила.
— Во первых, то, что будут испытывать военные, всегда имеет шанс привлечь внимание всяческих прознатчиков и шпионов. Люди всё ещё не безгрешны и сребролюбие у них иногда превышает верность своей родине. Новые разработки источник больших денег.
— Или преждевременной смерти, — я тоже могла чернушно пошутить, — но если есть во-первых, должно быть и во-вторых.
— А во-вторых, Марсен считает, что молодые мозги ещё не закостенели в правилах и работают не стандартно. И может быть Эш права. Если мы не будем действовать безрассудно и нас подстрахует Хранитель, мы можем помочь Марсену… и нашим воинам.
— Ну, да, ну, да, — хихикнула Эш, — прежде всего Марсену… У тебя Дилечка тоже есть слабости. А я уж думала ты безгрешная. Ты там проверь свою слёзку, не замутилась ли?
— Злая шутка, — перебила её я, увидя как Диля схватилась за шнурок своего камня, — Дилечка, Эш пошутила. Она не хотела тебя обидеть.
— И правда не хотела, — повинилась огневичка, — просто у меня темперамент такой… Огненный… Язык всегда впереди мозгов и шуточки слишком жгучие. Прости, сестрёнка.
Диля улыбнулась, а Эш опять пристала к Хранителю, донимая его просьбами хоть немного вылезти из этой ежедневной трясины.
Мужчины не умеют отказывать женщинам, если они их слишком долго донимают просьбами, даже, если мужчины призрачные. Принц в конце концов сдался и мы стали планировать поход в подземелье. Откладывать его на выходной не стали. В этот день Корвин уделял больше времени общению с дочкой. Он хотел бы подключить к этому общению и меня, но я не захотела иметь привилегии перед девочками. Да и считала, что ему нужна близость с дочкой наедине. Мы с Яночкой достаточно общались и во время учёбы. А сближаться с Корвином я не хотела спешить. Когда мы были вместе, наши отношения пускались в галоп. А семейная жизнь для нас всех планировалась по окончании учёбы. Нет, я от него не сторонилась. Но старалась не оставаться наедине. Яночка не собиралась оставаться в стороне от приключений и смертельно обиделась бы, оставь мы её не у дел.